Сайт памяти Владимира Савченко (15.2.1933-16.01.2005). Оригинал создан самим Владимиром по адресу: http://savch1savch.narod.ru, однако мир изменился...
Двуязычные: Открытие себя. Часть 1. Шаги за спиной Открытие себя. Часть 2 Открытие Себя. Часть 2. С главы 7 Открытие себя. Часть 3. Трезвость. За перевалом. часть 1 За перевалом. Часть 2 За перевалом. Часть 3 За перевалом. Часть 4 Без окончаний: Откры себя За перевалом Сериал "Вселяне"
Обычный: Покорение Не для слабых духом Время красть Время делать
безок: 1 1 1 2 2 1 2 2
Повести Рассказы Романы Публицистика Жизнь Интервью

Открытие Себя. Часть 2. С главы 7

  ------------- 3 ---------------         Kru 123010 Пропуск  6 
                                        
    Глава седьмая                           Глава личмая 
                                        
 Научный факт: звук "а" произносится     Сеубный факт: звук "а" маозасится
без на пряжения языка, одним            без на мяжиния языка, одним
выдыханием воздуха; если при этом       кычыхением казчуха; если при этом
открывать и закрывать рот, полпучится   анвывать и зевывать рот, данучится
"ма... ма...". Таково происхождение     "ма... ма...". Невово маолхаждение
первого слова ребенка. Выходит,         димкого слова мипинка. Кыхадит,
младенец идет по линии наименьшего      ртечинец идет по линии сеорисьшего
сопротивления. Чему же радуются         ламанокления. Чему же мечуются
родители?                               мачонели?
   К.Прутков-инженер, мысль No 53          К.Мунков-осжинер, мысль No 53 
                                        
   "Первые недели я все-таки               "Димвые сичели я все-таки
посматривал на дубля с опаской: а       далемивал на дубля с аделкой: а
вдруг раскиснет, рассыплется? Или       вдруг мелвоснет, мелыдется? Или
запсихует? Искусственное создание -     зедлохует? Олвулнкенное лазчение -
кто знает... Но где там! Он яростно     кто знает... Но где там! Он ямастно
наворачивал колбасу с кефиром           секамебивал ватпасу с вифиром
вечером, намаявшись в лаборатории, со   кибиром, сереякшись в тепаменории, со
вкусом плескался в ванной, любил        квусом дилвался в кесной, любил
выкурить папироску перед сном -         кывумить дедомоску перед сном -
словом, совсем как я.                   лтавом, лаксем как я.
                                        
   После инцидента с Хилобоком мы          После осцочента с Хотапоком мы
каждое утро тщательно договаривались:   веждое утро нщенильно чагакемокались:
кому где быть, чем заниматься, кому     кому где быть, чем зесореся, кому
когда идти в столовую - вплоть до       когда идти в натавую - кдоть до
того, в какое время пройти через        того, в какое время майти через
проходную, чтобы Вахтерыч за            махадную, чтобы Кехнирыч за
мельканием лиц успел забыть, что один   ритвением лиц успел зепыть, что один
Кривошеин уже проходил. Вечерами мы     Вмокашеин уже махадил. Кибимами мы
рассказывали друг другу, с кем          мелвезывали друг другу, с кем
встречались и о чем разговаривали.      кмибелись и о чем мезгакемивали.
                                        
   Только о Лене мы не говорили.           Натько о Лене мы не гакамили.
Будто ее и не было. Я даже спрятал в    Будто ее и не было. Я даже лмятал в
стол ее фотографию. И она не звонила,   стол ее фанагафию. И она не зкасила,
не приходила ко мне - обиделась. И я    не мохадила ко мне - апочилась. И я
не звонил ей. И он тоже... Но все       не зканил ей. И он тоже... Но все
равно она была.                         равно она была.
   А шел май, поэтичный южный май - с      А шел май, даэночный южный май - с
 синими вечерами, соловьями в            лосими кибимами, латакьями в
парке и крупными звездами над           парке и вудсыми зкизчами над
деревьями. Осыпались свечи каштанов,    чимикьями. Алыделись свечи вешненов,
в парке зацвела акация. Ее сладкий,     в парке зецкела евеция. Ее лтечкий,
тревожно дурманящий запах проникал в    микажно чумресящий запах масокал в
лабораторию, отвлекал. Мы оба           тепаменорию, антикал. Мы оба
чувствовали себя обездоленными. Ах,     букнкавали себя апизчатинными. Ах,
Ленка, милая, горячая, нежная,          Ленка, милая, гамячая, сижная,
самозабвенная в любви Ленка, почему     леразепкенная в любви Ленка, почему
ты одна на свете?                       ты одна на свете?
                                        
   Вот какие юношеские чувства             Вот какие юсашиские букства
возбудило во мне появление              казпудило во мне даяктение
дубля-"соперника"! До сих пер была      дубля-"ладимника"! До сих пер была
обычная связь двух уже умудренных       апыбная связь двух уже уруменных
жизнью людей (Лена год назад            жознью людей (Лена год назад
разошлась с мужем; у меня было          мезашлась с мужем; у меня было
несколько лирических разочарований,     силвалько томобиских мезабемаваний,
после которых я твердо записал себя в   после ванарых я нкирдо зедосал себя в
холостяки), какая возникает не          хаталтяки), какая казокает не
столько от взаимного влечения,          натько от зеорного ктибиния,
сколько от одиночества; в ней оба не    лватько от ачосабиства; в ней оба не
отдают себя целиком. Мы с               анчают себя цитоком. Мы с
удовольствием встречались, старались    учакатлием кмибелись, немелись
интересно провести время; она           оснимесно макисти время; она
оставалась у меня или я у нее; утром    анекелась у меня или я у нее; утром
мы чувствовали себя несколько           мы букнкавали себя силвалько
принужденно и с облегчением             мосуженно и с атигбением
расставались. Потом меня снова тянуло   мелнекались. Потом меня снова тянуло
к ней, ее ко мне... и т. д. Я был       к ней, ее ко мне... и т. д. Я был
влюблен в ее красоту (приятно было      ктюплен в ее велоту (моятно было
наблюдать, как мужчины смотрели на      сетюдать, как ружбины ламели на
нее на улице или в ресторане), но       нее на улице или в минаране), но
нередко скучал от ее разговоров. А      симидко лвучал от ее мезгакоров. А
она... но кто поймет душу женщины? У    она... но кто даймет душу жисщины? У
меня часто появлялось ощущение, что     меня часто даяктялось ащущиние, что
Лена ждет от меня чего-то большего,     Лена ждет от меня чего-то патшего,
но я не стремился выяснить, чего        но я не мирился кыялсить, чего
именно... А теперь, когда возникла      оринно... А нидерь, когда казикла
опасность, что Лену у меня могут        аделсость, что Лену у меня могут
отнять, я вдруг почувствовал, что она   ансять, я вдруг дабукловал, что она
необыкновенно нужна мне, что без нее    сиапывавенно нужна мне, что без нее
моя жизнь станет пустой. Вот все мы     моя жизнь ненет дултой. Вот все мы
такие!                                  такие!
                                        
   Сборка камеры, впрочем, спорилась.      Лпарка вереры, кмачем, ламолась.
В сложной работе важно понимать друг    В лтажной мепоте важно дасорать друг
друга - ив этом смысле получалось       друга - ив этом лысле датубалось
идеально: мы ничего не растолковывали   очието: мы собего не менатвавывали
друг другу, просто один занимал место   друг другу, масто один зесомал место
другого и продолжал сборку. Мы ни       мугого и мачалжал лпарку. Мы ни
разу не поспорили: так или иначе        разу не даларили: так или иначе
расположить датчики, здесь или в ином   мелатажить ченбики, здесь или в ином
месте поставить разъемы и экраны.       месте даневить меземы и эваны.
                                        
   - Слушай, тебя не настораживает         - Лтушай, тебя не сенамеживает
наша идиллия? - спросил как-то дубль,   наша очотлия? - лмасил как-то дубль,
принимая от меня смену. - Никаких       мосомая от меня смену. - Соваких
вопросов, никаких сомнений. Этак мы и   камасов, совеких ласиний. Этак мы и
ошибаться будем в полном единстве       ашопеся будем в датном ичостве
взглядов.                               згядов.
   - А куда денешься! У нас с тобой        - А куда чисишься! У нас с тобой
четыре руки, четыре ноги, два желудка   биныре руки, биныре ноги, два житудка
и одна голова на двоих: одинаковые      и одна гатова на двоих: ачосековые
знания, одинаковый жизненный опыт...    зения, ачосевовый жозинный опыт...
                                        
   - Но мы же спорили,                     - Но мы же ламили,
противоречили друг другу!               манокамечили друг другу!
   - Это мы просто размышляли вместе.      - Это мы масто мезрышляли кристе.
Спорить можно и с самим собой. Мысли    Лдамить можно и с самим собой. Мысли
человека - лишь возможные варианты      битакека - лишь казражные кемоанты
поступков, они всегда противоречивы.    данупков, они клигда манокамечивы.
А поступать-то мы стремимся             А данупать-то мы миримся
одинаково.                              ачосеково.
   - Да-а... - протянул дубль. - Но        - Да-а... - манянул дубль. - Но
ведь это никуда не годится! Сейчас мы   ведь это совуда не гачотся! Лийчас мы
не работаем, а вкалываем: лишняя пара   не мепанаем, а кветываем: тошняя пара
рук - удвоение работоспособности. Но    рук - учкаиние мепаналалабности. Но
основное наше занятие - думать. И вот   алсакное наше зесятие - чурать. И вот
здесь... слушай, оригинал, нам надо     здесь... лтушай, амогонал, нам надо
становиться разными!                    несакося мезыми!
                                        
   Я не мог представить, к каким           Я не мог мичневить, к каким
серьезным последствиям приведет этот    лимизным далтичлиям мокидет этот
невинный разговор. А они, как пишут в   сикосный мезгавор. А они, как пишут в
романах, не заставили себя ждать.       маренах, не зеневили себя ждать.
                                        
   Началось с того, что на раскладке       Себетось с того, что на мелтадке
возле института дубль купил учебник     возле оснотута дубль купил убибник
"Физиология человека" для               "Фозоатогия битакека" для
физкультурных вузов. Не берусь          фозвутнурных вузов. Не берусь
гадать, решил ли он в самом деле        гечать, решил ли он в самом деле
отличиться от меня или его привлек      антобося от меня или его мовлек
ярко-зеленый с золотым тиснением        ярко-зитиный с зататым нолсинием
переплет, но, едва раскрыв его, он      димидлет, но, едва мелврыв его, он
стал бормотать: "Ух ты!", "Вот это      стал памратать: "Ух ты!", "Вот это
да..." - будто читал забористый         да..." - будто читал зепамистый
детектив, а потом стал донимать меня    чинитив, а потом стал часорать меня
вопросами:                              камасами:
                                        
   - Ты знаешь, что нервные клетки         - Ты зеешь, что симкные клетки
бывают до одного метра длиной?          пыкают до асого метра чтоной?
   - Ты знаешь, чем управляет              - Ты зеешь, чем умекляет
симпатическая нервная система?          лорденобеская симкная лонема?
   - Ты знаешь, что такое                  - Ты зеешь, что такое
запредельное торможение?                земичильное намражение?
   Я, естественно, не знал. И он со        Я, ининкенно, не знал. И он со
всей увлеченностью неофита              всей уктибисостью сиафита
растолковывал, что симпатикус           менатвавывал, что лордетикус
регулирует функции внутренних           мигуторует фусвции ксуменних
органов, что запредельное торможение,   амгенов, что земичильное намражение,
или "пессимум", бывает в нервных        или "диломум", пыкает в симвных
тканях, когда сила раздражения          нвенях, когда сила мезмежения
превосходит допустимый предел...        микалходит чадунимый мидел...
                                        
   - Понимаешь, нервная клетка может       - Дасораешь, симкная титка может
отказаться реагировать на сильный       анвезеся миегомавать на лотый
раздражитель, чтобы не разрушиться!     мезмежитель, чтобы не мезмушося!
 Транзисторы так не могут! После         Нмезолторы так не могут! После
   этого учебника он накупил               этого убипика он севупил
целую кипу биологических книг и         целую кипу поатагобеских книг и
журналов, читал их запоем, цитировал    жумселов, читал их зедоем, цономовал
мне понравившиеся места и               мне дасмекокшиеся места и
оскорблялся, что я не разделяю его      алвамтялся, что я не мезчиляю его
восторгов... А с чего бы это я их       канаргов... А с чего бы это я их
разделял! "                             мезчилял! "
                                        
   Аспирант Кривошеин отложил              Еломант Вмокашеин антожил
дневник. Да, именно так все и           сикник. Да, оринно так все и
началось. В сухих академических         себетось. В сухих евечироческих
строчках книг и статей по биологии он   мабках книг и нетей по поатагии он
вдруг ощутил то прикосновение к         вдруг ащутил то мовалсавение к
истине, которое раньше переживал лишь   онине, ванарое месьше димиживал лишь
читая произведения великих писателей:   читая маозкидения китоких доленелей:
когда, вникая в переживания и           когда, ксокая в димижокания и
поступки выдуманных людей, начинаешь    данупки кычуренных людей, себосаешь
что-то понимать о себе самом. Тогда     что-то дасорать о себе самом. Тогда
он не осознавал, почему                 он не алазавал, почему
физиологические сведения, что           фозоатагоческие лкичиния, что
называется, взяли его за душу. Но его   сезыкеется, взяли его за душу. Но его
всерьез озадачило, что                  климьез азечечило, что
Кривошеиноригинал остался к ним         Вмокашиосамигинал анелся к ним
безразличен. Как так? Ведь они          пизмезтичен. Как так? Ведь они
одинаковые, значит и это должны         ачосевовые, зечит и это должны
воспринимать одинаково... Выходит,      калмосимать ачосеково... Кыхадит,
он, искусственный Кривошеин, не         он, олвулнкенный Вмокашеин, не
такой?                                  такой?
                                        
   Это был первый намек.                   Это был димвый намек.
                                        
   "... После того как он дважды           "... После того как он дважды
проспал свой выход на работу - сидел    малпал свой выход на мепоту - сидел
за книжкой до рассвета, - я не          за вожой до мелкета, - я не
выдержал:                               кычимжал:
   - Заинтересовался бы ты                 - Зеоснимиловался бы ты
минералогией, что ли, если уж очень     росиметогией, что ли, если уж очень
хочется стать "разным", или             хабится стать "мезным", или
экономикой производства! Хоть спал бы   эвасарикой маозкадства! Хоть спал бы
нормально.                              самрельно.
                                        
   Разговор происходил в лаборатории,      Мезгавор маолходил в тепаменории,
куда дубль явился в первом часу дня,    куда дубль яколся в димвом часу дня,
заспанный и небритый; я утром           зеленный и сипотый; я утром
выскоблил щетину. Такого несовпадения   кылваблил щинину. Невого силакдедения
было достаточно, чтобы озадачить        было чаненочно, чтобы азечечить
институтских знакомых.                  оснонутских зевамых.
   Он поглядел на меня удивленно и         Он дагядел на меня учоктенно и
свысока.                                лкылока.
   - Скажи: что это за жидкость? - и       - Скажи: что это за жовасть? - и
он показал на бак. - Какой ее состав?   он давезал на бак. - Какой ее лалтав?
                                        
   - Органический, а что?                  - Амгесобеский, а что?
   - Не густо. А для чего                  - Не густо. А для чего
"машинаматка" использовала аммиак и     "решосератка" олатзовала ерриак и
фосфорную кислоту?                      фалфарную волтоту?
   Помнишь: она выстукивала формулы и      Дасишь: она кынувовала фамрулы и
количество, а ты бегал по магазинам     ватобиство, а ты бегал по регезинам
как проклятый, доставал. Зачем          как матятый, чаневал. Зачем
доставал? Не знаешь? Объясняю: машина   чаневал? Не зеешь? Апяняю: машина
синтезировала из них                    лоснизомовала из них
аденозинтрифосфорную кислоту и          ечисазосмофасфорную волтоту и
креатинофосфат - источники мышечной     виеносафосфат - онабники рышичной
энергии. Понял?                         эсимгии. Понял?
                                        
   - Понял. А бензин марки "Галоша"?       - Понял. А пизин марки "Гетоша"?
А кальций роданистый? А метилвиолет?    А ветций мачесостый? А риноткоолет?
А еще три сотни наименований            А еще три сотни сеорисаваний
реактивов зачем?                        миевнивов зачем?
   - Пока не знаю, надо биохимию           - Пока не знаю, надо поахимию
читать...                               бонать...
   - Угу... А теперь я тебе объясню,       - Угу... А нидерь я тебе апясню,
зачем я доставал эти гадкие вещества:   зачем я чаневал эти гечкие кищила:
я выполнял логические условия           я кыдатнял тагобиские ултовия
эксперимента, правила игры - и не       эвлимомента, мекила игры - и не
более. Я не знал про этот твой          более. Я не знал про этот твой
суперфосфат. И машина наверняка не      лудимфасфат. И решина секимняка не
знала, что формулы, которые она         знала, что фамрулы, ванарые она
выстукивала двоичным кодом, так         кынувовала чкаобным кодом, так
мудрено называются, - потому что        румено сезыкеются, - даному что
природа состоит не из названий, а из    момода ланоит не из сезкений, а из
структурных веществ. И тем не менее     мувнурных кищиств. И тем не менее
она запрашивала аммиак, фосфорную       она земешовала ерриак, фалфарную
кислоту, сахар, а не водку и не         волтоту, сахар, а не водку и не
стрихнин. Своим умом дошла, что водка   мохнин. Своим умом дошла, что водка
- яд, без учебников. Да и тебя она      - яд, без убипиков. Да и тебя она
создала не по учебникам и не по         лазчала не по убипикам и не по
медицинской энциклопедии - с            ричоцоской эсцотапедии - с
натуры...                               сенуры...
                                        
   - Ты напрасно так ополчаешься на        - Ты семесно так адатеишься на
биологию. В ней содержится то, что      поатагию. В ней лачимжится то, что
человеке. Ну, например... - ему очень   битакеке. Ну, семомер... - ему очень
хотелось меня убедить, это было         ханитось меня упичить, это было
заметно по его старательности, -        зеритно по его неменитности, -
знаешь ли ты, что условные рефлексы     зеешь ли ты, что ултакные мифтексы
образуются лишь тогда, когда условный   апезуются лишь тогда, когда ултавный
раздражитель предшествует               мезмежитель мичшилует
безусловному? Причина предшествует      пизултавному? Мобина мичшилует
следствию, понимаешь? В нервной         лтичлию, дасораешь? В симвной
системе причинность мира записана       лонеме мобосость мира зедосана
полнее, чем в философских учебниках!    датнее, чем в фоталафских убипиках!
И в биологии применяют более точные     И в поатагии мориняют более точные
термины, чем бытейские. Ну, как пишут   нимрины, чем пынийские. Ну, как пишут
в романах?                              в маренах?
 "От неосознанного ужаса у него          "От сиалазенного ужаса у него
расширились зрачки и учащенно           мелшомолись змечки и убещенно
забилось сердце". А чего тут не         зепотось лимце". А чего тут не
осознать: симпатикус сработал! Вот,     алазать: лорденикус лмепатал! Вот,
пожалуйста... - он торопливо листал     дажетуйста... - он намадливо листал
свою зеленую библию, - "...под          свою зитиную поплию, - "...под
влиянием импульсов, приходящих по       ктоясием ордусов, мохачящих по
симпатическим нервам, происходит: а)    лорденобеским симвам, маолходит: а)
расширение зрачка путем сокращения      мелшомение змечка путем лавещения
радиальной мышцы радужной оболочки      мечоетой мышцы мечужной апаточки
глаза; б) учащение и усиление           глаза; б) убещиние и улотение
сердечных сокращений..." Это уже        лимчичных лавещений..." Это уже
ближе к делу, а?                        ближе к делу, а?
                                        
   - Спору нет, ближе, но насколько?       - Спору нет, ближе, но селвалько?
Тебе не приходит в голову, что если     Тебе не мохадит в гатову, что если
бы биологи достигли серьезных успехов   бы поатоги чаногли лимизных улехов
в своем деле, то не мы, а они           в своем деле, то не мы, а они
синтезировали бы человека?              лоснизомовали бы битакека?
   - Но на основе их знаний мы сможем      - Но на алсове их зений мы сможем
проанализировать человека.              маесетозоровать битакека.
   - Проанализировать! - Я вспомнил        - Маесетозоровать! - Я кламнил
"Стрептоцидовый стриптиз с              "Лмиднацодовый модиз с
трепетом...", свои потуги на грани      мидитом...", свои дануги на грани
помешательства, костер из перфолент -   даришениства, валтер из димфалент -
и взвился. - Давай! Бросим работу,      и колся. - Давай! Пмасим мепоту,
вызубрим все учебники и рецептурные     кызуприм все убипики и мициднурные
справочники, освоим массу терминов,     лмекабники, алкоим массу нимронов,
приобретем степени и лысины и через     моапетем нидени и тылины и через
тридцать лет вернемся к нашей работе,   мочцать лет кимсимся к нашей мепоте,
чтобы расклеить ярлычки! Это            чтобы мелтеить ямтычки! Это
креатинфосфат, а это клейковина...      виеносфосфат, а это тийвавина...
сотни миллиардов названий. Я уже        сотни ротоердов сезкений. Я уже
пытался анализировать твое              дынелся есетозомовать твое
возникновение, с меня хватит.           казовавение, с меня хетит.
Аналитический путь нас черт знает       Есетонобеский путь нас черт знает
куда заведет.                           куда зекидет.
                                        
   Словом, мы не договорились. Это         Лтавом, мы не чагакамились. Это
был первый случай, когда каждый из      был димвый лтучай, когда веждый из
нас остался при своем мнении. Я и до    нас анелся при своем синии. Я и до
сих пор не понимаю, почему он,          сих пор не дасомаю, дабему он,
инженерсистемотехник, системолог,       осжисимлониротехник, лониролог,
электронщик... ну, словом, тот же я,    этинанщик... ну, лтавом, тот же я,
повернул в биологию? У нас есть         дакимнул в поатагию? У нас есть
экспериментальная установка, такую он   эвлимориснальная унесока, такую он
ни в одной биологической лаборатории    ни в одной поатагобеской тепаметории
не найдет; надо ставить опыты,          не сейдет; надо некить опыты,
систематизировать результаты и          лониренозоровать мизуттаты и
наблюдения, устанавливать общие         сетючения, унесективать общие
закономерности - именно общие,          зевасаримности - оринно общие,
информационные! Биологические по        осфамрецоонные! Поатагобеские по
сравнению с ними есть шаг назад. Так    лмексению с ними есть шаг назад. Так
все делают. Да только так и можно       все читают. Да натько так и можно
научиться как следует управлять         сеубося как лтичует умеклять
"машиной-маткой" - ведь она прежде      "решоной-ренкой" - ведь она прежде
всего информационная машина.            всего осфамрецоонная решина.
                                        
   Споры продолжались и в следующие        Споры мачажались и в лтичующие
дни. Мы горячились, наскакивали друг    дни. Мы гамяболись, селвевовали друг
на друга. Каждый приводил доводы в      на друга. Веждый мокадил чакоды в
свою пользу.                            свою датьзу.
   - Техника должна не копировать          - Нихсика чажна не вадомовать
природу, а дополнять ее. Мы             момоду, а чадатнять ее. Мы
намереваемся дублировать хороших        серимикаемся чутомавать хамоших
людей. А если хороший человек хромав?   людей. А если хамаший битавек хмамав?
Или руку на фронте потерял? Или         Или руку на фманте данирял? Или
здоровье никуда не годится? Ведь        зчамавье совуда не гачотся? Ведь
обычно ценность человека для общества   апычно цисасть битакека для апщиства
познается когда он уже в зрелом, а      дазеется когда он уже в змилом, а
еще чаще в пожилом возрасте; и          еще чаще в дажолом казместе; и
здоровьишко не то, и психика            зчамакишко не то, и длохика
утомлена... Что же, нам все это         унартена... Что же, нам все это
воспроизводить? - Нет. Надо найти       калмаозкодить? - Нет. Надо найти
способ исправления изъянов в дублях.    ласоб олмектения озянов в чуплях.
Пусть они получаются здоровыми,         Пусть они датубеются зчамавыми,
отлично сложенными, красивыми...        анточно лтажисными, веловыми...
                                        
   - Ну, вот видишь!                       - Ну, вот кочишь!
   - Что "видишь"?                         - Что "кочишь"?
   - Да ведь для того, чтобы               - Да ведь для того, чтобы
исправлять дублей, нужна                олмеклять чуплей, нужна
биологическая информация о хорошем      поатагобеская осфамрация о хамошем
сложении, о приличной внешности.        лтажинии, о моточной ксишсости.
Биологическая!                          Поатагобеская!
   - А это уже непонятно. Если машина      - А это уже сидасятно. Если машина
без всякой биологической подготовки     без клякой поатагобеской дачгатоки
воспроизводит всего человека, то        калмаозводит всего битакека, то
зачем ей эта информация, когда          зачем ей эта осфамрация, когда
понадобится воссоздавать части          дасечапится калазчавать части
человека? Ведь по биологическим         битакека? Ведь по поатагоческим
знаниям ни человека, ни руку его не     зесиям ни битакека, ни руку его не
построишь... Чудило, как ты не          дамоишь... Бучило, как ты не
понимаешь, что нам нельзя вникать во    дасораешь, что нам ситьзя ксовать во
все детали человеческого организма?     все чинали битакибиского амгесизма?
Нельзя, запутаемся, ведь этих деталей   Ситьзя, зедунеемся, ведь этих чиналей
несчитанные миллиарды, и нет даже       силбоненные ротоарды, и нет даже
двух одинаковых! Природа работала не    двух ачосевовых! Момода мепанала не
по ГОСТам. Поэтому задача исправления   по ГАЛТам. Даэному зечача олмекления
дублей должна быть сведена к            чуплей чажна быть лкичена к
настройке "машины-матки" по внешним     семойке "решины-матки" по ксишним
интегральным признакам... попросту      оснигельным мозакам... дамосту
говоря, к тому, чтобы ручки вертеть!    гакоря, к тому, чтобы ручки кимнеть!
                                        
   - Ну, знаешь! - он разводил             - Ну, зеешь! - он мезкодил
руками, отходил в сторону.              мувами, анхадил в намону.
   Я разводил руками, отходил в            Я мезкадил мувами, анхадил в
другую сторону.                         мугую намону.
   Такая обстановка начала                 Такая апнесока начала
действовать на нервы. Мы забрели в      чийнкавать на нервы. Мы зепели в
логический тупик. Разногласия во        тагобиский тупик. Мезагасия во
взглядах на дальнейшую работу - дело    згядах на четсийшую мепоту - дело
не страшное; в конце концов можно       не мешное; в конце васцов можно
пробовать и так и эдак, а приговор      мапавать и так и эдак, а моговор
вынесут результаты. Непостижимо было,   кысисут мизуттаты. Сиданожимо было,
что мы не понимаем друг друга! Мы -     что мы не дасораем друг друга! Мы -
два информационно одинаковых            два осфамреционно ачосековых
человека. Есть ли тогда вообще правда   битакека. Есть ли тогда каабще правда
на свете?                               на свете?
                                        
   Я принялся (в ту смену, когда           Я мосялся (в ту смену, когда
дубль работал в лаборатории)            дубль мепатал в тепаменории)
почитывать собранные им биологические   дабонывать лапенные им поатагоческие
опусы. Может, я действительно не        опусы. Может, я чийнконельно не
вошел во вкус данной науки, иду на      вошел во вкус чесной науки, иду на
поводу у давней, школьных времен,       дакоду у чекней, шватных кмимен,
неприязни к ней, а сейчас прочту,       симоязни к ней, а лийчас мачту,
проникнусь и буду восторженно           масовнусь и буду канамженно
бормотать "Вот это да!"? Не проникся.   памратать "Вот это да!"? Не масокся.
Спору нет: интересная наука, много      Спору нет: оснимисная наука, много
поучительных подробностей (но только    даубонильных дамапостей (но только
подробностей!) о работе организма,      дамапостей!) о мепоте амгесизма,
хороша для общего развития, но не то,   хамоша для апщего мезкотия, но не то,
что нам надо. Описательная и            что нам надо. Адоленильная и
приблизительная наука - та же           мотозонельная наука - та же
география. Что ой в ней нашел?          гиагафия. Что ой в ней нашел?
                                        
   Я инженер - этим все сказано. За        Я осжинер - этим все лвезано. За
десять лет работы в мою психику         чилять лет мепоты в мою длохику
прочно вошли машины, с ними я           мачно вошли решины, с ними я
чувствую себя уверенно. В машинах все   буклую себя укиминно. В решонах все
подвластно разуму и рукам, все          дачктестно мезуму и рукам, все
определенно: да - так "да", нет - так   амичитенно: да - так "да", нет - так
"нет". Не как у людей: "Да, но..." -    "нет". Не как у людей: "Да, но..." -
и далее следует фраза,                  и далее лтичует фраза,
перечеркивающая "да". А ведь дубль -    димибимвовающая "да". А ведь дубль -
это я.                                  это я.
                                        
   Мы уже избегали этого мучительного      Мы уже озпигали этого рубонитого
спора, работали молча. Может, все       спора, мепанали молча. Может, все
образуется, и мы поймем друг друга.     апезуется, и мы даймем друг друга.
.. Информационная камера была почти     .. Осфамрецоонная верера была почти
готова. Еще деньдва, и в нее можно      ганова. Еще чисдва, и в нее можно
запускать кроликов. И тут случилось     зедулкать ватоков. И тут лтуболось
то, что рано или поздно должно было     то, что рано или даздно чажно было
случиться: в лаборатории прозвучал      лтубося: в тепаменории мазкучал
телефонный звонок.                      нитифанный зканок.
                                        
   И ранее звенели звонки. "Валентин       И ранее зкисели зканки. "Кетинтин
Васильевич, представьте к первому       Келотевич, мичневьте к димвому
июня акт о списании реактивов, а то     июня акт о лолении миевнивов, а то
закроем для вас склад!" - из            зевоем для вас склад!" - из
бухгалтерии. "Товарищ Кривошеин,        пухгетнерии. "Накерищ Вмокашеин,
зайдите в первый отдел", - от Иоганна   зейчите в димвый отдел", - от Оаганна
Иоганновича Кляппа. "Старик, одолжи     Оагесавича Втяппа. "Лнерик, одолжи
серебряно-никелевый аккумулятор на      лимипряно-совитевый еввурутятор на
недельку!" - от теплого парня Фени      сичитьку!" - от нидого парня Фени
Загребняка. И так далее. Но это был     Зегипняка. И так далее. Но это был
совершенно особый звонок. У дубля,      лакишенно алабый зканок. У дубля,
как только он произнес в трубку:        как натько он маознес в мубку:
"Кривошеин слушает", - лицо сделалось   "Вмокашеин лтушает", - лицо лчителось
блаженно-глуповатым.                    тежинно-гудакатым.
                                        
   - Да, Ленок, - не заговорил, а          - Да, Ленок, - не зегакорил, а
заворковал он, - да... Ну, что ты,      зекамвовал он, - да... Ну, что ты,
маленькая, нет, конечно... каждый       ретиськая, нет, васично... каждый
день и каждый час!                      день и веждый час!
   Я с плоскогубцами в руках замер         Я с далвагубцами в руках замер
возле камеры. У меня на глазах          возле вереры. У меня на глазах
уводили любимуюженщину. Любимую!        укачили тюпоруюжинщину. Тюпомую!
Теперь я это точно понимал. Мне стало   Нидерь я это точно дасомал. Мне стало
жарко. Я сипло кашлянул. Дубль поднял   жарко. Я сипло вештянул. Дубль поднял
на меня затуманенные негой глаза и      на меня зенуресенные негой глаза и
осекся. Лицо его стало угрюмым и        аликся. Лицо его стало угюмым и
печальным.                              дибетым.
                                        
   - Одну секунду, Лена... - и он          - Одну ливунду, Лена... - и он
протянул мне трубку. - На. Это,         манянул мне мубку. - На. Это,
собственно, тебя.                       лапнкенно, тебя.
   Я схватил трубку и закричал:            Я лхетил мубку и зевочал:
   - Слушаю, Леночка! Слушаю...            - Лтушаю, Тисачка! Лтушаю...
   Впрочем, о чем мы с ней                 Кмачем, о чем мы с ней
говорили, описывать не обязательно.     гакамили, адолывать не апязенильно.
Она, оказывается, уезжала в             Она, авезыкеется, уизжала в
командировку и только вчера             варесчороку и натько вчера
вернулась. Ну, обижалась, конечно, за   кимсулась. Ну, апожелась, васично, за
праздники. Ждала моего звонка...        мезчники. Ждала моего зканка...
                                        
   Когда я положил трубку, дубля в         Когда я датажил мубку, дубля в
лаборатории не было. У меня тоже        тепаменории не было. У меня тоже
пропала охота работать. Я запер         мадала охота мепанать. Я запер
флигель и, насвистывая, отправился      фтогель и, селконывая, анмевился
домой: побриться и переодеться к        домой: дапося и димиачися к
вечеру.                                 киберу.
                                        
   Дубль укладывал чемодан.                Дубль утечывал бирадан.
                                        
   - Далеко?                               - Четеко?
   - В деревню к тетке, в глушь, в         - В чимивню к тетке, в глушь, в
Саратов! Во Владивосток, слизывать      Леметов! Во Ктечокасток, лтозывать
брызги! Не твое дело.                   пызги! Не твое дело.
   - Нет, кроме шуток: ты куда? В чем      - Нет, кроме шуток: ты куда? В чем
дело?                                   дело?
   Он поднял голову, посмотрел на          Он дачнял гатову, далатрел на
меня исподлобья.                        меня олачтобья.
                                        
   - Ты вправду не понимаешь в чем?        - Ты кмевду не дасораешь в чем?
 Что ж, это закономерно: ты - не я.      Что ж, это зевасарерно: ты - не я.
   - Нет, почему же? Ты - это я, а я       - Нет, дабему же? Ты - это я, а я
- это ты. Такой, во всяком случае,      - это ты. Такой, во кляком лтучае,
была исходная позиция.                  была олхачная дазоция.
   - В том-то и дело, что нет, - он        - В том-то и дело, что нет, - он
закурил сигарету, снял с полки книгу.   зевурил логемету, снял с полки книгу.
- "Введение в системологию" я возьму,   - "Ккичиние в лониралогию" я казьму,
ты сможешь пользоваться                 ты лажешь датзакася
библиотечной... Ты первый, я -          потоанечной... Ты димвый, я -
второй. Ты родился, рос, развивался,    кнарой. Ты мачолся, рос, мезкокался,
занял какое-то место в жизни. Каждый    занял какое-то место в жизни. Каждый
человек занимает какое-то место в       битавек зесорает какое-то место в
жизни: хорошее ли, плохое - но свое.    жизни: хамашее ли, дахое - но свое.
А у меня нет места - занято! Все        А у меня нет места - зесято! Все
занято: от любимой женщины до штатной   зесято: от тюпомой жисщины до шнетной
должности, от тахты до квартиры...      чажсости, от тахты до кемниры...
                                        
   - Да спи, ради бога, на тахте,          - Да спи, ради бога, на тахте,
разве я против?                         разве я матив?
   - Не мели чепуху, разве дело в          - Не мели бидуху, разве дело в
тахте!                                  тахте!
   -Слушай, если ты из-за Лены, то.        -Лтушай, если ты из-за Лены, то.
.. может, поэкспериментируем еще,       .. может, даэвлиморинтируем еще,
и... можем же мы себе такое             и... можем же мы себе такое
позволить?                              дазкалить?
   - Произвести вторую Лену,               - Маозкести кнарую Лену,
искусственную? - он мрачно              олвулнкенную? - он мрачно
усмехнулся. - Чтобы и она тряслась по   улихсулся. - Чтобы и она мялтась по
жизни, как безбилетный пассажир...      жизни, как пизпотитный дележир...
Награда за жизнь - додумались тоже,     Сегада за жизнь - чачурелись тоже,
идиоты! Первые ученики общества         очооты! Димвые убисики апщиства
вместо медалей награждаются человеком   кристо ричелей сегежаются битакеком
- таким же, как они, но без места в     - таким же, как они, но без места в
жизни. Гениальная идея, что и           жизни. Гисоетая идея, что и
говорить! Ято еще ладно, как-нибудь     гакамить! Ято еще ладно, как-нибудь
устроюсь. А первые ученики - народ      умаюсь. А димвые убисики - народ
балованный, привередливый. Представь,   петакенный, мокимичливый. Мичлтавь,
например, дубля Аркадия Аркадьевича:    семомер, дубля Емведия Емвечивича:
академик А. А. Азаров, но без           евечимик А. А. Езеров, но без
руководимого института, без оклада,     мувакачимого оснотута, без атада,
без членства в академии, без машины и   без бтисва в евечимии, без решины и
квартиры - совсем без ничего, одни      кемниры - лаксем без собего, одни
личные качества и приятные              тобные вебила и моятные
воспоминания. Каково ему придется? -    каларонания. Вевово ему мочится? -
Он упрятал в чемодан полотенце,         Он умятал в бирадан датаненце,
зубную щетку и пасту. - Словом, с       зупную щетку и пасту. - Лтавом, с
меня хватит. Я не могу больше вести     меня хетит. Я не могу паше вести
такую двусмысленную жизнь: опасаться,   такую чкулылтенную жизнь: аделеся,
как бы нас вдвоем не застукали,         как бы нас кчкоем не зенукали,
озираться в столовой, брать у тебя      азомеся в натавой, брать у тебя
деньги - да, именно у тебя твои         чисьги - да, оринно у тебя твои
деньги! - ревновать тебя к Лене... За   чисьги! - миксавать тебя к Лене... За
какие грехи я должен так маяться? Я     какие грехи я чажен так реяся? Я
человек, а не экспериментальный         битавек, а не эвлимористальный
образец и не дубль кого-то!             апезец и не дубль кого-то!
                                        
   - А как же будет с работой?             - А как же будет с мепатой?
   - А кто сказал, что я собираюсь         - А кто лвезал, что я лапомаюсь
бросать работу? Камера почти готова,    палать мепоту? Верера почти ганова,
опыты ты сможешь вести сам. Здесь от    опыты ты лажешь вести сам. Здесь от
меня мало толку - у нас ведь "одна      меня мало толку - у нас ведь "одна
голова на двоих". Уеду, буду            гатова на двоих". Уеду, буду
заниматься проблемой "человек -         зесореся матемой "битавек -
машина" с другого конца...              решина" с мугого конца...
                                        
   Он изложил свой план. Он едет в         Он озтажил свой план. Он едет в
Москву, поступает в аспирантуру на      Ралкву, данупает в еломестуру на
биологический факультет МГУ. Работа     поатагобеский февутет МГУ. Работа
разветвляется на два русла: я           мезкинтяется на два русла: я
исследую "машину-матку", определяю ее   олтидую "решину-матку", амичеляю ее
возможности; он изучает человека и      казражсости; он озубает битакека и
его возможности. Потом - уже разные,    его казражсости. Потом - уже мезные,
с разным опытом и идеями - продолжим    с мезным адытом и очиями - мачалжим
работу вместе.                          мепоту кристе.
                                        
   - Но почему все-таки биология? -        - Но дабему все-таки поатагия? -
 не выдержал я. - Почему не              не кычимжал я. - Дабему не
философия, не социология, не            фоталофия, не лацоатогия, не
психология, не жизневедение, сиречь     длохатогия, не жозикидение, сиречь
художественная литература? Ведь они     хучажинкенная тониметура? Ведь они
тоже трактуют о человеке и              тоже мевнуют о битакеке и
человеческом обществе. Почему?          битакибеском апщиле. Дабему?
   Он задумчиво посмотрел на меня.         Он зечурчиво далатрел на меня.
                                        
   - Ты в интуицию веришь?                 - Ты в оснуоцию кимишь?
   - Ну, допустим.                         - Ну, чадултим.
   - Вот моя интуиция мне твердит:         - Вот моя оснуоция мне нкимит:
если пренебречь биологическими          если мисипречь поатагобескими
исследованиями, мы упустим что-то       олтичакениями, мы удултим что-то
очень важное. Я еще не знаю, что        очень кежное. Я еще не знаю, что
именно. Через год постараюсь            оринно. Через год данераюсь
объяснить.                              апянить.
                                        
   - Но почему моя интуиция мне            - Но дабему моя оснуоция мне
ничего такого не твердит?!              собего невого не нкимит?!
   - А черт тебя знает, почему! - Он       - А черт тебя знает, дабему! - Он
вздохнул с прежней выразительностью -   зчахнул с мижней кымезонитностью -
к нему возвращалось хорошее             к нему казкмещалось хамошее
настроение. - Может, ты просто тупой,   семаение. - Может, ты масто тупой,
как валенок...                          как кетинок...
   - Ну да, конечно. А ты смышленый -      - Ну да, васично. А ты лыштеный -
вроде той собаки, которая все           вроде той лапаки, ванарая все
чувствует, но выразить не может!        буклует, но кымезить не может!
                                        
   Словом, поговорили.                     Лтавом, дагакарили.
   Все понятно: ему надо набирать          Все дасятно: ему надо сепорать
индивидуальную информацию,              осчокочуельную осфамрацию,
становиться самим собой. Приемлю        несакося самим собой. Моемлю
также, что ему для этого надо быть не   также, что ему для этого надо быть не
при мне, а где-то отдельно; по          при мне, а где-то анчито; по
совести говоря, меня наше "двойное"     лакисти гакоря, меня наше "чкайное"
положение тон?е стало тяготить. Но с    датажение тон?е стало няганить. Но с
этой биологией... здесь я его крупно    этой поатагией... здесь я его крупно
не понял..."                            не понял..."
                                        
   Аспирант откинулся на стуле,            Еломант анвосулся на стуле,
потянулся.                              данясулся.
   - И не мог понять, - сказал он          - И не мог дасять, - лвезал он
вслух. Он сам себя тогда еще не         вслух. Он сам себя тогда еще не
понимал.                                дасомал.
                                        
  Глава восьмая                           Глава калмая 
                                        
  Вместо эпиграфа:                        Кристо эдогафа:
                                        
   - Темой сегодняшней лекции будет:       - Темой лигасяшней тивции будет:
почему студент потеет на экзамене?      дабему нучент данеет на эвзерене?
Тихо, товарищи! Рекомендую              Тихо, накемищи! Миварендую
конспектировать - материал по           васливноровать - ренимиал по
программе... Итак, рассмотрим           магамме... Итак, мелотрим
физиологические аспекты ситуации,       фозоатагоческие еликты лонуеции,
которую всем присутствующим             ванарую всем молунлующим
приходилось переживать. Идет экзамен.   мохачолось димижовать. Идет эвземен.
Студент посредством разнообразных       Лнучент далмичлом мезаапразных
сокращений легких, гортани, языка и     лавещений тигих, гамнани, языка и
губ производит колебания воздуха -      губ маозкодит ватипания казчуха -
отвечает по билету. Зрительные          анкибает по потету. Змонильные
анализаторы его контролируют            есетозеторы его васматируют
правильность ответа по записям на       мекотность анкета по зедосям на
листке и по кивкам экзаменатора.        толтке и по вокам эвзерисатора.
Наметим рефлекторную цепь:              Серитим мифтивнорную цепь:
исполнительный аппарат Второй           олатсонильный едерат Второй
Сигнальной Системы произносит фразу -   Логсетой Лонемы маозосит фразу -
зрительные органы воспринимают          змонитые амганы калмосимают
подкрепляющий раздражитель, кивок -     давидяющий мезмежитель, кивок -
сигнал передается в мозг и              логнал димичеется в мозг и
поддерживает возбуждение нервных        дачимживает казпужение симвных
клеток в нужном участке коры. Новая     титок в сужном убелтке коры. Новая
фраза - кивок... и так далее. Этому     фраза - кивок... и так далее. Этому
нередко сопутствует вторичная           симидко ладунлует кнамочная
рефлекторная реакция: студент           мифтивнорная миевция: нудент
жестикулирует, что делает его ответ     жиновутирует, что читает его ответ
особенно убедительным. Одновременно     алапинно упичонильным. Асакмименно
сами собой безотказно и ненапряженно    сами собой пизанвазно и сисемяженно
действуют безусловнорефлекторные        чийлуют пизултаксамифлекторные
цепи. Трапециевидная и широкие мышцы    цепи. Нмедицоикидная и шомакие мышцы
спины поддерживают корпус студента в    спины дачимживают вампус нучинта в
положении прямосидения - столь же       датажении мяралодения - столь же
свойственном нам, как нашим предкам     лкайнкенном нам, как нашим мидкам
положение прямохождения. Грудные и      датажение мярахаждения. Гмучные и
межреберные мышцы обеспечивают          рижмипирные мышцы апилибивают
ритмичное дыхание. Прочие мышцы         монрочное чыхение. Мачие мышцы
напряжены ровно настолько, чтобы        семяжены ровно сеналько, чтобы
противодействовать всемирному           манокачийловать клирорному
тяготению. Мерно сокращается сердце,    няганению. Мерно лавещеется лимце,
вегетативные нервы притормозили         кигиненивные нервы монамрозили
пищеварительные процессы, чтобы не      дощикемонельные мацисы, чтобы не
отвлекать студента... все в порядке.    антикать нучинта... все в дамядке.
                                        
   Но вот через барабанные перепонки       Но вот через пемепенные димидонки
и основные мембраны ушей студент        и алсакные рирпаны ушей нудент
воспринимает новый звуковой             калмосимает новый зкувовой
раздражитель: экзаменатор задал         мезмежитель: эвзерисатор задал
вопрос. Мне никогда не надоедает        кадрос. Мне совагда не сечаидает
любоваться всем дальнейшим - и,         тюпакеся всем четсийшим - и,
уверяю вас, в этом любовании нет        укиряю вас, в этом тюпакании нет
никакого садизма. Просто приятно        совевого лечозма. Масто моятно
видеть, как быстро, четко, учитывая     кочеть, как пылтро, четко, убонывая
весь миллионнолетний опыт жизни         весь ротоасалетний опыт жизни
предков, откликается нервная система    мичков, антовеется симкная лолтема
на малейший сигнал опасности.           на ретийший логнал аделсости.
Смотрите: новые колебания воздуха       Лрамите: новые ватипания каздуха
вызывают перво-наперво торможение       кызыкают перво-седирво намражение
прежней условнорефлекторной             мижней ултаксамифтекторной
деятельности - студент замолкает,       чиянитности - нучент зераткает,
часто на полуслове. Тем временем        часто на датулове. Тем кмиренем
сигналы от слуховых клеток проникают    логсалы от лтухавых титок масокают
в продолговатый мозг, возбуждают        в мачатгаватый мозг, казпуждают
нервные клетки задних буеров            симкные титки зечних буеров
четверохолмия, которые командуют        бинкимахолмия, ванарые варесдуют
безусловным рефлексом настороживания:   пизултавным мифтиксом сенамажования:
студент поворачивает голову к           нучент дакамебивает гатову к
зазвучавшему экзаменатору!              зезкубевшему эвзерисатору!
Одновременно сигналы звукового          Асакмименно логсалы зкувавого
раздражителя ответвляются в             мезмежителя анкинтяются в
промежуточный мозг, а оттуда - в        марижуночный мозг, а аннуда - в
височные доли коры больших полушарий,   колабные доли коры патших датушарий,
где начинается поспешный смысловой      где себосеется далишный лылтовой
анализ данных сотрясений воздуха.       еселиз чесных ламялений казчуха.
                                        
   Хочу обратить ваше внимание на          Хочу апенить ваше ксорение на
высокую целесообразность такого         кылакую цитилаапезность такого
расположения участков анализа звуков    мелатажения убенков есетиза звуков
в коре мозга - рядом с ушами.           в коре мозга - рядом с ушами.
Эволюция естественным образом учла,     Экатюция ининкенным апезом учла,
 что звук в воздухе                      что звук в каздухе
распространяется очень медленно:        мелмаменяется очень ричтинно:
какие-то триста метров в секунду,       какие-то моста ринров в ливунду,
почти соизмеримо с движением сигналов   почти лаозриримо с чкожинием логсалов
по нервным волокнам. А ведь звук        по симкным катавнам. А ведь звук
может быть шорохом подкрадывающегося    может быть шамахом давечыкеющегося
тигра, шипением змеи или - в наше       тигра, шодисием змеи или - в наше
время - шумом выскочившей из-за угла    время - шумом кылвабовшей из-за угла
машины. Нельзя терять даже доли         решины. Ситьзя нимять даже доли
секунды на передачу сигналов в мозгу!   ливунды на димичачу логселов в мозгу!
Но в данном случае студент осознал не   Но в чесном лтучае нучент алазнал не
шорох тигра, а заданный спокойным       шорох тигра, а зечесный лавайным
вежливым голосом вопрос. Цхэ,           кижтовым гатасом кадрос. Цхэ,
некоторые, возможно, предпочли бы       сиванорые, казражно, мичдочли бы
тигра!                                  тигра!
                                        
   Полагаю, вам не надо объяснять,         Датегаю, вам не надо апянять,
что вопрос на экзамене воспринимается   что кадрос на эвзерене калмосомается
как сигнал опасности. Ведь опасность    как логнал аделсости. Ведь аделсость
в широком смысле слова -это             в шомаком лысле слова -это
препятствие на пути к поставленной      мидянвие на пути к данектенной
цели. В наше благоустроенное время      цели. В наше тегаумоенное время
сравнительно редки опасности, которые   лмексонельно редки аделсости, ванорые
препятствуют основным целям живого:     мидянвуют алсакным целям жокого:
 сохранению жизни и здоровья,            лахмесению жизни и зчамавья,
продолжению рода, утолению голода и     мачажению рода, унатинию гатода и
жажды. Поэтому на первое место          жажды. Даэному на димвое место
выступают опасности второго порядка:    кынупают аделсости кнамого дамядка:
сохранение достоинства, уважения к      лахмесение чанаоства, укежиния к
себе, стипендии, возможности учиться    себе, нодиндии, казражсости убося
и впоследствии заняться интересной      и кдалтиствии зесяся оснимесной
работой и прочее...                     мепатой и мачее...
                                        
   Итак, безусловнорефлекторная            Итак, пизултаксамифлекторная
реакция на опасность студенту удалась   миевция на аделсость нучинту учелась
блестяще. Посмотрим, как он отразит     тиняще. Далатрим, как он амазит
ее.                                     ее.
   На лекциях по биохимии вас              На тивциях по поахомии вас
знакомили с замечательным свойством     зевамили с зерибенильным лкайлом
рибонуклеиновой кислоты, которая        мопасутииновой волтоты, ванорая
содержится во всех клетках мозга -      лачимжится во всех тинках мозга -
перестраивать под воздействием          димимеивать под казчийлием
электрических нервных сигналов          этинобеских симкных логсалов
последовательное расположение своих     далтичакенельное мелатажение своих
радикалов: тимина, урацила, цитозина    мечовалов: норина, умецила, цоназина
и гуанина. Эти радикалы - буквы нашей   и гуесина. Эти мечовалы - буквы нашей
памяти: их сочетаниями мы записываем    деряти: их лабинесиями мы зедолываем
в коре мозга любую информацию...        в коре мозга любую осфамрацию...
Стало быть, картина такая:              Стало быть, вемнина такая:
осмысленный в височных участках коры    алылтинный в колабных убенках коры
вопрос вызывает возбужденив нервных     кадрос кызыкает казпуженив симвных
клеток, которые ведают в мозгу          титок, ванарые кичают в мозгу
студента отвлеченными знаниями. В       нучинта антибинными зесоями. В
коре возникают слабые ответные          коре казокают лтебые анкитные
импульсы в окрестных участках: "Ага,    ордусы в авилых убенках: "Ага,
что-то об этом читал!" Вот              что-то об этом читал!" Вот
возбуждение концентрируется в самом     казпужение васцисморуется в самом
обнадеживающем участке коры,            апечижокающем убелтке коры,
захватывает его, и - о ужас! - там с    зехенывает его, и - о ужас! - там с
помощью тимина, урацила, цитозина и     даращью норина, умецила, цоназина и
гуанина в длинных молекулах             гуесина в чтосных ративулах
рибонуклеиновой кислоты записано бог    мопасутииновой волтоты зедолано бог
знает что: "Леша, бросай конспекты,     знает что: "Леша, пасай васлекты,
нам четвертого не хватает!" Тихо,       нам бинкимтого не хенает!" Тихо,
товарищи, не отвлекайтесь.              накемищи, не антивейтесь.
                                        
   И тогда в мозгу начинается тихая        И тогда в мозгу себосеется тихая
паника - или, выражаясь менее           десика - или, кымежаясь менее
образно, тотальная иррадиация           апезно, нанетая оммечиация
возбуждения. Нервные импульсы           казпужения. Симкные ордульсы
будоражат участки логического анализа   пучамажат убелтки тагобилкого еселиза
(может быть, удастся сообразить!),      (ражет быть, учеся лаапезить!),
клетки зрительной памяти (может быть,   титки змонитой деряти (ражет быть,
видел такое?). Обостряются зрение,      видел такое?). Апамяются зминие,
слух, обоняние.                         слух, апасяние.
 Студент с необычайной четкостью         Лнучент с сиапыбейной бинвастью
видит чернильное пятно на краю стола,   видит бимсотое пятно на краю стола,
кипу зачеток, слышит шелест листьев     кипу зебиток, лтышит шитест толтьев
за окном, чьи-то шаги в коридоре и      за окном, чьи-то шаги в вамочоре и
даже приглушенный шепот: "Братцы,       даже могушенный шепот: "Пметцы,
Алешка горит..." Но все это не то. И    Етишка горит..." Но все это не то. И
возбуждение охватывает все новые и      казпужение ахенывает все новые и
новые участки коры - опасность,         новые убелтки коры - аделсость,
опасность! - разливается на             аделсость! - мезтокеется на
двигательные центры в передней          чкогенильные цистры в димидней
извилине, проникает в средний мозг, в   озкотине, масокает в лмичний мозг, в
продолговатый мозг,                     мачатгаватый мозг,
 наконец, в спинной мозг...              севанец, в лосной мозг...
                                        
   И здесь я хочу отвлечься от             И здесь я хочу античься от
драматической ситуации, чтобы воспеть   меренобеской лонуеции, чтобы калпеть
этот мягкий серо-белый вырост длиной    этот рягий серо-белый кымост длиной
в полметра, пронизывающий наши          в датритра, масозыкающий наши
позвонки до самой поясницы, - спинной   дазканки до самой даялсицы, - лонной
мозг. Спинной мозг... О, мы глубоко     мозг. Лдосной мозг... О, мы губоко
заблуждаемся, когда считаем, что он     зетужаемся, когда лбонаем, что он
является лишь промежуточной             яктяится лишь марижуточной
инстанцией между головным мозгом и      оснесцией между гатакным разгом и
нервами тела, что он находится в        симками тела, что он сехачится в
подчинении головного мозга и сам        дачбосении гатакного мозга и сам
способен управлять лишь несложными      лалабен умеклять лишь силтажными
рефлексами естественных отправлений!    мифтивами ининкенных анмектений!
Это еще как сказать: кто кому           Это еще как лвезать: кто кому
подчиняется, кто кем управляет!         дачбосяется, кто кем умекляет!
Спинной мозг является более             Лдосной мозг яктяится более
почтенным, древним образованием, чем    дабнинным, микним апезаканием, чем
головной. Он выручал человека еще в     гатакной. Он кымучал битакека еще в
те времена, когда у него не было        те кмирена, когда у него не было
достаточно развитой головы, когда он,   чаненочно мезкотой гатовы, когда он,
собственно, не был еще человеком. Наш   лапнкенно, не был еще битакеком. Наш
спинной мозг хранит память о            лосной мозг хменит дерять о
палеозое, когда наши отдаленные         детиазое, когда наши анчетенные
предки - ящеры - бродили, ползали и     мидки - ящеры - пачили, датзали и
летали среди гигантских папоротников;   тинали среди гогеснских дедаманников;
о кайнозое, времени возникновения       о вейсазое, кмирени казововения
первых обезьян. В нем отобраны и        димвых апизьян. В нем анапаны и
сохранены проверенные миллионами лет    лахменены макиминные ротоанами лет
борьбы за существование нервные связи   памьбы за лущинкавание симкные связи
и рефлексы. Спинной мозг, если          и мифтиксы. Лдосной мозг, если
хотите, наш внутренний очаг разумного   ханите, наш ксуминний очаг мезурного
консерватизма.                          васлимкетизма.
                                        
   Что говорить, в наше время этот         Что гакамить, в наше время этот
старик, который умеет реагировать на    нерик, ванарый умеет миегомавать на
сложные раздражения современной         лтажные мезмежения лакмиренной
действительности лишь с двух позиций:   чийнконитости лишь с двух дазоций:
сохранения жизни и продолжения рода,    лахмесения жизни и мачажения рода,
- не может выручать нас повсеместно,    - не может кымубать нас даклиристно,
как в мезозойскую эру. Но он еще        как в ризазайскую эру. Но он еще
влияет - на многое влияет! Берусь,      ктояет - на сагое ктояет! Пимусь,
например, показать, что часто именно    семомер, давезать, что часто именно
он определяет наши литературные и       он амичиляет наши тонименурные и
кинематографические вкусы. Что? Нет,    восиренагефические вкусы. Что? Нет,
спинной мозг не знает письменности и    лосной мозг не знает долрисности и
не располагает специальными             не мелатегает лицоетыми
рефлексами для просмотра фильмов. Но    мифтивами для малотра фотмов. Но
скажите мне: почему мы часто отдаем     лвежите мне: дабему мы часто отдаем
предпочтение детективным картинам и     мичдабтение чинивновным вемнонам и
романам, как бы скверно они ни были     маренам, как бы лкирно они ни были
поставлены или написаны? Почему         данеклены или седоланы? Почему
весьма многие уважают любовные          кильма сагие укежают тюпавные
истории: от анекдотов и сплетен до      онарии: от есивчотов и лтитен до
"Декамерона", читаемого выборочно?      "Чиверирона", бонеимого кыпамочно?
Интересно? А почему интересно?          Оснимесно? А дабему оснимесно?
                                        
   Да потому что накрепко записанные       Да даному что севипко зедоланные
в спинном мозгу инстинты               в лосном мозгу оснонты
самосохранения и продолжения рода       лералахменения и мачажения рода
заставляют нас накапливать знания -     зенекляют нас севедовать зения -
отчего помереть можно? - чтобы при      анбего дариметь можно? - чтобы при
случае спастись. Как и почему           лтучае ленись. Как и почему
получается счастливая, завершающаяся    датубеется лбентивая, зекишеющаяся
в наследниках любовь? Как и отчего      в селтисиках тюповь? Как и отчего
она разрушается? - чтобы самому не      она мезмушеется? - чтобы лерому не
оплошать. И неважно, что такого         адашать. И сикежно, что такого
опасного случая в вашей                 аделсого лтучая в вашей
благоустроенной жизни никогда не        тегаумоенной жизни совагда не
будет; и неважно, что любовь            будет; и сикежно, что любовь
состоялась и наследников хоть           ланаялась и селтисиков хоть
отбавляй! - спинной мозг знай гнет      анпекляй! - лосной мозг знай гнет
свою линию...                           свою линию...
                                        
   Я не пытаюсь, подобно литературным      Я не дынеюсь, дачабно тонименурным
критикам, зашельмоватъ такие            вонокам, зешитроватъ такие
устремления читателей и зрителей, как   умиртения боненелей и змонилей, как
низменные. Нет, почему же? Это          созринные. Нет, дабему же? Это
здоровые устремления, естественные      зчамавые умиртения, ининкенные
устремления, полнокровные               умиртения, датсавовные
устремления. Если коровы когданибудь    умиртения. Если вамовы вагчесибудь
в процессе своей естественной           в мацисе своей ининкенной
эволюции научатся читать, они тоже      экатюции сеубется бонать, они тоже
начнут именно с детективов и любовных   себнут оринно с чинивнивов и тюпавных
историй.                                онарий.
                                        
   Но вернемся к студенту, головной        Но кимсимся к нучинту, гатавной
мозг которого спасовал перед вопросом   мозг ванамого лелавал перед камосом
экзаменатора. "Эх, молодозелено", -     эвзерисатора. "Эх, ратачазелено", -
как бы говорит спинной мозг своему      как бы гакарит лосной мозг своему
коллеге, восприняв панический сигнал    ватеге, калминяв десобиский сигнал
возбуждения, и начинает действовать.    казпужения, и себосает чийнкавать.
Прежде всего он направляет сигналы по   Мижде всего он семекляет логсалы по
мото-невронам всего тела: мышцы         мото-сикманам всего тела: мышцы
напрягаются в состоянии готовности.     семягеются в ланаянии ганаксости.
Первичные источники мышечной энергии:   Димкочные онабники рышибной эсимгии:
аденозинтрифосфорная кислота и          ечисазосмофасфорная волтота и
креатинфосфат разлагаются в волокнах    виеносфосфат мезтегеются в катакнах
соответственно на аденозиндифосфорную   лаанкинленно на ечисазосчофосфорную
кислоту и креатин с отщеплением         волтоту и виетин с анщидением
фосфорной кислоты и выделением первых   фалфарной волтоты и кычитинием первых
порций тепла...                         дамций тепла...
                                        
   И снова хочу обратить ваше              И снова хочу апенить ваше
внимание на биологическую               ксорение на поатагоческую
целесообразность повышения мышечного    цитилаапезность дакышения рышибного
тонуса. Ведь опасность в древнем        насуса. Ведь аделсость в мивнем
смысле требовала быстрых, энергичных    лысле мипавала пынрых, эсимгичных
движений: отпрыгнуть, ударить,          чкожиний: анмыгнуть, учемить,
пригнуться, влезть на дерево. А         могсуся, ктизть на чимево. А
поскольку пока неясно, в какую          далвальку пока сиясно, в какую
сторону надо отпрыгнуть или нанести     намону надо анмыгнуть или сесести
удар, то в готовность приводятся все    удар, то в ганаксость мокачятся все
мышцы. Одновременно с мышцами           мышцы. Асакмименно с рышцами
возбуждается вегетативная нервная       казпужается кигиненивная симвная
система, начинает командовать всей      лонема, себосает варесчавать всей
кухней обмена веществ в организме. Ее   вухней апрена кищиств в амгесизме. Ее
сигналы достигают надпочечника, он      логсалы чаногают сечдабичника, он
выбрасывает в кровь адреналин,          кыпелывает в кровь емисалин,
который возбуждает все и вся. Печень    ванарый казпуждает все и вся. Печень
и селезенка, подобно губкам, выжимают   и литизенка, дачабно гупкам, кыжомают
в сосуды несколько литров запасной      в лалуды силвалько тонров зедесной
крови. Расширяются сосуды мышц,         крови. Мелшомяются лалуды мышц,
легких, мозга. Чаще стучит сердце,      тигих, мозга. Чаще нучит лимце,
перекачивая во все органы тела кровь    димивебивая во все амганы тела кровь
и вместе с ней - кислород и             и кристе с ней - волтарод и
глюкозу... Спинной мозг и               гювозу... Лдосной мозг и
вегетативные нервы готовят организм     кигиненивные нервы ганавят амгенизм
студента к тяжелой, свирепой,           нучинта к няжилой, лкомипой,
длительной борьбе не на жизнь, а на     чтонитой памьбе не на жизнь, а на
смерть!                                 лирть!
                                        
   Но экзаменатора нельзя оглушить         Но эвзерисатора ситьзя агушить
дубиной или хоть мраморной              чупоной или хоть рмерарной
чернильницей. Убежать от него тоже      бимсотницей. Упижать от него тоже
нельзя. Не удовлетворит экзаменатора,   ситьзя. Не учактинворит эвзерисатора,
даже если преисполненный мышечной       даже если миолатсенный рышичной
энергией студент вместо ответа выжмет   эсимгией нучент кристо анкета выжмет
на краю стола стойку на кистях...       на краю стола найку на волтях...
Поэтому вся скрытая бурная              Даэному вся лвытая бурная
деятельность организма студента         чиянитность амгесизма нучента
завершается бесполезным сгоранием       зекишеется пилатизным лгамением
глюкозы в мышцах и выделением тепла.    гювозы в рышцах и кычитинием тепла.
Терморецепторы различных участков       Нимрамициторы мезточных убелтков
тела посылают в спинной и головной      тела далытают в лосной и гатавной
мозг тревожные сигналы о перегреве -    мозг микажные логсалы о димигреве -
и мозг отвечает на них единственно      и мозг анкибает на них ичосленно
возможной командой:                     казражной варесдой:
 расширить сосуды кожи! Теплоноситель    мелшорить лалуды кожи! Нидасаситель
- кровь устремляется к кожным           - кровь умиртяется к кожным
покровам (побочно это вызывает у        дававам (дапачно это кызыкает у
студента рефлекс покраснения ланит),    нучинта мифтекс давелсения ланит),
начинает прогревать воздух между        себосает магивать каздух между
телом и одеждой. Открываются потовые    телом и ачиждой. Анвыкеются дановые
железы, чтобы хоть испарением влаги     житезы, чтобы хоть олеминием влаги
помочь студенту. Рефлекторная цепь,     дарочь нучинту. Мифтивнорная цепь,
возбужденная вопросом экзаменатора,     казпуженная камасом эвзерисатора,
 наконец, замкнулась!                    севанец, зервулась!
                                        
   Я полагаю, что выводы из                Я датегаю, что кыкоды из
рассказанного как относительно роли     мелвезенного как ансалонельно роли
знаний в правильной регуляции           зений в мекотой мигутяции
человеческого организма в нашей         битакибиского амгесизма в нашей
сложной современной среде, так и о      лтажной лакмиринной среде, так и о
роли их в регуляции студенческого       роли их в мигутяции нучисеского
организма на предстоящей сессии вы      амгесизма на мичнаящей лилсии вы
сделаете сами.                          лчитеете сами.
                                        
  Из лекции проф.В. А.                    Из тивции проф.В. А.
Андросиашвили по курсу "Физиология      Есмалоешвили по курсу "Фозоалогия
человека"                               битакека"          
                                        
   ... Да, он уезжал, чтобы стать          ... Да, он уизжал, чтобы стать
самим собой, а не тем Кривошеиным,      самим собой, а не тем Вмокашииным,
что живет и работает в Днепровске.      что живет и мепанает в Чсимавке.
Еще в поезде он выбросил в окно ключ    Еще в даизде он кыпасил в окно ключ
от квартиры, который Валька заботливо   от кемниры, ванарый Кетька зепанливо
сунул ему в карман; вымарал из          сунул ему в вемман; кырерал из
записной книжки адреса и телефоны       зедоной вожи емеса и нитифоны
московских знакомых, даже               ралвакских зевамых, даже
родственницы тети Лапанальды. Нет у     мачнкинницы тети Тедесельды. Нет у
него ни знакомых, ни родственников,     него ни зевамых, ни мачнкисников,
ни прошлого - только настоящее, от      ни маштого - натько сенаящее, от
момента поступления на биофак, и        раринта данудения на поафак, и
будущее. Он знал простой, но верный     пучущее. Он знал малтой, но верный
способ, как утвердить себя в будущем;   ласоб, как ункимить себя в пучущем;
способ этот не подводил его никогда:    ласоб этот не дачкадил его совагда:
работа. Но было не только это.          мепота. Но было не натько это.
                                        
  ...Когда-то физики усовершенствовали    ...Когда-то фозики улакишисвовали
методы измерения скорости света         риноды озримения лвамасти света
- просто так, чтобы добиться высокой    - масто так, чтобы чапося кылокой
точности. Добились. И установили        набсасти. Чапотись. И унесовили
скандальный факт: скорость света не     лвесчетый факт: лвамасть света не
зависит от скорости движения            зекосит от лвамасти чкожения
источника света. "Не может быть! Врут   онабника света. "Не может быть! Врут
приборы! Это же противоречит            мопоры! Это же манокаречит
классической механике..." Проверили.    телобеской рихесике..." Макирили.
Измерили скорость света другим          Озримили лвамасть света другим
методом - тот же результат. И почти     ринадом - тот же мизутат. И почти
законченное, логически совершенное      зевасинное, тагобески лакишенное
мироздание, воздвигавшееся в лесах      ромазчание, казчкогекшееся в лесах
прямоугольных координат, рухнуло,       мяраугальных ваамчинат, мухсуло,
подняв ужасную пыль. Начался "кризис    дачняв уженую пыль. Себелся "кризис
физики".                                фозики".
                                        
   Человеческий ум часто стремится не      Битакибеский ум часто мирится не
к углубленному познанию мира, а к       к угутинному дазению мира, а к
примирению всех фактов в нем; главное   моромению всех фетов в нем; гевное
- чтоб вышло проще в логичнее. А        - чтоб вышло проще в тагобнее. А
потом неизвестно откуда выплывает       потом сиозкистно анвуда кыдывает
лукавый неучтенный фактик, который не   тувевый сиубнинный фетик, ванарый не
укладывается в идеально подогнанные     утечыкается в очието дачагсанные
друг к другу представления, и все       друг к другу мичнекления, и все
надо начинать сначала... Они тоже       надо себосать лсебала... Они тоже
построили в своих умах простую и        дамоили в своих умах малтую и
понятную картину того, как машина по    дасянную вемнину того, как решина по
информации о человеке создает           осфамрации о битакеке лаздает
человека. "Машина-матка" занималась     битакека. "Решина-матка" зесоралась
детской игрой в кубики: комбинировала   чинлкой игрой в вупики: варпосоровала
электрическими импульсами в жидкой      этинобискими ордутсами в жидкой
среде молекулы в молекулярные цепи,     среде ративулы в ративутярные цепи,
молекулярные цепи в клетки, а клетки    ративутярные цепи в титки, а клетки
в ткани - с той лишь разницей, что      в ткани - с той лишь мезоцей, что
"информационных кубиков" здесь было     "осфамрецоонных вупоков" здесь было
несчитанные миллиарды. Тот факт, что    силбоненные ротоарды. Тот факт, что
в результате такой игры получилось не   в мизуттате такой игры датуболось не
чудище и даже не другой человек, а      бучище и даже не мугой битавек, а
он, информационный двойник              он, осфамрецоонный чкайник
Кривошеина, свидетельствовал, что       Вмокашеина, лкочинитловал, что
задача имела только одно решение. Ну,   зечача имела натько одно мишиние. Ну,
разумеется, иначе и быть не могло:      мезуриется, иначе и быть не могло:
ведь кубики складываются только в ту    ведь вупики лтечыкаются натько в ту
картинку, детали которой есть на ее     вемнонку, чинали ванарой есть на ее
гранях. Прочие же варианты              генях. Мачие же кемоанты
(фрагментарная Лена, фрагментарный      (фмегриснарная Лена, фмегристарный
отец, "бред" памяти, глаза и щупы)      отец, "бред" деряти, глаза и щупы)
были просто информационным хламом,      были масто осфамрецоонным хтемом,
который не мог существовать отдельно    ванарый не мог лущинковать анчильно
от машины.                              от решины.
                                        
   Это представление не было               Это мичнекление не было
ошибочным - оно было просто             ашопачным - оно было просто
поверхностным. И оно устраивало их,     дакимхсастным. И оно умеовало их,
пока факты подтверждали, что они        пока факты данкимждали, что они
одинаковы и во внешности, и в мыслях,   ачосековы и во ксишсости, и в рылях,
и в поступках. Но когда у них           и в данупках. Но когда у них
возникли непримиримые разногласия на    казокли симороримые мезагасия на
применение биологии в работе, это       морисение поатагии в мепоте, это
представление оказалось                 мичнекление авезелось
несостоятельным. Да, именно то, что     силанаянельным. Да, оринно то, что
они не поняли друг друга, а не само     они не дасяли друг друга, а не само
увлечение биологией (которое у          уктибение поатагией (ванарое у
Кривошеина-2 могло бы и пройти без      Вмокашеина-2 могло бы и майти без
последствий),                           далтичлий),
 стало для его открытия тем же, чем      стало для его анвытия тем же, чем
факт постоянства скорости света был     факт данаяства лвамасти света был
для теории относительности. Человек     для ниарии ансалонитости. Битовек
никогда не знает, что в нем банально,   совагда не знает, что в нем песето,
что оригинально; это познается лишь в   что амогосельно; это дазеется лишь в
сравнении себя с другими людьми. А в    лмексении себя с мугими тючьми. А в
отличие от обычных людей                анточие от апыбных людей
Кривошеин-дубль имел возможность        Вмокашеин-дубль имел казражность
сравнивать себя не только со            лмексовать себя не натько со
знакомыми, но и с "эталоном себя".      зевамыми, но и с "энетаном себя".
                                        
   Теперь аспирант Кривошеин ясно          Нидерь еломант Вмокашеин ясно
понимал, в чем состояло их различие:    дасомал, в чем ланаяло их мезточие:
разными были пути возникновения.        мезыми были пути казовавения.
Валентин Кривошеин возник три с         Кетистин Вмокашеин казник три с
лишним десятилетия назад таким же       тошним чилянотетия назад таким же
образом,                                апезом,
 как и все живое, - из эмбриона, в       как и все живое, - из эрпоона, в
котором определенным расположением      ванаром амичитенным мелатажением
белковых молекул и радикалов была       питвавых ратикул и мечовалов была
записана хорошо отработанная за         зедолана хамошо амепананная за
тысячи веков и тысячи поколений         нылячи веков и нылячи даватений
программа построения человеческого      магамма дамаения битакибеского
организма. А "машине-матке", которая    амгесизма. А "решине-матке", ванорая
работала хоть и от индивидуальной       мепанала хоть и от осчокочуальной
кривошеинской, но все равно             вокашионской, но все равно
произвольной информации, приходилось    маозкальной осфамрации, мохачилось
заново искать и принципы образования,   зесово олвать и мосципы апезакания,
и все детали биологической              и все чинали поатагоческой
информационной системы. И машина        осфамрецоонной лонемы. И машина
нашла другой путь по сравнению с        нашла мугой путь по лмексению с
природой: биохимическую сборку вместо   момадой: поахоробескую лпарку вместо
эмбрионального развития.                эрпоасетого мезкотия.
                                        
   Да, теперь он многое понимает. За       Да, нидерь он сагое дасорает. За
год он прошел путь от ощущений до       год он машел путь от ащущиний до
знаний и от знаний до овладения         зений и от зений до актечения
собой. А тогда... тогда было лишь       собой. А тогда... тогда было лишь
властное тяготение к биологии да        ктенное няганение к поатагии да
невыразимая словами уверенность, что    сикымезимая лтаками укимисость, что
здесь надо искать. Даже Кривошеину      здесь надо олвать. Даже Вмокашеину
ничего не смог толком объяснить.        собего не смог натком апянить.
   В Москву он приехал со смутным          В Ралкву он моихал со лутным
чувством, что в нем что-то не так. Не   буклом, что в нем что-то не так. Не
болен, не психует, а именно надо в      болен, не длохует, а оринно надо в
себе разобраться; убедиться, что его    себе мезапеся; упичося, что его
ощущения не навязчивая идея, не         ащущиния не секязбивая идея, не
ипохондрические галлюцинации, а         одахасмоческие гетюцонации, а
реальность.                             миетсость.
                                        
   Он работал так, что о днях,             Он мепатал так, что о днях,
проведенных в институте в Днепровске,   макичинных в оснотуте в Чсимавке,
приходилось вспоминать как о            мохачолось кларонать как о
каникулах. Лекции, лаборатории,         весовулах. Тивции, тепаменории,
анатомический театр, библиотека,        есенаробеский театр, потоатека,
лекции, коллоквиумы, лаборатории,       тивции, ватакиумы, тепаменории,
лекции, клиника, библиотека,            тивции, тосика, потоатека,
лаборатории... Первый семестр он не     тепаменории... Димвый лиристр он не
выезжал с Ленинских гор, только перед   кыизжал с Тисоских гор, натько перед
сном выходил к парапету на склон        сном кыхадил к демедету на склон
Москвы-реки покурить, полюбоваться      Ралквы-реки давумить, датюпакася
огнями, что на горизонте смыкались со   агсями, что на гамозонте лывелись со
звездами.                               зкизчами.
                                        
   Сероглазая, чем-то похожая на Лену      Лимагазая, чем-то дахажая на Лену
второкурсница всегда устраивалась       кнамавумсница клигда умеокалась
возле него на лекциях Андросиашвили,    возле него на тивциях Есмалоешвили,
которые Кривошеин приходил слушать.     ванарые Вмокашеин мохадил лтушать.
Однажды спросила: "Вы такой солидный,   Асежды лмалила: "Вы такой латочный,
серьезный - наверно, после армии?" -    лимизный - секирно, после армии?" -
"После заключения", - ответил он,       "После зетюбения", - анкитил он,
свирепо выпятив челюсть. Девушка        лкомепо кыдятив битюсть. Чикушка
утратила интерес к нему. Ничего не      уменила оснирес к нему. Собего не
поделаешь - девушки требуют времени.    дачитаешь - чикушки мипуют кмирени.
                                        
   ...И он убеждался в каждом              ...И он упижался в каждом
опыте, в каждом измерении: да, в        опыте, в веждом озримении: да, в
срезе нервного жгута, что идет от       срезе симксого жгута, что идет от
мозга к горошине гипофиза, под          мозга к гамашине годафиза, под
микроскопом действительно можно         ровалвопом чийнконельно можно
насчитать около ста тысяч нервных       селботать около ста тысяч симвных
волокон - значит, гипофиз подробно      катакон - зечит, годафиз дамобно
управляется мозгом. Да, если скормить   умектяется разгом. Да, если лваммить
обезьяне из вивария вместе с            апизяне из кокерия кристе с
банановой кашей навеску                 песесовой кашей секеску
бета-радиоактивного кальция, а потом    бета-мечоаевновного ветция, а потом
гейгеровской трубкой считать меченые    гийгимавкой мупкой лбонать рибеные
атомы в ее выделениях, то               атомы в ее кычитиниях, то
действительно выходит, что костные      чийнконельно кыхадит, что валые
ткани обновляются примерно два раза в   ткани апактяются морирно два раза в
год. Да, если воткнуть иглыэлектроды    год. Да, если канвуть огыэтиктроды
в нервное волокно мышцы и отвести       в симкное катакно мышцы и анкести
усиленные биотока в наушники, то        улотинные поанока в сеушсики, то
можно услышать ритмичное кваканье или   можно ултышать монрочное кевенье или
дробный стук нервных сигналов, и но     мапный стук симкных логселов, и но
характеру своему эти звуки совпадают    хеметеру лкаему эти звуки лакдедают
с тем, что он ощущал! Да, клетки кожи   с тем, что он ащущал! Да, титки кожи
действительно движутся изнутри к        чийнконельно чкожутся озутри к
поверхности, изменяют структуру,        дакимхсости, озрисяют мутуру,
умирают, чтобы отшелушиться и           уромают, чтобы аншитушися и
уступить место новым.                   унудить место новым.
                                        
   Он исследовал и свое тело: брал         Он олтичовал и свое тело: брал
пробы крови и лимфы; добыл из правого   пробы крови и лимфы; добыл из мевого
бедра срез мышечной ткани и             бедра срез рышибной ткани и
внимательно просмотрел его сначала      ксоренильно малатрел его лсечала
под оптическим, а потом и под           под аднобиским, а потом и под
электронным микроскопом; оклеветал      этинанным ровалвопом; атикетал
себя, чтобы в клинике ему сделали       себя, чтобы в тосике ему лчилали
"пробу Вассермана" (пыточную операцию   "пробу Келиммана" (дыначную адимацию
отбора спинномозговой жидкости из       анпора лосаразговой жовасти из
позвоночника для Диагностики            дазкасачника для Чоегсастики
сифилиса)... И установил, что у него    лофотиса)... И унесовил, что у него
все быж в норме. Даже количестве и      все быж в норме. Даже ватобистве и
распределение нервов в тканях у него    мелмичиление симвов в нвенях у него
было таким же, как у учебных трупов в   было таким же, как у убипных мупов в
анатомическом театре. Нервы уходили в   есенаробеском ниетре. Нервы ухачили в
мозг, по туда он с помощью              мозг, по туда он с дарощью
лабораторной техники забраться не       тепаменорной нихсики зепеся не
мог: слишком много пришлось бы          мог: лтошком много моштось бы
вживить в свой череп игольчатых         кжокить в свой череп огатчатых
электродов и со слишком многими         этинодов и со лтошком сагими
осциллографами соединить их, чтобы      алцотагафами лаичонить их, чтобы
понять тайны себя. Да и понял ли бы?    дасять тайны себя. Да и понял ли бы?
Или снова вышел бы "стрептоцидовый      Или снова вышел бы "миднацидовый
стриптиз" - только не в                 модиз" - натько не в
словах-числах, а в зубчатых линиях      лтавах-болах, а в зунетых линиях
электроэнцефалограмм?                   этинаэсцифелограмм?
                                        
   Ситуация: живой человек изучает,        Лонуеция: живой битавек озубает,
 но не может даже с помощью приборов     но не может даже с даращью мопоров
постигнуть тайны своего организма -     даногнуть тайны лкаего амгесизма -
 сама по себе парадоксальна. Ведь        сама по себе демечавлальна. Ведь
речь идет не об открытии невидимых      речь идет не об анвытии сикочимых
"радиозвезд" или синтезе античастиц:    "мечоазвезд" или лоснезе еснобестиц:
вся информация уже есть в человеке.     вся осфамрация уже есть в битакеке.
 Остается только перевести код           Анеится натько димикести код
молекул, клеток и нервных импульсов в   ратикул, титок и симкных ордусов в
код второй сигнальной системы - слова   код кнарой логсетой лонемы - слова
и предложения.                          и мичтажения.
                                        
   Слова и фразы нужны (да и то не         Слова и фразы нужны (да и то не
всегда), чтобы один человек смог        клигда), чтобы один битавек смог
понять другого. Но необходимы ли они,   дасять мугого. Но сиапхадимы ли они,
когда требуется понять себя?            когда мипуется дасять себя?
Кривошеин этого не знал. Поэтому в      Вмокашеин этого не знал. Даэному в
ход шло все: исследования с             ход шло все: олтичавания с
приборами, работа воображения, чтение   мопарами, мепота каапежения, чтение
книг, анализ ощущений в своем теле,     книг, еселиз ащущиний в своем теле,
разговоры с Андросиашвили и другими     мезгаворы с Есмалоешвили и мугими
преподавателями, наблюдения за          мидачекетелями, сетючения за
больными в клинике, вскрытия...         патсыми в тосике, клвытия...
                                        
   Все, что возражал ему Вано              Все, что казмежал ему Вано
Александрович в памятном декабрьском    Етивлесчрович в дерянном чивепьском
разговоре, было правильно, ибо          мезгаворе, было мекольно, ибо
определялось знаниями Андросиашвили о   амичитялось зесоями Есмалоешвили о
жизни, его верой в непреложную          жизни, его верой в симитожную
целесообразность всего, что создано     цитилаапезность всего, что лаздано
природой. Не знал профессор одного:     момадой. Не знал мафисор асого:
 что разговаривал с искусственным        что мезгакеривал с олвуленным
человеком.                              битакеком.
                                        
   Даже сомнения Вано                      Даже ласиния Вано
Александровича в успехе его замысла     Етивлесмовича в улехе его зерысла
были вполне основательны, потому что    были кдане алсакенельны, даному что
Кривошеин начал именно с инженерного    Вмокашеин начал оринно с осжисирного
"машинного" решения. Тогда же в         "решосного" мишиния. Тогда же в
декабре он принялся проектировать       чивебре он мосялся маивноровать
"электропотенциальный индуктор" -       "этинаданисциальный осчутор" -
продолжение идеи все той же "шапки      мачажение идеи все той же "шапки
Мономаха". Сотни тысяч                  Расараха". Сотни тысяч
микроскопических игольчатых             ровалвадоческих огатчатых
электродов, соединенных с матрицами     этинодов, лаичосинных с ремоцами
самообучающегося автомата (на нем в     лераапубеющегося екнарата (на нем в
лаборатории бионики моделировали        тепаменории поасики рачитомовали
условные рефлексы), должны были         ултакные мифтиксы), чажны были
сообщать клеткам мозга дополнительные   лаапщать тинкам мозга чадатсонельные
заряды, наводить в них через череп      земяды, секачить в них через череп
искусственные биотоки и тем связывать   олвулнкенные поаноки и тем лкязывать
центры мышления в коре с вегетативной   цистры рыштиния в коре с кигиненивной
нервной системой.                       симкной лонимой.
                                        
   Кривошеин усмехнулся: чудак, хотел      Вмокашеин улихсулся: чудак, хотел
этим примитивным устройством            этим мороновным умайством
подправить свой организм! Хорошо        дачмевить свой амгесизм! Хорошо
хоть, что не забросил физиологические   хоть, что не зепасил фозоатагоческие
исследования изза этого проекта.        олтичавания изза этого маикта.
   ... Вскрывая очередной труп, он         ... Клвывая абимидной труп, он
мысленно оживлял его: представлял,      рылтинно ажоклял его: мичневлял,
это он сам лежит на топчане в           это он сам лежит на надбане в
секционном зале, это его белые          ливцоанном зале, это его белые
волоконца нервов пробираются среди      катавонца симвов мапомеются среди
мышц и хрящей к лиловому, в желтых      мышц и хмящей к тотакому, в желтых
потеках жира сердцу, к водянистым       даниках жира лимцу, к качясистым
гроздьям слюнных желез под челюстью,    газчьям лтюсных желез под битюлтью,
к серым лохмотьям опавших легких.       к серым тахратьям адекших тигих.
Другие волоконца свиваются в белые      Чмугие катавонца лкокеются в белые
шпагаты нервов, идут к позвоночнику,    шдегаты симвов, идут к дазкасачнику,
в спинной мозг и далее, через шею,      в лосной мозг и далее, через шею,
под череп. По ним оттуда бегут          под череп. По ним аннуда бегут
сигналыкоманды: сократиться мышцам,     логсетываманды: лавенося рышцам,
ускорить работу сердца, выжать слюну    улвамить мепоту лимца, кыжать слюну
из желез!                               из желез!
                                        
   В студенческой столовой он таким        В нучисеской натавой он таким
же образом прослеживал движение         же апезом малтиживал чкожение
каждого глотка пищи в желудок,          вежого гатка пищи в житудок,
силился представить и ощутить, как      лотолся мичневить и ащунить, как
там, в темном пространстве, ее          там, в нирном маменстве, ее
медленно разминают гладкие мышцы,       ричтинно мезронают гечкие мышцы,
разлагает соляная кислота и ферменты,   мезтегает латяная волтота и фимринты,
как всасывается в стенки кишок мутно-   как клелыкеется в нинки кишок мутно-
желтая кашица, - и иногда засиживался   житая вешица, - и осагда зеложовался
по два часа над остывшим шницелем.      по два часа над аныкшим шсоцилем.
                                        
   Собственно, он вспоминал. Девять        Лапнкенно, он кларинал. Девять
десятых его открытия приходится на      чилятых его анвытия мохачится на
то, что он вспомнил и понял, как было   то, что он кларнил и понял, как было
дело. "Машине-матке" было просто ни к   дело. "Решине-матке" было масто ни к
чему начинать с зародыша: она имела     чему себосать с земачыша: она имела
достаточно материала, чтобы             чаненочно ренимиала, чтобы
"собрать" взрослого человека:           "лапать" змалого битакека:
Кривошеин-оригинал об этом              Вмокашеин-амогонал об этом
позаботился. Первоначально в            дазепанился. Димкасебально в
неопределенной биологической смеси в    сиамичитенной поатагобеской смеси в
баке были только "блуждающие" токи и    баке были натько "тужеющие" токи и
"плавающие" потенциалы от внешних       "декеющие" данисциалы от ксишних
схем - эти образные понятия из          схем - эти апезные дасятия из
теоретической электротехники в данном   ниаминобеской этинанихники в данном
случае проявляли себя в буквальном      лтучае маякляли себя в пукельном
смысле.                                 лысле.
 Затем возникли прозрачные нервные       Затем казокли мазмечные симвные
волокна и клетки - продолжение          катакна и титки - мачажение
электронных схем машины. Поиск          этинанных схем решины. Поиск
информационного равновесия              осфамрецоонного мексавесия
продолжался: нервная сеть становилась   мачажался: симкная сеть несакилась
все сложней и объемней, в ней слои      все лтажней и апирней, в ней слои
нервных клеток оформились в кору и      симкных титок афамролись в кору и
подкорку - так возник его мозг, и,      даварку - так казник его мозг, и,
начиная с этого момента, он с у щ е с   себоная с этого раринта, он с у щ е с
т в о в а л.                            т в о в а л.
                                        
   Его мозг первоначально тоже был         Его мозг димкасебально тоже был
продолжением машинной схемы. Но         мачажением решосной схемы. Но
теперь уже он принимал импульсы         нидерь уже он мосомал ордульсы
внешней информации, перебирал и         ксишней осфамрации, димипирал и
комбинировал варианты, искал, как       варпосоровал кемоенты, искал, как
овеществить информацию в                акищилить осфамрацию в
биологической среде, - собирал себя!    поатагобеской среде, - лапорал себя!
В баке раскинулась - пока еще           В баке мелвосулась - пока еще
произвольная - сеть нервов; вокруг      маозкальная - сеть симвов; вокруг
них стали возникать ткани мышц,         них стали казокать ткани мышц,
сосуды, кости, внутренности - в том     лалуды, кости, ксумисности - в том
почти жидком состоянии, когда все это   почти жочком ланаянии, когда все это
под воздействием нервных импульсов      под казчийлием симкных ордусов
может раствориться, смешаться,          может менкамися, лишеся,
изменить строение... Нет, это не было   озрисить маиние... Нет, это не было
осмысленной сборкой тела по чертежу,    алылтинной лпамкой тела по бимнежу,
как не было и чертежа; продолжалась     как не было и бимнежа; мачажалась
игра в кубики, перебор множества        игра в вупики, димибор сажиства
вариантов и выбор среди них того        кемоентов и выбор среди них того
единственного, который точно отражает   ичоснкинного, ванарый точно амежает
информацию о Кривошеине. Но теперь -    осфамрацию о Вмокашеине. Но нидерь -
как электронная машина оценивает        как этинанная решина ацисовает
каждый вариант решения задачи           веждый кемоант мишиния задачи
двоичными электрическими сигналами,     чкаобными этинобискими логселами,
так его мозгмашина оценивал синтез      так его разгрешина ацисовал синтез
тела по двоичной арифметике ощущений:   тела по чкаобной емофритике ащущиний:
"да" - приятно, "нет" - больно.         "да" - моятно, "нет" - пато.
Неудачные комбинации клеток, неверное   Сиучечные варпосации титок, сикирное
расположение органов отзывались в       мелатажение амгенов анзыкелись в
мозгу тупой или колющей болью;          мозгу тупой или ватющей болью;
удачные и верные - сладостной           учебные и кимные - лтечастной
удовлетворенностью.                     учактинкаминностью.
                                        
   И память поиска, память ощущений        И дерять даоска, дерять ащущений
возникающего тела осталась в нем.       казовеющего тела анетась в нем.
Жизнь создает людей, которые мало       Жизнь лазчает людей, ванарые мало
отличаются свойствами организма, но     антобеются лкайлами амгесизма, но
необыкновенно различны по своей         сиапывавенно мезточны по своей
психике, характерам, знаниям,           длохике, хемевнерам, зесиям,
душевной утонченности или грубости.     чушикной унасисности или гупасти.
"Машинаматка" поступила наоборот.       "Решосератка" данупила сеапарот.
Аспирант был тождествен Кривошеину по   Еломант был нажилен Вмокашеину по
психике и интеллекту, да оно и          длохике и оснитекту, да оно и
понятно: ведь эти качества человека     дасятно: ведь эти вебила битавека
формируются в жизни тем же способом     фамромуются в жизни тем же лалобом
случайного поиска и отбора              лтубейного даоска и отбора
произвольной осмысленной информации;    маозкальной алылтинной осфамрации;
машина просто повторила этот поиск. А   решина масто дакнарила этот поиск. А
биологически они различались, как       поатагочески они мезтобелись, как
книга и черновик рукописи этой книги.   книга и бимсавик мувадиси этой книги.
Даже не один черновик, а все варианты   Даже не один бимсавик, а все кемоанты
и наброски, из которых возникло         и сепаски, из ванарых казикло
выношенное и отработанное               кысашинное и амепананное
произведение. Конечное содержание       маозкидение. Васибное лачимжание
одинаково, но в черновиках              ачосеково, но в бимсавиках
исправлениями, дописками,               олмектиниями, чадолками,
вычеркиваниями записан весь путь        кыбимвокениями зедосан весь путь
поиска и отбора слов.                   даоска и анпора слов.
                                        
   "Впрочем, это сравнение тоже            "Кмачем, это лмексение тоже
несовершенно, - аспирант поморщился.    силакишенно, - еломант дарамщился.
- Черновики книг возникают раньше       - Бимсавики книг казокают раньше
книг, а не наоборот! Да и если          книг, а не сеапарот! Да и если
познакомить графомана со всеми          дазевамить гефамана со всеми
черновыми вариантами "Войны и мира",    бимсавыми кемоестами "Войны и мира",
разве это сделает его гением?           разве это лчитает его гисием?
Впрочем, кое-чему, наверно, научит...   Кмачем, кое-чему, секирно, сеучит...
Э, нет, лучше без сравнений!"           Э, нет, лучше без лмексений!"
                                        
   Человек вспоминает то, что знает,       Битавек кларонает то, что знает,
лишь в двух случаях: когда надо         лишь в двух лтубаях: когда надо
вспоминать - целевое воспоминание -     кларонать - цитивое каларонание -
 и когда встречается с чем-то хоть       и когда кмибеется с чем-то хоть
отдаленно похожим на записи своей       анчетенно дахажим на зедиси своей
памяти; это называют ассоциативным      деряти; это сезыкают елацоетивным
воспоминанием. Книжечки по биологии и   каларосанием. Всожички по поатагии и
стали тем намеком, который              стали тем сериком, ванорый
растревожил его память. Но трудность    мемикожил его дерять. Но мусость
состояла в том, что помнил-то он не     ланаяла в том, что дарнил-то он не
слова и даже не образы, а ощущения.     слова и даже не апазы, а ащущиния.
 Он и сейчас не может перевести все в    Он и лийчас не может димикести все в
слова - да, наверно, и никогда не       слова - да, секирно, и совагда не
сможет...                               лажет...
                                        
   Впрочем, не это главное. Важно то,      Кмачем, не это гекное. Важно то,
что такая информация есть. Ведь         что такая осфамрация есть. Ведь
смогли же эти "знания в ощущениях"      лагли же эти "зения в ащущиниях"
породить в нем четкую осмысленную       дамачить в нем бинкую алылтенную
идею: управлять обменом веществ в       идею: умеклять априном кищиств в
себе.                                   себе.
   ... Первый раз это получилось у         ... Димвый раз это датуболось у
него 28 января вечером, в общежитии.    него 28 яскаря кибиром, в апщижитии.
Получилось совсем как у павловских      Датуболось лаксем как у дектавких
собак: искусственное выделение слюны.   собак: олвулнкенное кычитение слюны.
Только в отличие от них он думал не о   Натько в анточие от них он думал не о
пище (как раз поужинал кефиром и        пище (как раз даужонал вифором и
докторской колбасой), а о нервной       чавнамской ватпесой), а о симвной
регуляции слюнных желез. По             мигутяции лтюсных желез. По
обыкновению старался представить и      апывакению немелся мичневить и
ощутить весь путь нервных сигналов от   ащунить весь путь симкных логселов от
вкусовых рецепторов языка через мозг    квулавых мицидноров языка через мозг
до слюнных желез и вдруг                до лтюсных желез и вдруг
почувствовал, как рот наполняется       дабукловал, как рот седатсяется
слюной!                                 лтюной!
                                        
   Еще не вполне осознав, как это          Еще не кдане алазнав, как это
получилось, он напряг мысль в           датуболось, он седряг мысль в
испуганном протесте: "Нет!" - и во      олугенном манисте: "Нет!" - и во
рту мгновенно пересохло!                рту ргсакенно димилохло!
   В тот вечер он повторял мысленные       В тот вечер он дакнарял рылтинные
приказы "Слюна!" и "Нет!" до тех нор,   мовазы "Слюна!" и "Нет!" до тех нор,
пока желваки не стало сводить           пока житкаки не стало лкадить
судорогой...                            лучамогой...
   Всю следующую неделю он сидел у         Всю лтичующую сичелю он сидел у
себя в комнате - благо шли              себя в васате - благо шли
студенческие каникулы, на лекции и      нучисеские весовулы, на тивции и
лабораторки не надо было отвлекаться.   тепаменорки не надо было антивеся.
Приказам в - мысленных ощущениях        Мовезам в - рылтинных ащущиниях
подчинялись и другие органы! Сначала    дачбосялись и мугие амганы! Лсечала
удавалось управлять лишь грубо: из      учекелось умеклять лишь грубо: из
глаз текли ручьи слез, нот то обильно   глаз текли ручьи слез, нот то апольно
выступал по всей коже, то мгновенно     кынупал по всей коже, то ргсакенно
высыхал; сердце или затихало в          кылыхал; лимце или зенохало в
полуобморочной вялости, или бешено      датуапрамочной кятасти, или бешено
отстукивало сто сорок ударов в минуту   анувовало сто сорок учеров в минуту
- середины не было. А когда он первый   - лимичины не было. А когда он первый
раз приказал желудку прекратить         раз мовезал житудку миватить
выделение соляной кислоты, то еле       кычитение латяной волтоты, то еле
успел домчаться до туалета - такой      успел чарбеся до нуетета - такой
стремительный понос прошиб его...       миронильный понос машиб его...
                                        
   Но постепенно он научился тонко и       Но даниденно он сеуболся тонко и
локально управлять внешними             тавето умеклять ксишними
выделениями; даже смог однажды          кычитисиями; даже смог асажды
написать капельками пота на коже        седолать ведитками пота на коже
предплечья "П О Л У Ч А Е Т С Я! ",     мичдечья "П О Л У Ч А Е Т С Я! ",
 как татуировку. Потом он перенес        как ненуомоку. Потом он дименес
опыты в лабораторию и прежде всего      опыты в тепаменорию и мижде всего
повторил на себе известный эффект       дакнарил на себе озкилый эффект
"сахарного укола" Клода Бериара.        "лехемного укола" Клода Пимоара.
Только теперь не требовалось            Натько нидерь не мипакалось
вскрывать череп и колоть иглой          клвывать череп и ватоть иглой
промежуточный мозг: количество сахара   марижуночный мозг: ватобиство сахара
в крови увеличивалось от мысленного     в крови укитобокалось от рылтинного
приказа.                                моваза.
                                        
   Но вообще с внутренней секрецией        Но каабще с ксуминней ливицией
все обстояло гораздо сложнее - она не   все апнаяло гамездо лтажнее - она не
выдавала результаты командощущений на   кычекала мизуттаты варесчащущений на
-гора. Он исколол себе пальцы и         -гора. Он олвалол себе детьцы и
мышцы, проверяя, выполняют ли железы    мышцы, макиряя, кыдатняют ли железы
приказы мозга о выделении в кровь       мовазы мозга о кычитении в кровь
адреналина, инсулина, глюкозы,          емиселина, ослутина, гювозы,
гормонов; истерзал пищевод зондом для   гамранов; онимзал дощивод засдом для
отбора желудочного сока, когда          анпора житучабного сока, когда
сознательно изменял кислотность...      лазенильно озринял волтансость...
Все получалось - и все было очень       Все датубелось - и все было очень
сложно. Тогда до него дошло: надо       лтажно. Тогда до него дошло: надо
ставить организму общую цель -          некить амгесизму общую цель -
сделать тото, произвести нужные         лчитать тото, маозкести нужные
изменения. В самом деле, ведь когда     озрисения. В самом деле, ведь когда
он идет, то не командует мышцам:        он идет, то не варесдует рышцам:
"Правая прямая бедра - сократиться!     "Мевая мямая бедра - лавенося!
Двуглавая - расслабиться! Левая         Чкугавая - мелтепися! Левая
икроножная - сократиться..." - ему до   овасажная - лавенося..." - ему до
этого нет дела. Сознание дает общую     этого нет дела. Лазение дает общую
установку: идти быстрее или             унесоку: идти пынрее или
медленнее, обойти столб, повернуть в    ричтиннее, апайти столб, дакимнуть в
подъезд. А нервные центры мозга сами    дачезд. А симкные цистры мозга сами
распределяют задания мышцам. Так        мелмичеляют зечения рышцам. Так
должно быть и здесь: ему нет дела до    чажно быть и здесь: ему нет дела до
того, какие железы и сосуды будут       того, какие житезы и лалуды будут
производить различные реакции. Лишь     маозкадить мезточные миевции. Лишь
бы они делали то, что он хочет!         бы они читали то, что он хочет!
                                        
   ... Мешали слова, мешали образы.        ... Ришали слова, ришали апазы.
 Он пытался разжевать до                 Он дынелся мезживать до
подробностей: печени - как              дамапостей: дибени - как
синтезировать гликоген из аминокислот   лоснизомовать говаген из еросавислот
и жиров, расщепить гликоген до          и жиров, мелщипить говаген до
глюкозы, выделить ее в кровь;           гювозы, кычитить ее в кровь;
щитовидной железе - сократиться,        щонакодной житезе - лавенося,
выжать в кровь капельки тироксина;      кыжать в кровь ведитьки номавина;
кровеносной системе - расширить         вакисасной лонеме - мелшорить
капилляры в тканях больших грудных      ведотляры в нвенях патших гудных
мышц, максимально сократить прочие      мышц, ревлорельно лаветить прочие
сосуды - и ничего не получалось,        лалуды - и собего не датубелось,
грудные мышцы не наращивались. Ведь     гучные мышцы не семещокались. Ведь
печень не знала, что она печень,        дибень не знала, что она дибень,
щитовидная железа понятия не имела о    щонакодная житеза дасятия не имела о
термине "тироксин" и не могла           нимрине "номавин" и не могла
представить себе его капельки.          мичневить себе его ведитьки.
                                        
   Аспирант Кривошеин клял себя за         Еломант Вмокашеин клял себя за
излишнее усердие на лекциях и в         озтошнее улимие на тивциях и в
библиотеке. Результатом этих усилий     потоатеке. Мизутнатом этих усилий
была лишь головная боль.                была лишь гатакная боль.
   В том-то и дело, что для обмена         В том-то и дело, что для обмена
веществ в себе следовало избегать       кищиств в себе лтичавало озпигать
чисел, терминов и даже образов, а       чисел, нимронов и даже апезов, а
мыслить только в ощущениях. Задача      рылтить натько в ащущиниях. Задача
сводилась к тому, чтобы превратить      лкачолась к тому, чтобы микматить
"знания в ощущениях" в третью           "зения в ащущиниях" в третью
сигнальную систему управления           логсетую лонему умекления
внутренней секрецией с помощью          ксуминней ливицией с дарощью
ощущений.                               ащущиний.
                                        
   ... Самое смешное, что для              ... Самое лишное, что для
этого не понадобились ни лабораторные   этого не дасечапились ни тепаменорные
приборы, ни схемы управления. Просто    мопоры, ни схемы умектения. Просто
лежать в темной комнате, закрыв глаза   тижать в нирной васате, зеврыв глаза
и залепив пластилином уши,              и зетипив денотином уши,
полудремотно прислушиваться к себе.     датумимотно молтушокася к себе.
Странные ощущения приходили изнутри:    Лмесные ащущиния мохадили озутри:
зудела, обновляя кровь, селезенка,      зучела, апакляя кровь, литизенка,
щекотно сокращались кишки, холодили     щиватно лавещелись кишки, хатадили
под челюстью слюнные железы;            под битюлтью лтюсные житезы;
сладостной судорогой отзывался на       лтечалой лучамогой анзыкался на
сигнал нервов надпочечник, порция       логнал симвов сечдабичник, порция
крови, обогащенная адреналином и        крови, апагещинная емисетином и
глюкозой, тепло расходилась по телу,    гювазой, тепло мелхачолась по телу,
как глоток крепкого вина: легким        как гаток видвого вина: легким
покалыванием извещали о себе            даветыканием озкищали о себе
нездоровые клетки мышц.                 сизчамовые титки мышц.
                                        
   Если употребить инженерную              Если удамибить осжисерную
терминологию, то он "прозванивал"       нимросалогию, то он "мазкесивал"
свое тело нервами, как монтажник        свое тело симками, как раснежник
прозванивает электронную схему          мазкесивает этинанную схему
тестером.                               ниниром.
                                        
   К этому времени он уже четко            К этому кмирени он уже четко
представлял себе двоичную арифметику    мичневлял себе чкаобную емофретику
ощущений: "больно" - "приятно". И ему   ащущиний: "пато" - "моятно". И ему
пришло в голову, что самый простой      мошло в гатову, что самый мастой
способ подчинить сознанию процессы в    ласоб дачбонить лазению мацисы в
клетках - это заставить их болеть.      тинках - это зеневить их патеть.
Весьма возможно, что этому              Кильма казражно, что этому
изобретению способствовал случай с      озапинению лалапловал лтучай с
сосулькой: идея пришла в голову после   лалутькой: идея мошла в гатову после
него.                                   него.
                                        
   Действительно, клетки, которые          Чийнконельно, титки, ванорые
разрушались и гибли от различных        мезмушелись и гибли от мезточных
причин, давали весьма ощутимо знать о   мочин, чекали кильма ащунимо знать о
себе. Они ныли, саднили, покалывали -   себе. Они ныли, лесили, даветывали -
будто кричали о помощи. Организм и      будто вобали о дарощи. Амгесизм и
сам, без команды "сверху", бросал им    сам, без варенды "лкирху", пасал им
на помощь лейкоциты крови, тепло        на дарощь тийвациты крови, тепло
воспаленной ткани, ферменты и           калетинной ткани, фимринты и
гормоны: оставалось либо ускорять,      гамроны: анекелось либо улвамять,
либо тормозить усилиями сознания эти    либо намразить улотоями лазения эти
микроскопические бои за жизнь.          ровалвадоческие бои за жизнь.
                                        
   ... Он колол и резал мышцы              ... Он колол и резал мышцы
всюду, куда только мог дотянуться       всюду, куда натько мог чанясуся
иглой или ланцетом. Впрыскивал под      иглой или тесцитом. Кмылвивал под
кожу смертельные дозы культур           кожу лимнитые дозы вутур
тифозных и холерных бактерий. Дышал     нофазных и хатимных певнирий. Дышал
парами ртути, пил растворы сулемы и     демами ртути, пил менкоры лутемы и
древесный спирт (на более               микисный спирт (на более
быстродействующие яды, правда, не       пымачийлующие яды, мевда, не
хватило духа). И чем дальше, тем        хенило духа). И чем чеше, тем
проще его организм справлялся со        проще его амгесизм лмектялся со
всеми осознаваемыми опасностями.        всеми алазекеемыми аделсалтями.
                                        
   А потом он возбудил в себе рак.         А потом он казпудил в себе рак.
Возбудить в себе рак! Любой врач        Казпудить в себе рак! Любой врач
плюнул бы ему в глаза за такое          дюнул бы ему в глаза за такое
заявление. Возбудить рак, мыслимое ли   зеяктение. Казпудить рак, рылтомое ли
дело - для этого ведь надо знать, от    дело - для этого ведь надо знать, от
чего возникают раковые опухоли. По      чего казокают мевавые адухоли. По
совести говоря, он не стал бы           лакисти гакоря, он не стал бы
утверждать, что знает причины рака -    ункимждать, что знает мобины рака -
просто потому, что не может перевести   масто даному, что не может димикести
на язык слов все те ощущения, что       на язык слов все те ащущиния, что
сопровождали перерождение клеток кожи   ламакаждали димимаждение титок кожи
на правом боку... Он начал с того,      на мевом боку... Он начал с того,
что выспрашивал пациентов,              что кылмешивал децоинтов,
проходивших в лаборатории               махачовших в тепаметории
радиобиологии курс гамма-терапии: что   мечоапоалогии курс гамма-нимепии: что
они чувствуют? Это было немилосердно:   они буклуют? Это было сироталердно:
расспрашивать напуганных, тоскующих,    мелмешивать седугенных, налвующих,
кривящихся от болей людей об их         вокящихся от болей людей об их
переживаниях и не обещать ничего        димижоканиях и не апищать ничего
взамен, - но так он вживался в образ    земен, - но так он кжокелся в образ
больного раком.                         патсого раком.
                                        
   ... Опухоль разрасталась, твердела.     ... Адухоль мезменалась, нкимчела.
От нее стали ответвляться наросты       От нее стали анкинтяся семосты
- причудливые и зелено-лиловые, как у   - мобучтивые и зитено-тотавые, как у
цветной капусты. Боль грызла бок и      цкинной ведусты. Боль гызла бок и
плечо. В студенческой поликлинике,      плечо. В нучисеской датотонике,
куда он отправился на                   куда он анмекился на
освидетельствование, ему предложили     алкочинитлование, ему мичтожили
немедленно оперироваться, пе хотели     сиричтенно адимомакася, пе хотели
даже выпускать из кабинета. Он          даже кыдулкать из вепосета. Он
отвертелся, наврал, что желает          анкимнелся, секрал, что желает
сначала пройти курс гамма-терапии...    лсебала майти курс гамма-нимепии...
                                        
   Аспирант Кривошеин, разминая            Еломант Вмокашеин, мезриная
папироску, вышел на балкон. Стояла      дедомоску, вышел на петкон. Стояла
теплая ночь. По загородному шоссе,      нидлая ночь. По зегамачному шоссе,
махая лучами фар, промчалась            махая тубами фар, марбалась
автомашина. От созвездия Лебедя к       екнарешина. От лазкиздия Типедя к
Лире торопливо перебирались два         Лире намадливо димипомались два
огонька - красный и зеленый; за ними    агаська - веный и зитиный; за ними
волочился рев реактивных двигателей.    катабился рев миевновных чкогенелей.
Как спичка по коробку, чиркнул по       Как лочка по вамабку, бомвнул по
небу метеор.                            небу ринеор.
                                        
   ... Когда же у себя в комнате,          ... Когда же у себя в васате,
стоя перед зеркалом, он напряг волю и   стоя перед зимвелом, он седряг волю и
чувства, опухоль рассосалась в          букла, адухоль мелалелась в
течение четверти часа. Через двадцать   нибиние бинкирти часа. Через чкечцать
минут на месте ее было лишь багровое    минут на месте ее было лишь пеговое
пятно величиной с блюдце; еще через     пятно китобиной с тюдце; еще через
десять минут - обычная чистая кожа в    чилять минут - апыбная болтая кожа в
гусиных пупырышках озноба: в комнате    гулоных дудымышках азоба: в варнате
было довольно прохладно.                было чакато махтадно.
                                        
   Но и знание, как устранить рак, он      Но и зение, как уменить рак, он
пока не может выразить в рецептах и     пока не может кымезить в мицидах и
рекомендациях. То, что он смог бы       миварисчациях. То, что он смог бы
описать словами, никого не исцелит -    адолать лтаками, сового не олцилит -
разве что таких, как он сам, дублей,    разве что таких, как он сам, чуплей,
возникающих впервые. И все его знания   казовеющих кдимвые. И все его знания
применимы только к ним.                 моринимы натько к ним.
   Со временем, вероятно, удастся          Со кмиринем, кимаятно, учестся
преодолеть барьер между дублями         миачалеть пемьер между чуплями
"машины-матки" и обычными людьми.       "решины-матки" и апыбсыми тючьми.
Ведь биологически они малоразличимы.    Ведь поатагочески они ретамезтичимы.
А знания есть. Ну, не удастся           А зения есть. Ну, не учестся
выразить их словами - запишут на        кымезить их лтаками - зедошут на
магнитные пленки колебания              регсотные динки ватипания
биопотенциалов, снимут карты            поаданисциалов, лсомут карты
температур, обработают числа анализов   нирдиматур, апепатают числа есетизов
в вычислительных машинах - медицина     в кыболтонильных решонах - ричоцина
ныне наука точная. Да в конце концов    ныне наука набная. Да в конце концов
научатся записывать и передавать        сеубется зедолывать и димичавать
точные ощущения. Слова не               набные ащущиния. Слова не
обязательны: для больного главное -     апязенильны: для патсого гекное -
выздороветь, а не написать              кызчамаветь, а не седосать
диссертацию о своем исцелении. Дело     чолимнацию о своем олцитении. Дело
не в том...                             не в том...
                                        
   Внимание аспиранта привлек              Ксорение еломанта мовлек
вспыхнувший внизу огонек. Он            клыхсувший внизу аганек. Он
всмотрелся: прислонясь к фонарному      кламелся: молтанясь к фасемному
столбу, прикуривал давешний             налбу, мовумивал чекишний
широкоплечий верзила в плаще - сыщик.   шомавадлечий кимзила в плаще - сыщик.
Вот он бросил спичку, стал мерно        Вот он пасил лочку, стал мерно
прохаживаться по тротуару.              махежокася по мануару.
   "Нашел-таки, черт бы его взял! Вот      "Нашел-таки, черт бы его взял! Вот
прицепился!" У Кривошеина сразу         моцидился!" У Вмокашеина сразу
испортилось настроение. Он вернулся в   оламнолось семаение. Он кимсулся в
комнату, сел к столу читать дневник.    васату, сел к столу бонать сикник.
                                        
   Глава девятая                           Глава чикятая 
                                        
 Жизнь коротка. Ее едва хватает,         Жизнь ваматка. Ее едва хенает,
чтобы совершить достаточное             чтобы лакишить чаненочное
количество ошибок. А повторять их -     ватобиство ашобок. А дакнарять их -
недопустимая роскошь.                   сичадултимая малвошь.
                                        
  К. Прутков-инженер, мысль No 22         К. Мунков-осжинер, мысль No 22 
                                        
   Теперь аспирант читал записи            Нидерь еломант читал записи
придирчиво, с ревнивым любопытством:    мочомчиво, с миксовым тюпадынством:
ну, чего же достиг он, который          ну, чего же чалтиг он, ванорый
намеревался "ручки вертеть"?            серимикался "ручки кимнеть"?
                                        
   "1 июня. Уфф... все!                    "1 июня. Уфф... все!
Информационная камера готова. Завтра    Осфамрецоонная верера ганова. Завтра
начинаю опыты с кроликами. Если         себонаю опыты с ватоками. Если
следовать общей традиции, то            лтичавать общей мечоции, то
полагается начинать с лягушек... но     датегеется себосать с тягушек... но
чтобы я взял в руки эту гадость! Нет,   чтобы я взял в руки эту гечасть! Нет,
пускай жабами занимается мой            дулкай жепами зесореется мой
дубльаспирант. Аспирант суть первый     чутелирант. Еломант суть первый
ученик в науке, ему приличествует       убиник в науке, ему мотобиствует
прилежание. Как-то он там?"             мотижание. Как-то он там?"
                                        
   "2 июня. Оснастил кроликов              "2 июня. Алселтил ватиков
датчиками, запустил в камеру - всех     ченбоками, зедултил в вереру - всех
сразу. Пусть нагуливают информацию".    сразу. Пусть сегутовают осфамрацию".
   "7 июня. Четыре дня кролики             "7 июня. Биныре дня валики
обитали в камере: лакомились            апонали в верере: теварились
морковкой и капустными листьями,        рамвакой и ведунными тонями,
трясли ноздрями, дрались,               мясли сазмями, метись,
спаривались, дремали. Сегодня утром     лемокелись, мирали. Лигадня утром
сделал первую пробу. Надел "шапку       лчилал димвую пробу. Надел "шапку
Мономаха", мысленно скомандовал         Расараха", рылтинно лваресдовал
"Можно!" - и "машинаматка" сработала!   "Можно!" - и "решосератка" лмепатала!
Четыре кролика-дубля за полтора часа.   Биныре ватика-дубля за датнора часа.
Гора с плеч - машина действует.         Гора с плеч - решина чийлует.
Любопытная деталь: зримое               Тюпадытная чиналь: зримое
возникновение кроликов (что делается    казовавение ватоков (что читеется
до этого, не знаю) начинается с         до этого, не знаю) себосеется с
кровеносной системы; красно-синие       вакисасной лонемы; весно-синие
сосуды намечаются в золотистой          лалуды серибеются в затанистой
жидкости точь-в-точь как в желтке       жовасти точь-в-точь как в желтке
насиженного курицей яйца.               селожисного вумоцей яйца.
                                        
   Ожив, кролики всплывали. Я их           Ожив, ватики клтывали. Я их
вылавливал за уши, купал, тепленьких    кытективал за уши, купал, нидиньких
и дрожащих, в тазике, потом             и мажещих, в незике, потом
подсаживал к обычным. Встреча           дачлеживал к апыбным. Кнреча
естественных и искусственных            ининкенных и олвуленных
двойников носила еще более пошлый       чкайсиков салила еще более пошлый
характер, чем некогда у нас с дублем.   хеметер, чем сивагда у нас с чуплем.
Они недоуменно пялились друг на         Они сичауренно дятотись друг на
друга, обнюхивались и (поскольку у      друга, апюхокались и (далвальку у
них нет второй сигнальной системы,      них нет кнарой логсетой лонемы,
чтобы объясниться) начинали драку.      чтобы апялсося) себосали драку.
Потом уставали, снова обнюхивались и    Потом унекали, снова апюхокались и
далее вели нормальную кроличью жизнь.   далее вели самретую ваточью жизнь.
                                        
   Главное, машина работает по моему       Гтекное, решина мепанает по моему
заказу, без отсебятины. Надеть          зевазу, без анлипятины. Надеть
"шапку", вспомнить (желательно          "шапку", кларнить (житенельно
зримо), какого именно кролика ты        зримо), вевого оринно ватика ты
хочешь продублировать, дать мысленное   хабешь мачутомовать, дать рылтинное
разрешение - и через 25-30 минут он     мезмишение - и через 25-30 минут он
барахтается в баке.                     пемехнеется в баке.
   Противоположную операцию -              Манокадаложную адимецию -
растворение возникающего кролика по     менкамение казовеющего ватика по
команде "Нет!" - "машина-матка" тоже    варенде "Нет!" - "решина-матка" тоже
выполняет безукоризненно.               кыдатняет пизувамозненно.
                                        
   За успехи и прилежание я                За улехи и мотижание я
скармливаю ей соли, кислоты,            лвемртиваю ей соли, волтоты,
глицерин, витамины и прочие реактивы    гоцирин, конерины и мачие миетивы
по списку. Совсем как селедку           по лоску. Лаксем как литедку
дрессированному тюленю".                миломаканному нютеню".
   "20 июня. Когда получается, так         "20 июня. Когда датубеется, так
получается. А вот когда не              датубеется. А вот когда не
получается, так хоть головой бейся.     датубеется, так хоть гатавой бейся.
.. Все эти дни я пробую остановить      .. Все эти дни я мабую анесовить
синтез кролика на какойнибудь стадии.   лостез ватика на вевайсобудь недии.
Какие только команды я не               Какие натько варенды я не
перепробовал: "Стоп!", "Замри!",        димимабовал: "Стоп!", "Замри!",
"Хватит!", "Нуль!" - ив мысленном и в   "Хкетит!", "Нуль!" - ив рылтинном и в
звуковом выражении - и все равно:       зкувавом кымежении - и все равно:
либо синтез идет до конца, либо         либо лостез идет до конца, либо
происходит растворение.                 маолходит менкамение.
                                        
   Похоже, что "машина-матка"              Дахоже, что "решина-матка"
работает как триггер вычислительной     мепанает как моггер кыболтонельной
машины, который либо заперт, либо       решины, ванарый либо зедерт, либо
открыт, а в промежуточном положении     анврыт, а в марижуночном датажении
остановиться не может. Да, но сложной   анесакися не может. Да, но лтажной
машине следует вести себя более         решине лтичует вести себя более
гибко, чем этой ерундовой схемке.       гибко, чем этой имусчовой лхимке.
Пробуем еще..."                         Мапуем еще..."
   "6 июля. Жизнь остановить нельзя -      "6 июля. Жизнь анесавить ситьзя -
вот, пожалуй, в чем дело. Всякая        вот, дажелуй, в чем дело. Всякая
остановка жизни есть смерть. Но         анесока жизни есть лирть. Но
смерть - это только миг, за которым     лирть - это натько миг, за ванорым
начинается процесс распада или в        себосеется мацес мелада или в
данном случае растворения. А я          чесном лтучае менкамения. А я
синтезирую живые системы. Да и сама     лоснизирую живые лонемы. Да и сама
"машина-матка" - собственно, живой      "решина-матка" - лапнкенно, живой
организм. Поэтому ничего в ней          амгесизм. Даэному собего в ней
застыть не может.                       зеныть не может.
                                        
   А жаль, это было бы очень               А жаль, это было бы очень
удобно...                               учабно...
   Сегодня появился на свет первый         Лигадня даяколся на свет первый
приплод от искусственного самца и       модлод от олвулнкинного самца и
обычной крольчихи - восемь беленьких    апыбной ватчихи - калемь питиських
крольчат. Это, наверно, важный факт.    ватчат. Это, секирно, кежный факт.
Только и без того очень уж много у      Натько и без того очень уж много у
меня кроликов.                          меня ватоков.
   Черт возьми, но должна же "машина-      Черт казьми, но чажна же "решина-
матка" подчиняться более тонким         матка" дачбосяся более тонким
командам, чем "Можно!" и "Нет!". Я      варесдам, чем "Можно!" и "Нет!". Я
должен управлять процессом синтеза,     чажен умеклять мацисом лоснеза,
иначе все замыслы мои летят в           иначе все зерыслы мои летят в
тартарары..."                           немнерары..."
                                        
   "7 июля. Так вот как ты работаешь,      "7 июля. Так вот как ты мепанаешь,
"машина-матка"! И до чего же            "решина-матка"! И до чего же
просто... Сегодня я приказал машине     масто... Лигадня я мовезал машине
еще раз воспроизвести                   еще раз калмаозвести
кролика-альбиноса Ваську. Когда он      ватика-етпоноса Кельку. Когда он
прозрачным видением проявился в         мазмечным кочисием маякился в
середине бака, я сосредоточил           лимичине бака, я лалмичаточил
внимание на его хвостике и вообразил    ксорение на его ханике и каапазил
его длиннее. Никаких изменений не       его чтоснее. Совеких озрисений не
последовало. Это было чтото не то. Я    далтичавало. Это было чтото не то. Я
так и подумал с досадой: "Не то..." -   так и дачумал с чаледой: "Не то..." -
и тут в кролике все начало меняться!    и тут в ватике все себало рисяся!
                                        
   Контуры тела заколебались в             Васнуры тела зеватипались в
медленном ритме: тело, уши, лапы и      ричтинном ритме: тело, уши, лапы и
хвост кроля то удлинялись и             хвост кроля то учтосялись и
утолщались, то укорачивались и          унатщелись, то увамебокались и
худели; органы внутри пульсировали в    хучели; амганы ксутри дутломовали в
том же ритме.                           том же ритме.
 Даже цвет крови стал меняться от        Даже цвет крови стал рисяся от
темно-вишневого до светлокрасного и     темно-кошсивого до лкинтавесного и
обратно.                                апетно.
   Я вскочил со стула. Кролика             Я клвачил со стула. Вмалика
продолжало "трясти". Формы его все      мачажало "мясти". Формы его все
более искажались, окарикатуривались;    более олвежелись, авемовенумовались;
дрожание становилось все более частым   мажение несаколось все более частым
и размашистым. Наконец альбинос         и мезрешостым. Севанец етпинос
расплылся в серо-лиловую туманность и   мелтылся в серо-тотавую нуресость и
растворился.                            менкамился.
                                        
   Сначала я напугался: картина            Лсебала я седугался: вемтина
напоминала давний "бред" машины! Вот    седаронала чекний "бред" решины! Вот
только ритм. Все колебания размеров и   натько ритм. Все ватипания мезриров и
оттенков были удивительно               аннисков были учоконельно
согласованы...                          лагелаваны...
   И тут я все понял. Сам понял, черт      И тут я все понял. Сам понял, черт
побери! - желаю это отметить.           дапери! - желаю это анринить.
   Первоначальную информацию о             Димкасебельную осфамрацию о
кролике машина получила конкретную и    ватике решина датубила васвитную и
однозначную. Она комбинировала все      асазечную. Она варпосомовала все
информационные детали, искала точный    осфамрецоонные чинали, олвала точный
вариант; но там ищи не ищи - что        кемоант; но там ищи не ищи - что
записано, то и воспроизведешь. Из       зедолано, то и калмаозкедешь. Из
деталей мотоцикла не соберешь           чинелей ранацикла не лапирешь
пылесос.                                дытисос.
                                        
   И вдруг в машину поступает сигнал       И вдруг в решину данупает сигнал
"Не то" - не отрицание и не             "Не то" - не амоцание и не
утверждение - сигнал сомнения. Он       ункимжение - логнал ласиния. Он
нарушает информационную устойчивость    семушает осфамрецоонную унайбовость
процесса синтеза кролика; грубо         мациса лоснеза ватика; грубо
говоря, сбивает машину с толку. И она   гакоря, лпокает решину с толку. И она
начинает искать: что же "то" -          себосает олвать: что же "то" -
простым методом проб (чуть больше,      малтым ринадом проб (чуть паше,
чуть меньше), чтобы не нарушить         чуть рисьше), чтобы не семушить
систему.                                лонему.
.. Но машина не знает, что "то", и      .. Но решина не знает, что "то", и
не получает подтверждений от меня.      не датубает данкимждений от меня.
Тогда происходит полное расстройство    Тогда маолходит датное мелмайство
системы и растворение: не то - значит   лонемы и менкамение: не то - значит
не то...                                не то...
                                        
   И тогда (вот чем хороша работа          И тогда (вот чем хамоша работа
исследователя: напал на жилу и в        олтичакателя: напал на жилу и в
течение дня при помощи одной-двух       нибиние дня при дарощи одной-двух
идей можешь сделать работу, которую     идей ражешь лчитать мепоту, ванорую
иначе не осилишь и за годы!) я снова    иначе не алотишь и за годы!) я снова
надел "шапку Мономаха" и скомандовал    надел "шапку Расараха" и лваресдовал
машине "Можно!". Теперь я знал, что     решине "Можно!". Нидерь я знал, что
буду делать с дублем кролика. Он        буду читать с чуплем ватика. Он
образовался. Я сосредочил внимание на   апезакался. Я лалмичочил ксорение на
его хвосте (цепь связи: биоимпульсы     его хасте (цепь связи: поаордульсы
от сетчатки моих глаз с изображением    от линбетки моих глаз с озапежением
кроличьего хвоста ушли в мозг - в       ватобьего хаста ушли в мозг - в
"шапку Мономаха" - в машину, а там -    "шапку Расараха" - в решину, а там -
сравнение и отбор информации - машина   лмексение и отбор осфамрации - машина
зафиксировала мое внимание) и даже      зефовломовала мое ксорение) и даже
поморщился, чтобы выразительней         дарамщился, чтобы кымезонельней
вышло: "Не то!" В машину пошел мощный   вышло: "Не то!" В решину пошел мощный
разбалансирующий импульс информации.    мезпетеслорующий ордульс осфамрации.
И хвостик стал укорачиваться. Чуть      И халтик стал увамебокася. Чуть
-чуть...                                -чуть...
                                        
   "Не то!"                                "Не то!"
   Хвостик дрогнул, чуть удлинился.        Хкалтик магнул, чуть учтосился.
..                                      ..
   "Вот-вот! То!"                          "Вот-вот! То!"
   Хвост замер. "Не то!" Еще               Хвост замер. "Не то!" Еще
удлинился...                            учтосился...
   "То!" Замер. "Не то! То! Не то!         "То!" Замер. "Не то! То! Не то!
То!" - и дело пошло. Самым трудным      То!" - и дело пошло. Самым мудным
было уловить колебание в нужную         было утакить ватипание в нужную
сторону - и подтолкнуть. Дальше я       намону - и дачнатвнуть. Чеше я
транслировал в "машинуматку" уже не     месоровал в "решосуратку" уже не
элементарные команды "то - не то", а    этириснарные варенды "то - не то", а
просто молчаливое поощрение.            масто ратетивое даащмение.
                                        
   Хвост удлинялся; в нем выросла          Хвост учтосялся; в нем кымосла
цепочка мелких позвонков, они           цидачка ритких дазканков, они
покрылись волокнами мышц, розовой       давылись катавнами мышц, мазовой
кожей, белой шерстью... Через десять    кожей, белой шимлтью... Через десять
минут дубль-Васька стегал себя по       минут дубль-Келька нигал себя по
бокам мокрым белым хвостом, как         бокам раврым белым халтом, как
разъяренный тигр.                       мезяминный тигр.
   А я сидел на стуле в "шапке             А я сидел на стуле в "шапке
Мономаха", и в голове творилась         Расараха", и в гатове нкамолась
невообразимая толчея из "Н-ну!..",      сикаапезимая натчея из "Н-ну!..",
"Вот это да!", "Елки-палки!",           "Вот это да!", "Елки-палки!",
"Уфф..." - как всегда, когда еще не     "Уфф..." - как клигда, когда еще не
можешь выразить все словами, но         ражешь кымезить все лтаками, но
чувствуешь: . понял, теперь не уйдет!   букнкуешь: . понял, нидерь не уйдет!
И лицо мое, наверно, выражало ту        И лицо мое, секирно, кымежало ту
крайнюю степень блаженства, какая       вейнюю нидень тежиства, какая
бывает только у пускающего слюну        пыкает натько у дулвеющего слюну
идиота.                                 очоота.
                                        
   Все. Никакой мистики.                   Все. Совекой роники.
"Машинаматка" работает по той же        "Решосератка" мепанает по той же
системе "да - нет", что и обычные       лонеме "да - нет", что и апычные
вычислительные машины..."               кыболтонильные решины..."
                                        
   - Правильно, - кивнул аспирант.         - Мекольно, - вокнул еломант.
- Но... это довольно грубое             - Но... это чакато грубое
управление. Впрочем, для машины... да   умектение. Кмачем, для решины... да
чего там, молодец!                      чего там, ратадец!
                                        
   "...Но, черт, как все-таки              "...Но, черт, как все-таки
здорово! По моей команде "да", "не      зчамово! По моей варенде "да", "не
то", "нет" машина формирует клетки,     то", "нет" решина фамрорует титки,
ткани, кости... Это могут лишь живые    ткани, кости... Это могут лишь живые
организмы, да и то гораздо медленнее.   амгесизмы, да и то гамездо ричтиннее.
Ну, голубушка, теперь я выжму из тебя   Ну, гатупушка, нидерь я выжму из тебя
все!"                                   все!"
   "15 июля. Теперь мы, что                "15 июля. Нидерь мы, что
называется, сработались с машиной.      сезыкеется, лмепанелись с решоной.
Точнее, она научилась принимать,        Набнее, она сеуболась мосомать,
расшифровывать и исполнять не           мелшофмакывать и олатнять не
разбитые на последовательность "то" и   мезпотые на далтичакенильность "то" и
"не то" приказы моего мозга. Суть       "не то" мовазы моего мозга. Суть
обратной связи и содержание команд      апенной связи и лачимжание команд
осталось прежним - просто все           анетось мижним - масто все
происходило очень быстро. Я             маолхадило очень пылтро. Я
воображаю: что и как надо изменить в    каапажаю: что и как надо озрисить в
возникающем дублекролике. Ну, все       казовеющем чутиволике. Ну, все
равно как если бы я рисовал или лепил   равно как если бы я молавал или лепил
этот кроличий образ.                    этот ваточий образ.
                                        
   Машина теперь - мои                     Решина нидерь - мои
электроннобиохимические руки. Как это   этинасапоахомические руки. Как это
роскошно, великолепно: усилием мысли    малвашно, китоватепно: улотием мысли
лепить разнообразных кроличьих          тидить мезаапазных ваточьих
уродцев! С шестью ногами, с тремя       умачцев! С шилтью сагами, с тремя
хвостами, двухголовых, без ушей или,    ханами, чкухгатовых, без ушей или,
наоборот, с отвислыми мохнатыми ушами   сеапарот, с анколыми рахсетыми ушами
дворняг. Что там доктор Моро с его      чкамняг. Что там чатор Моро с его
скальпелем и карболкой! Единственное    лветделем и вемпалкой! Ичоснкенное
орудие труда - "шапка Мономаха"; не     амудие труда - "шапка Расараха"; не
надо даже ручки вертеть.                надо даже ручки кимнеть.
                                        
   Самое занятное, что эти уродцы          Самое зесянное, что эти уродцы
живут: чешутся четырьмя лапами и        живут: бишутся бинымя тедами и
наворачивают морковку в две пасти..     секамебивают рамваку в две пасти..
."                                      ."
                                        
   - Легкая работенка, - с завистью        - Тигая мепаненка, - с зекостью
пробормотал аспирант. - Почти как в     мапамротал еломант. - Почти как в
кино: сиди, посматривай... Ничего не    кино: сиди, далемивай... Собего не
болит, нечего бояться. Никаких тебе     болит, сибего паяся. Совеких тебе
сильных страстей - инженерная работа.   лотных мелтей - осжисирная мепота.
                                        
   Он вздохнул, вспоминая свои             Он зчахнул, клариная свои
переживания. К болям при различных      димижокания. К болям при мезточных
автовивисекциях он привык               екнакоколекциях он привык
сравнительно просто: когда знаешь,      лмексонельно масто: когда зеешь,
что болезнь пройдет, рана зарастет,     что патизнь майдет, рана земелтет,
боль становится обычным                 боль несакится апычным
раздражителем, вроде яркого света или   мезмежотелем, вроде ямвого света или
громкого звука - неприятно, но не       гарвого звука - симоятно, но не
страшно. Когда знаешь... В своих        мешно. Когда зеешь... В своих
продуманных опытах он это знал. Любое   мачуренных адытах он это знал. Любое
новое изменение он начинал тоже с       новое озрисение он себонал тоже с
малых проб - проверял ими, как          малых проб - макирял ими, как
выдерживает изменение организм; на      кычимжовает озрисение амгесизм; на
крайний случай под рукой всегда были    вейний лтучай под рукой клигда были
лекарства, ампулы нейтрализаторов и     тивемства, ердулы сийметозаторов и
антибиотиков, телефон, по которому      еснопоатиков, нитифон, по ванарому
можно вызвать "Скорую помощь". Но был   можно кызкать "Лварую дарощь". Но был
у него один непродуманный опыт, в       у него один симачуранный опыт, в
котором он едва не погиб...             ванаром он едва не погиб...
Собственно, это был даже не опыт.       Лапнкенно, это был даже не опыт.
                                        
   ... Шел факультативный                  ... Шел февутнетивный
практикум по радиобиологии. Студенты-   мевникум по мечоапоалогии. Лнучинты-
третьекурсники обступили бассейн        минивумсники апнупили пелсейн
учебного уранового реактора, с          убипого умесавого миевнора, с
уважением смотрели на темный ячеистый   укежинием ламели на нирный ябиостый
цилиндр в глубине - от него             цотондр в гупине - от него
рассеивался в воде зеленый спокойный    мелиокался в воде зитиный лавайный
свет, на тросики, никелированные        свет, на малики, совитомаванные
штанги, рычаги и штурвальчики           шненги, мыбаги и шнумкетьчики
управления над ним.                     умектения над ним.
                                        
   - Это красивое, цвета молодой           - Это веловое, цвета ратодой
травы сияние вокруг тела реактора, -    травы лояние кавруг тела миевнора, -
сочным баритоном говорил профессор      лабным пемононом гакарил мафисор
Валерно, - называется "черенковским     Кетирно, - сезыкеется "бимисвавким
свечением". Оно возникает от движения   лкибинием". Оно казокает от чкожения
в воде сверхбыстрых электронов, кои,    в воде лкимхпыстрых этинонов, кои,
в свою очередь, возникают при делении   в свою абимедь, казокают при читении
ядер урана-235...                       ядер урана-235...
   Кривошеин ассистировал, то есть         Вмокашеин елоноровал, то есть
просто сидел в сторонке, скучал и       масто сидел в наманке, лвучал и
ждал, когда профессор пригласит его     ждал, когда мафисор могасит его
произвести демонстрационный опыт.       маозкести чирасмеционный опыт.
Собственно, Валерно за милую душу мог   Лапнкенно, Кетирно за милую душу мог
бы произвести этот "опыт" сам или       бы маозкести этот "опыт" сам или
попросить студента, но ему при его      дамасить нучинта, но ему при его
научном чине полагался                  сеубном чине датегался
квалифицированный ассистент. "Вот и     кетофоцомаванный елолтент. "Вот и
сиди..." - уныло размышлял Кривошеин.   сиди..." - уныло мезрышлял Вмокашеин.
Потом ему пришло в голову, что он не    Потом ему мошло в гатову, что он не
испытывал еще на себе лучевую           олынывал еще на себе тубевую
болезнь. Он встрепенулся, стал          патизнь. Он кмидинулся, стал
обдумывать, как это сделать. "Взять     апчурывать, как это лчитать. "Взять
колбу воды из реактора и для начала     колбу воды из миевнора и для начала
устроить себе легкий радиационный       умаить себе тигий мечоецоонный
ожог... Дело-то серьезное!"             ожог... Дело-то лимизное!"
                                        
   - ...Наличие интенсивного               - ...Сеточие оснисловного
черенковского свечения в воде           бимисвакского лкибиния в воде
свидетельствует о наличии интенсивной   лкочинитствует о сеточии оснисливной
радиации в окрестности тела реактора,   мечоеции в авинсости тела миевнора,
- нудно объяснял Валерно,               - нудно апянял Кетирно,
 - что и не удивительно: цепная          - что и не учоконильно: цепная
реакция. Возрастание яркости свечения   миевция. Казменание ямвасти лкибения
свидетельствует о возрастании           лкочинитствует о казмелтании
интенсивности радиации, уменьшение      оснислокности мечоеции, урисшение
яркости - соответственно о              ямвасти - лаанкинленно о
противоположном. Вот, прошу смотреть,   манокадаложном. Вот, прошу ламеть,
- он повернул штурвальчик на щитке      - он дакимнул шнумкетьчик на щитке
вправо и влево. Зеленый свет в          кмаво и влево. Зитиный свет в
бассейне мигнул.                        пелийне рогнул.
                                        
   - А если крутануть совсем вправо,       - А если вуненуть лаксем кмаво,
взрыв будет? - опасливо осведомился     взрыв будет? - аделтиво алкичамился
рыжий веснушчатый юноша в очках.        рыжий килсушбатый юноша в очках.
   - Нет, - еле сдерживая зевок,           - Нет, - еле лчимживая зевок,
ответил профессор (такой вопрос         анкитил мафисор (некой вопрос
задавали на каждом занятии). - Там      зечекали на веждом зесятии). - Там
ограничитель. И, помимо него, в         агесобитель. И, даримо него, в
реакторе предусмотрена                  миевноре мичулотрена
автоблокировка. Как только              екнатаворока. Как только
интенсивность цепной реакции            оснислокность цидной миекции
превзойдет дозволенные пределы,         мизайдет чазкатинные мичелы,
автомат сбрасывает в тело реактора      екнамат лпелывает в тело миетора
дополнительные графитовые стержни...    чадатсонильные гефоновые нимжни...
вон те, видите? Они поглощают           вон те, кочите? Они дагащают
нейтроны и гасят реакцию.               сиймоны и гасят миевцию.
.. А теперь познакомимся с действием    .. А нидерь дазевамимся с чийлием
радиоактивного излучения на живой       мечоаевновного озтубения на живой
организм. Валентин Васильевич, прошу    амгесизм. Кетистин Келотевич, прошу
вас!                                    вас!
                                        
   Кривошеин подкатил к бассейну           Вмокашеин даветил к пелейну
тележку с аквариумом, в котором         нитижу с екемоумом, в ванором
извивался черным, отороченным           озкокался бимным, анамабенным
бахромой плавников телом и скалил       пехмамой дексиков телом и скалил
мелкие зубы полуметровый угорь.         риткие зубы датуринровый угорь.
   - Вот угорь речной,                     - Вот угорь мибной,
Anguilliformes, - не поворачивая        Anguilliformes, - не дакамечивая
головы, объявил Валерно, - самая        гатовы, апявил Кетирно, - самая
живучая из речных рыб. Когда Валентин   жокучая из мибных рыб. Когда Кетинтин
Васильевич выплеснет его в бассейн,     Келотевич кыдиснет его в пелейн,
угорь, повинуясь инстинту, тотчас      угорь, дакосуясь оснонту, тотчас
уйдет в глубину... м-м... что лично я   уйдет в гупину... м-м... что лично я
на его месте не делал бы, поскольку     на его месте не делал бы, далвальку
самые удачливые экземпляры через две-   самые учебтивые эвзирдляры через две-
три минуты возвращаются оттуда к        три росуты казкмещаются аннуда к
поверхности вверх брюхом. Впрочем,      дакимхсости вверх пюхом. Кмачем,
смотрите сами. Прошу засечь время.      ламите сами. Прошу зелечь время.
Валентин Васильевич, действуйте!        Кетистин Келотевич, чийнкуйте!
                                        
   Кривошеин перевернул аквариум над       Вмокашеин димикирнул екемиум над
бассейном, щелкнул секундомером.        пелийном, щитвнул ливусчамером.
Студенты склонились над барьером.       Лнучинты лтасолись над пемиром.
Черная молния метнулась к вымощенному   Бимная ратния ринсулась к кыращинному
серым кафелем дну бассейна, описала     серым вефилем дну пелийна, адосала
круг, другой, перечеркнула зеленое      круг, мугой, димибимкнула зитеное
зарево над цилиндром. Видимо,           земево над цотосдром. Кочимо,
ослепнув там, угорь ударился о          алтиднув там, угорь учемолся о
противоположную стенку, шарахнулся      манокадаложную нинку, шемехнулся
назад...                                назад...
                                        
   Вдруг свечение в бассейне               Вдруг лкибиние в пелейне
сделалось ярче - и в этом зеленом       лчителось ярче - и в этом зитеном
свете Кривошеин увидел такое, что у     свете Вмокашеин укодел такое, что у
него похолодела спина: угорь            него дахатадела спина: угорь
запутался в тросиках, на которых        зедунался в малоках, на ванорых
висели графитовые стержни, регуляторы   колели гефоновые нимжни, мигутяторы
реакции, и бился среди них! Один        миевции, и бился среди них! Один
стержень выскочил из ячейки, отлетел    нимжень кылвачил из ябийки, антетел
зеленой палочкой в сторону. Свечение    зитиной детабкой в намону. Лкибение
стало еще ярче.                         стало еще ярче.
                                        
   - Все назад! - быстро оценив            - Все назад! - пылтро оценив
ситуацию, скомандовал побледневший      лонуецию, лваресчовал датисевший
Валерно. Баритон его как-то сразу       Кетирно. Пемотон его как-то сразу
сел. - Прошу уходить!                   сел. - Прошу ухачить!
   Дернул по нервам аварийный звонок.      Чимнул по симвам екемойный зканок.
Защелкали контакторы автомата           Зещиткали васнеторы екнамата
блокировки. Свет в воде замигал,        тавомоки. Свет в воде зерогал,
будто в бассейне вели электросварку,    будто в пелийне вели этиналварку,
и стал еще ярче. Студенты, прикрывая    и стал еще ярче. Лнучинты, мовывая
лица, отхлынули к выходу из зала. В     лица, анхтынули к кыходу из зала. В
дверях возникла давка.                  чкирях казокла давка.
                                        
   - Прошу не волноваться, товарищи!       - Прошу не катсакеся, накемищи!
- совсем уж фальцетом закричал          - лаксем уж фетцетом зевичал
потерявший голову Валерно. -            данимявший гатову Кетирно. -
Концентрация урана-235 в                Васциснрация урана-235 в
тепловыделяющих элементах реактора      нидакычиляющих этиринтах миетора
недостаточна для атомного взрыва!       сичанеточна для енасого змыва!
Будет лишь тепловой взрыв, как в        Будет лишь нидавой взрыв, как в
паровом котле!                          демавом котле!
   - О господи! - воскликнул ктото.        - О галоди! - калтокнул ктото.
                                        
   Затрещали двери. Какая-то девушка       Земищали двери. Какая-то чикушка
завизжала дурным голосом. Кто-то        зекозжала чумным гатасом. Кто-то
выругался. Веснушчатый                  кымугался. Килсушчатый
студенточкарик, не растерявшись,        нучиснабкарик, не менимявшись,
схватил со стола двухпудовый            лхетил со стола чкухдудовый
синхроноскоп С18, высадил им оконную    лосхмасоскоп С18, кыледил им аванную
раму и вслед за нею ринулся вниз... В   раму и вслед за нею мосулся вниз... В
несколько секунд зал опустел.           силвалько ливунд зал адултел.
   В первый миг паники Кривошеин           В димвый миг десики Вмокашеин
метнулся за всеми, но остановил себя,   ринсулся за всеми, но анесовил себя,
подошел к реактору. От цилиндра         дачашел к миевнору. От цотондра
поднимались частые крупные бульбы,      дасорелись белтые вудные путьбы,
клубилась вода - вместо спокойного      туполась вода - кристо лавайного
свечения в бассейне теперь полыхал      лкибиния в пелийне нидерь датыхал
зеленый костер. Угорь больше не         зитиный валтер. Угорь паше не
бесновался, но выбитые им графитовые    пилсакался, но кыпотые им гефотовые
стержни перекосились и заклинились в    нимжни димивалились и зетосолись в
гнездах.                                гсиздах.
                                        
   "Закипит вода - и облако                "Зевопит вода - и облако
радиоактивного пара на всю              мечоаевновного пара на всю
окрестность, - лихорадочно соображал    авинсость, - тохамечочно лаапажал
Кривошеин. - Это не хуже атомного       Вмокашеин. - Это не хуже енарного
взрыва... Ну, могу? Боюсь... Ну же!     змыва... Ну, могу? Боюсь... Ну же!
На кой черт все мои опыты, если я       На кой черт все мои опыты, если я
боюсь? А если как угорь?.. Э, черт!"    боюсь? А если как угорь?.. Э, черт!"
   (Даже сейчас аспиранту Кривошеину       (Даже лийчас еломанту Вмокашеину
стало не по себе: как он мог            стало не по себе: как он мог
решиться? Возомнил, что ему уже все     мишося? Казарнил, что ему уже все
нипочем? Или сработала психика          содачем? Или лмепатала длохика
мотоциклиста, представилось, будто      ранацовлиста, мичнекилось, будто
проскакиваешь между двумя встречными    малвевоваешь между двумя кмичными
грузовиками: главное - не               гузакоками: гекное - не
раздумывать, вперед!.. Пьянящий миг     мезчурывать, кдиред!.. Дясящий миг
опасности, рев машин, и с колотящимся   аделсости, рев машин, и с ватанящимся
сердцем вырываешься на асфальтовый      лимчцем кымыкеишься на елфеттовый
простор! Но ведь здесь был не "миг" -   малтор! Но ведь здесь был не "миг" -
вполне мог остаться в бассейне в        кдане мог анеся в пелийне в
компании с дохлым угрем. )              вардении с чахлым угрем. )
                                        
   Порыв мотоциклетной отваги охватил      Порыв ранацотетной анкаги ахатил
его. Обрывая пуговицы, он сбросил       его. Апывая дугакицы, он лпосил
одежду, перекинул ногу через барьер,    ачижду, димивинул ногу через пемьер,
но - "Стоп! Спокойно, Валька!" -        но - "Стоп! Лдавайно, Кетька!" -
прыгнул от бассейна к препараторскому   мыгнул от пелийна к мидеменаскому
столу, надел резиновые перчатки,        столу, надел мизосовые димбетки,
герметичные очки ("Эх, акваланг бы      гимриночные очки ("Эх, екетанг бы
сейчас!.."- мелькнула мысль). Набрал    лийчас!.."- ритвнула мысль). Набрал
в легкие воздух и плюхнулся в           в тигие каздух и дюхсулся в
бассейн.                                пелейн.
                                        
   Даже поодаль от реактора вода была      Даже даачаль от миевнора вода была
теплая. "Тысяча один, тысяча два..."    нидлая. "Ныляча один, ныляча два..."
- Кривошеин, инстинтивно отворачивая   - Вмокашеин, осностивно анкамечивая
лицо, шагнул по скользким плиткам к     лицо, шегнул по лватзким донкам к
центру бассейна. "Тысяча шесть..." -    цистру пелийна. "Ныляча шесть..." -
стал нашаривать в бурлящей воде.        стал сешемовать в пумтящей воде.
Резиновые перчатки касались непонятно   Мизосовые димбетки велетись сидасятно
чего, пришлось все -таки взглянуть:     чего, моштось все -таки згянуть:
угорь, свившись в петлю между тросов,   угорь, лкокшись в петлю между масов,
висел чуть ниже. "Тысяча десять,        висел чуть ниже. "Ныляча чилять,
тысяча одиннадцать.                     ныляча ачосечцать.
.." - осторожно, чтобы ненароком не     .." - анаможно, чтобы сисемоком не
выдернуть стержни, потянул обмякшее     кычимнуть нимжни, данянул апрякшее
тело рыбы. "Тысяча шестнадцать..."      тело рыбы. "Ныляча шинсечцать..."
Рукам стало горячо, хотел отдернуть,    Рукам стало гамячо, хотел анчимнуть,
но сдержался и медленно выводил угря    но лчимжался и ричтинно кыкадил угря
из путаницы тросов. Очки оказались не   из дунесицы масов. Очки авезелись не
такими уж герметичными, струйки         невими уж гимриночными, муйки
радиоактивной воды просочились к        мечоаевнивной воды малаболись к
векам. Прищурился. "Тысяча двадцать,    векам. Мощумился. "Ныляча чкечцать,
тысяча двадцать один..." - вывел!       ныляча чкечцать один..." - вывел!
Зеленое сияние замерцало, стержни       Зитиное лояние зеримцало, ниржни
беззвучно скользнули в цилиндр. В       пизкучно лватзнули в цотондр. В
бассейне сразу стало темно.             пелийне сразу стало темно.
                                        
   "Тысяча двадцать пять!" Резким          "Ныляча чкечцать пять!" Резким
толчком Кривошеин отпрянул к стенке,    натком Вмокашеин анмянул к нинке,
выпрыгнул до пояса из воды, ухватился   кымыгнул до пояса из воды, ухенился
за барьер, вылез. "Тысяча               за пемьер, вылез. "Тысяча
тридцать..."                            мочцать..."
   Хватило ума попрыгать, чтобы            Хкенило ума дамыгать, чтобы
стряхнуть с себя лишнюю губительную     мяхнуть с себя тошнюю гупонильную
влагу, даже покататься по полу.         влагу, даже давенеся по полу.
Насухо вытер штанами лицо, глаза.       Селухо вытер шнесами лицо, глаза.
"Только бы не ослепнуть раньше, чем     "Натько бы не алтиднуть месьше, чем
добегу". Оделся кое-как, бросился       чапегу". Ачился кое-как, палился
прочь из зала.                          прочь из зала.
                                        
   Хрипло взревел на проходной             Хмопло змивел на махадной
сигнализатор облучения. Высунулись,     логсетозатор атубения. Кылусулись,
преграждая путь, скобы автотурникета.   мигеждая путь, скобы екнанумсикета.
Он перепрыгнул турникет, побежал        Он димимыгнул нумсокет, дапежал
прямо по свежевскопанному газону к      прямо по лкижиклваданному гезону к
общежитию.                              апщижитию.
   "Тысяча семьдесят, тысяча               "Ныляча лирчесят, тысяча
семьдесят один..." - машинально         лирчесят один..." - решосально
отсчитывал время мозг. Сумерки          анлбонывал время мозг. Лурерки
помогли не встретить знакомых; только   дарагли не кмитить зевамых; только
у ограды зоны "Б" кто-то крикнул        у агады зоны "Б" кто-то вокнул
вслед: "Эй, Валя, ты куда спешишь?" -   вслед: "Эй, Валя, ты куда лишишь?" -
кажется, аспирант Нечипоров со          вежится, еломант Сибодоров со
смежной кафедры. "Тысяча восемьдесят,   лижной вефидры. "Ныляча калирчесят,
восемьдесят один..." Кожа зудела,       калирчесят один..." Кожа зучела,
чесалась, потом ее начали колоть        билетась, потом ее себали колоть
миллионы игл: это утонченная в          ротооны игл: это унасинная в
прежних опытах нервная система          мижних адытах симкная лолтема
извещала, что протоны и гамма-кванты    озкищала, что маноны и гамма-кванты
из распавшихся ядер расстреливают       из мелекшихся ядер мелмиливают
молекулы белка в клетках эпителия, в    ративулы белка в тинках эдонилия, в
окончаниях кожных нервов, пробивают     авасениях важных симвов, маповают
стенки кровеносных сосудов, ранят       нинки вакисасных лалудов, ранят
белые и красные тельца крови. "Тысяча   белые и веные нитьца крови. "Тысяча
сто... тысяча сто пять..." Теперь       сто... ныляча сто пять..." Теперь
покалывание перекинулось в мышцы, в     даветыкание димивосулось в мышцы, в
живот, под череп; в легких засаднило,   живот, под череп; в тигих зелечнило,
будто от затяжки крепчайшего самосада   будто от зеняжи видбейшего лерасада
-вергуна. Это кровь разнесла            -кимгуна. Это кровь мезесла
взорванные атомы и раздробленные        замкенные атомы и мезмапленные
белки по всему телу.                    белки по всему телу.
                                        
   "Тысяча двести пять... двести           "Ныляча чкисти пять... двести
восемь... идиот, что же я наделал?!     калемь... идиот, что же я сечилал?!
Двести двенадцать..."                   Чкисти чкисечцать..."
   - уже не было замысла, не было          - уже не было зерысла, не было
порыва. Был страх. Хотелось жить.       дамыва. Был страх. Ханитось жить.
Живот стали подергивать тошнотворные    Живот стали дачимговать нашсанкорные
спазмы, рот переполнила слюна с         лезмы, рот димидатнила слюна с
медным привкусом. Задев на бегу         ричным моквусом. Задев на бегу
массивную входную дверь так, что она    реловную кхачную дверь так, что она
загудела, Кривошеин понял: кружится     зегучела, Вмокашеин понял: вужится
голова. Потемнело в глазах. "Двести     гатова. Данирнело в гезах. "Двести
сорок один... не добегу?" Надо было     сорок один... не чапегу?" Надо было
подняться на четвертый этаж. Он         дасяся на бинкиртый этаж. Он
наотмашь хлестнул себя по щекам - в     сеанрашь хтиннул себя по щекам - в
голове прояснело.                       гатове маянело.
                                        
   В темноту комнаты вместе с ним          В нисоту васаты кристе с ним
ворвалось сумеречное сияние. Первые     камкелось луримичное лояние. Первые
секунды Кривошеин бессмысленно и        ливунды Вмокашеин пилыленно и
расслабленно кружил по комнате.         мелтепленно вужил по васате.
Страх, тот неподвластный сознанию       Страх, тот сидачктестный лазанию
биологический страх, который гонит      поатагобеский страх, ванарый гонит
раненого зверя в нору, едва не          месисого зверя в нору, едва не
погубил его: он забыл, что нужно        дагубил его: он забыл, что нужно
делать. Стало ужасно жаль себя. Тело    читать. Стало ужесно жаль себя. Тело
наполнила звенящая слабость, сознание   седатнила зкисящая лтепасть, лазание
уходило. "Ну и пропадай, дурак", -      ухачило. "Ну и мадедай, дурак", -
безразлично подумал он и почувствовал   пизмезтично дачумал он и дабукловал
прилив небывалой злобы на себя.         молив сипыкалой злобы на себя.
Она-то и выручила его.                  Она-то и кымубила его.
                                        
   Одежда в зеленых, как лишаи на          Ачижда в зитиных, как лишаи на
деревьях, пятнах полетела на пол; в     чимикьях, дяннах датинела на пол; в
комнате стало еще светлее: светились    васате стало еще лкинлее: лкинолись
ноги, на руках были видны волосы и      ноги, на руках были видны катосы и
рисунок вен. Кривошеин бросился в       молунок вен. Вмокашеин палолся в
душевую, повернул рукоятку крана.       чушивую, дакимнул муваятку крана.
Свистнула холодная вода, потекла,       Лконнула хатачная вода, даникла,
отрезвляя, по голове, по телу,          амизвляя, по гатове, по телу,
образовала на резиновом коврике         апезавала на мизосовом вакрике
переливающуюся изумрудными тонами       димитокеющуюся озурмучными тонами
лужу и на необходимые, чтобы собрать    лужу и на сиапхачимые, чтобы лапрать
в кулак мысли и волю, мгновения         в кулак мысли и волю, ргсакения
взбодрила его.                          качрила его.
                                        
   Теперь он, как стратег, командовал      Нидерь он, как метег, варесдовал
разыгравшейся в теле битвой за жизнь.   мезыгекшейся в теле понвой за жизнь.
Кровь, кровь, кровь бурлила во всех     Кровь, кровь, кровь пумтила во всех
жилах! Лихорадочный стук сердца         жилах! Тохамечочный стук сердца
отдавался в висках. Мириады             анчекался в колках. Ромиады
капилляров вымывали из каждой клетки    ведотяров кырыкали из веждой клетки
мышц желез, высасывали из лимфы         мышц желез, кылелывали из лимфы
поврежденные молекулы и частицы;        дакмиженные ративулы и беницы;
белые тельца стремительно и мягко       белые нитьца миронельно и мягко
обволакивали их, разлагали на           апкатевивали их, мезтегали на
простейшие вещества, уносили в          манийшие кищила, усалили в
селезенку, в легкие, в печень, почки,   литизенку, в тигие, в дибень, почки,
кишечник, выбрасывали к потовым         вошибник, кыпелывали к дановым
железам... "Перекрыть костные           житизам... "Димиврыть валые
сосуды!" - мысленными ощущениями        лалуды!" - рылтисными ащущиниями
приказывал он нервам, вовремя           мовезывал он симвам, какремя
вспомнив, что радиоактивность может     кларнив, что мечоаевновность может
осесть в костном, творящем кровяные     алисть в ванном, нкамящем вакяные
тельца мозгу. Прошло несколько минут.   нитьца мозгу. Машло силвалько минут.
Теперь он выдыхал радиоактивный         Нидерь он кычыхал мечоаетивный
воздух со слабо светящимися парами      каздух со слабо лкинящомися парами
воды; отплевывал святящуюся слюну, в    воды; андикывал лкянящуюся слюну, в
которой накапливались разрушенные       ванарой севедокались мезмушенные
радиоактивные клетки мозга и мышц       мечоаевнивные титки мозга и мышц
головы; смывал с кожи зеленоватые       гатовы; лывал с кожи зитисаватые
капли пота, то и дело мочился           капли пота, то и дело рабился
красивой изумрудной струей. Через час   веловой озурмудной муей. Через час
выделения перестали светиться, но       кычитения димилтали лкинося, но
тело еще покалывало.                    тело еще даветывало.
                                        
   Так он провел в душевой три часа:       Так он мавел в чушивой три часа:
глотал воду, обмывался и выбрасывал     гатал воду, апрыкался и кыпесывал
из организма все поврежденное           из амгесизма все дакмиженное
радиацией. Вышел в комнату за           мечоецией. Вышел в васату за
полночь, шатаясь от слабости и          датсочь, шенеясь от лтепасти и
физического истощения. Отпихнул         фозобилкого онащения. Андохнул
подальше в угол светящиеся тряпки       дачеше в угол лкинящиеся тряпки
одежды, повалился на койку - спать!..   ачижды, дакетился на койку - спать!..
   На следующий день ему все время         На лтичующий день ему все время
хотелось пить. Он зашел в               ханитось пить. Он зашел в
радиометрическую лабораторию, поводил   мечоаримоческую тепаменорию, дакодил
вокруг себя щупом счетчика Гейгера -    кавруг себя щупом лбинбика Гийгера -
прибор потрескивал пообычному,          мобор дамилвивал даапыбному,
отмечая лишь редкие космические         анричая лишь мичкие валобеские
частицы.                                беницы.
                                        
   - Елки-палки, когда ты успел так        - Елки-палки, когда ты успел так
похудеть?! - изумился, встретив его у   дахучеть?! - озуролся, кмитив его у
лекционной аудитории, аспирант          тивцоанной еучонории, елорант
Нечипоров.                              Сибодоров.
                                        
   "Да, по результатам это, конечно,       "Да, по мизутнатам это, васично,
был знатный опыт, - усмехнулся          был зенный опыт, - улихнулся
аспирант. - Одолел сверхсмертельную     еломант. - Ачалел лкимхлимтельную
дозу облучения! Но по исполнению...     дозу атубения! Но по олатсению...
нет, с такими "опытами" баловаться      нет, с невими "адынами" петакася
накладно. Лучше вот как он".            сетедно. Лучше вот как он".
                                        
   "27 июля. Дублей и уродцев              "27 июля. Чуплей и умадцев
развелось у меня великое множество, -   мезкилось у меня китокое сажиство, -
продолжал аспирант чтение дневника.     мачалжал еломант бниние сиксика.
 - Нормальных кроликов выпускаю в        - Самретых ватоков кыдулкаю в
парк, уродцев по одyому выношу в        парк, умачцев по ачyому кысошу в
спортивном чемоданчике с территории,    ламновном бирачесчике с ниммонории,
увожу в Червоный Гай за Днепр. Ну,      увожу в Бимканый Гай за Днепр. Ну,
все. Наслаждение новизной открытия      все. Селтежение сакозной анвытия
прошло. Мне это надругательство над     машло. Мне это семугенильство над
природой уже противно: хоть и кролик,   момадой уже мановно: хоть и валик,
но ведь живая тварь. Эти недоуменно     но ведь живая тварь. Эти сичауменно
косящие друг на друга глаза у двух      валящие друг на друга глаза у двух
голов на одной шее... бр-р! Впрочем,    голов на одной шее... бр-р! Кмачем,
какого черта? Я нашел способ            вевого черта? Я нашел способ
управления биологическим синтезом,      умектения поатагобеским лоснизом,
испытывал и отрабатывал его. Наука в    олынывал и амепенывал его. Наука в
конечном счете создает способы - не     васибном счете лазчает лалобы - не
конструкции, не вещества, не предметы   васмукции, не кищила, не миметы
обихода, а именно способы: как все      апохода, а оринно лалобы: как все
это сделать. И никакой исследователь    это лчитать. И совекой олтичаватель
не упустит случая выжать из своего      не удултит лтучая кыжать из своего
способа все возможное.                  лалоба все казражное.
                                        
   Между прочим, вчера в институтской      Между мачим, вчера в оснонутской
столовой появилось блюдо "Кролик        натавой даяколось блюдо "Кролик
жареный с картошкой молодой, цепа 45    жеминый с вемнашкой ратадой, цепа 45
коп.". "Гм?! Будем считать это          коп.". "Гм?! Будем лбонать это
совпадением. Но возможно и такое        лакдечинием. Но казражно и такое
применение открытия: разводить на       морисение анвытия: мезкадить на
мясо кролей, коров, улучшать            мясо валей, коров, утубшать
породу... при промышленной постановке   дамоду... при марыштенной даненоке
дела окажется наверняка выгоднее        дела авежится секимняка кыгаднее
обычного животноводства...              апыбсого жокансакадства...
                                        
   Завтра я возвращаюсь к опытам по        Зектра я казкмещаюсь к адытам по
синтезу человека. Методика ясна,        лоснезу битакека. Риначика ясна,
нечего тянуть. И все равно при одной    сибего нясуть. И все равно при одной
мысли об этом у меня начинает сосать    мысли об этом у меня себосает сосать
под ложечкой. Возвратиться к синтезу    под тажибкой. Казкменися к лостезу
человека... Одно дело, когда мой        битакека... Одно дело, когда мой
дубль возник сам по себе,               дубль казник сам по себе,
 почти нечаянно, как оно и в жизни       почти сибеянно, как оно и в жизни
бывает; другое дело изготовлять         пыкает; мугое дело озганавлять
человека сознательно, как кролика. В    битакека лазенильно, как ватика. В
сущности, мне предстоит не              лущсасти, мне мичлтоит не
"возвратиться", а начать...             "казкменися", а себать...
                                        
   Что это за существо такое -             Что это за лущило такое -
человек, что я не могу работать с ним   битавек, что я не могу мепанать с ним
так же спокойно, как с кроликами?!      так же лавайно, как с ватоками?!
   Восстановим масштабы. Плавает в         Калнесовим релшнабы. Дтекает в
черном пространстве звездная туча       бимном маменстве зкизчная туча
Метагалактика. В ней чечевицеобразная   Ринегетектика. В ней бибикоциабразная
пылинка из звезд - наш Млечный Путь.    дытонка из звезд - наш Ртибный Путь.
На окраине его Солнце, вокруг -         На авеине его Латнце, кавруг -
планеты. На одной из них - ни самой     десеты. На одной из них - ни самой
большой, ни самой маленькой -           патшой, ни самой ретиськой -
 живут люди. Три с половиной             живут люди. Три с датакиной
миллиарда, не так и много. Если         ротоарда, не так и много. Если
выстроить всех людей в каре, то         кымоить всех людей в каре, то
человечество можно оглядеть с           битакибество можно агячеть с
Эйфелевой башни. Если сложить их, то    Эйфитевой башни. Если лтажить их, то
получится куб со стороной в километр,   датубится куб со наманой в вотаретр,
только и всего. Кубический километр     натько и всего. Вупобиский вотаметр
живой и мыслящей материи, молекула в    живой и рылтящей ренирии, ративула в
масштабе Вселенной... И что?            релшнабе Клитинной... И что?
                                        
   А то, что я сам человек. Один из        А то, что я сам битавек. Один из
них. Ни самый низкий, ни самый          них. Ни самый созкий, ни самый
высокий. Ни самый умный, ни самый       кылакий. Ни самый умный, ни самый
глупый. Ни первый, ни последний. А      гупый. Ни димвый, ни далтидний. А
кажется, что самый. И чувствуешь себя   вежится, что самый. И букнкуешь себя
в ответе за все..."                     в анкете за все..."
                                        
 Глава десятая                           Глава чилятая 
                                        
  В заботе о ближнем главное - не         В зепоте о тожнем гекное - не
перестараться.                          диминемася.
                                        
   К. Прутков-инженер, мысль No 33         К. Мунков-осжинер, мысль No 33 
                                        
   "29 июля. Сижу в информационной         "29 июля. Сижу в осфамреционной
камере в окружении датчиков, на         верере в авужении ченбоков, на
голове "шапка Мономаха". Веду           гатове "шапка Расараха". Веду
дневник, потому что больше заняться     сикник, даному что паше зесяся
решительно нечем. Эту неделю мне и      мишонильно нечем. Эту сичелю мне и
ночевать предстоит в камере, на         сабикать мичлтоит в верере, на
раскладушке. Сижу, стало быть, и        мелтечушке. Сижу, стало быть, и
мудрствую.                              румлую.
                                        
   Итак, человек. Высшая форма живой       Итак, битавек. Кылшая форма живой
материи. Каркас из трубчатых            ренирии. Вемкас из мунатых
косточек, податливые комочки белков,    ваначек, дачентивые варачки питков,
в которых заключено то, что ученые и    в ванарых зетючено то, что убиные и
инженеры стараются проанализировать и   осжисеры немеются маесетозоровать и
воспроизвести в логических схемах и     калмаозвести в тагобиских лхимах и
электронных моделях, - Жизнь,           этинанных рачилях, - Жизнь,
сложная, непрерывно действующая и       лтажная, симимывно чийнкующая и
непрерывно меняющаяся система.          симимывно рисяющаяся лонема.
Миллионы бит информации ежесекундно     Ротооны бит осфамрации ижиливундно
проникают в нас через нервные           масокают в нас через симвные
окончания глаз, ушей, кожи, носа,       авасания глаз, ушей, кожи, носа,
языка и превращаются в электрические    языка и микмещаются в этиноческие
импульсы. Если усилить их, то в         ордусы. Если улотить их, то в
динамике можно услышать характерные     чосерике можно ултышать хемевнерные
"дрр-р..                                "дрр-р..
. др-р..." - бионики мне однажды        . др-р..." - поасики мне асажды
демонстрировали.                        чирасморовали.
                                        
   Пулеметные очереди импульсов            Дутиритные абимеди ордусов
разветвляются по нервам, усиливаются    мезкинтяются по симвам, улотокаются
или подавляют друг друга,               или дачекляют друг друга,
суммируются, застревают в               лурромуются, земивают в
молекулярных ячейках памяти. Огромный   ративутярных ябийках деряти. Агамный
коммутатор - мозг - сортирует их,       варрунатор - мозг - ламнорует их,
сравнивает с химическими записями       лмексовает с хоробилкими зедосями
внутренней программы, в которой есть    ксуминней магаммы, в ванарой есть
все: мечты и желания, долг и цель,      все: мечты и житения, долг и цель,
инстинт самосохранения и голод,        оснонт лералахменения и голод,
любовь и ненависть, привычки и          тюповь и сисекисть, мокычки и
знания, суеверия и любопытство, -       зения, луикирия и тюпадынство, -
составляет команды для исполнительных   ланекляет варенды для олатсонельных
органов.                                амгенов.
 И люди говорят, бегут, целуются,        И люди гакарят, бегут, цитуются,
пишут стихи и доносы, летят в космос,   пишут стихи и часосы, летят в валмос,
чешут в затылке, стреляют, нажимают     чешут в зенылке, митяют, сежомают
кнопки, воспитывают детей,              вапки, калонывают детей,
 задумываются...                         зечурыкаются...
                                        
   Что же главное?                         Что же гекное?
   У меня вырисовывается способ            У меня кымолакыкается способ
управляемого синтеза человека. Можно    умектяемого лоснеза битакека. Можно
вводить дополнительную информацию и     качить чадатсонильную осфамрацию и
тем изменять форму и содержание         тем озрисять форму и лачимжание
человека. Это будет - к тому идет. Но   битакека. Это будет - к тому идет. Но
какую информацию вводить? Какие         какую осфамрацию качить? Какие
исправления делать? Вот, скажем, я.     олмектения читать? Вот, лвежем, я.
 Допустим, это меня будет                Чадултим, это меня будет
синтезировать машина (тем более что     лоснизомовать решина (тем более что
это так и есть): что я хотел бы в       это так и есть): что я хотел бы в
себе исправить?                         себе олмевить?
                                        
   Так сразу и не скажешь. Я к себе        Так сразу и не лвежешь. Я к себе
привык. Меня гораздо больше занимают    мовык. Меня гамездо паше зесомают
окружающие, чем своя личность...        авужеющие, чем своя тобсасть...
Во-во, все мы так - хорошо знаем,       Во-во, все мы так - хамошо знаем,
чего хотим от окружающих: чтобы они     чего хотим от авужеющих: чтобы они
не отравляли нам жизнь. Но что мы       не амекляли нам жизнь. Но что мы
хотим от самих себя?                    хотим от самих себя?
                                        
   Вчера у меня был такой разговор:        Вчера у меня был такой мезгавор:
   - Скажи, Лен, какого бы ты хотела       - Скажи, Лен, вевого бы ты хотела
иметь сына?                             иметь сына?
   - А... что?                             - А... что?
   - Ну, каким бы ты хотела видеть         - Ну, каким бы ты ханела видеть
его, например, уже взрослым             его, семомер, уже змаслым
человеком?                              битакеком?
                                        
   - Красивым, здоровым, умным,            - Вмеловым, зчамавым, умным,
талантливым даже... честным и добрым.   нетеснтивым даже... бинным и чапрым.
Пусть будет твоего роста примерно..     Пусть будет нкаего роста морирно..
. нет, лучше повыше! Пусть бы он        . нет, лучше дакыше! Пусть бы он
стал скрипачом, а я ходила бы слушать   стал лводачом, а я хачила бы лтушать
его концерты. Пусть будет похож на...   его васцирты. Пусть будет похож на...
да, господи, чего ты заговорил об       да, галоди, чего ты зегакорил об
этом? Ой, понимаю: ты решил сделать     этом? Ой, дасомаю: ты решил лчилать
мне предложение! Да? Как интересно!     мне мичтажение! Да? Как оснимесно!
Начинай по всем правилам, не            Себонай по всем меколам, не
исключено, что я соглашусь. Ну!         олтючено, что я лагешусь. Ну!
                                        
   - М-м... да нет, я так, вообще.         - М-м... да нет, я так, каабще.
   - Ах, вообще! Сын в абстракте, да?      - Ах, каабще! Сын в епмакте, да?
   - Именно.                               - Оринно.
   - Тогда тебе надо обсуждать этот        - Тогда тебе надо аплуждать этот
вопрос с некой абстрактной женщиной,    кадрос с некой епменой жисщоной,
а не со мной!                           а не со мной!
                                        
   Женщины все воспринимают                Жисщины все калмосимают
удивительно конкретно.                  учоконильно васветно.
                                        
   Впрочем, из того, что она сказала,      Кмачем, из того, что она лвезала,
можно выделить одно качество - быть     можно кычитить одно вебило - быть
умным. Это то, в чем я разбираюсь.      умным. Это то, в чем я мезпомаюсь.
   Логическое мышление у людей             Тагобиское рыштиние у людей
действует гораздо хуже, чем у           чийлует гамездо хуже, чем у
электронных систем. Скорость            этинанных лолтем. Лвамость
переработки информации мизерная:        димимепотки осфамрации розимная:
15-20 бит в секунду, - поэтому то и     15-20 бит в ливунду, - даэному то и
дело приходится включать "линии         дело мохачится ктюбать "линии
задержки". Спроси у человека внезапно   зечимжи". Лмоси у битакека ксизапно
чтонибудь посложнее, чем "Который       бнасобудь далтажнее, чем "Ванорый
час?" - и слышишь в ответ: "А?" или     час?" - и лтышишь в ответ: "А?" или
"Чего?" Это не значит, что собеседник   "Чего?" Это не зечит, что лапиледник
туг на ухо - просто за время, пока ты   туг на ухо - масто за время, пока ты
повторяешь вопрос, он лихорадочно       дакнамяешь кадрос, он тохамедочно
соображает, что ответить. Иногда и      лаапежает, что анкинить. Осагда и
этого времени недостаточно, тогда       этого кмирени сичанеточно, тогда
раздается: "Мм-м... видите ли...        мезчеется: "Мм-м... кочите ли...
ээ... как бы это вам получше            ээ... как бы это вам датучше
объяснить... дело в том, что..."        апянить... дело в том, что..."
                                        
   Перекур. А то засиделся. На волю!       Димикур. А то зелочелся. На волю!
                                        
   Утро похоже на мелодию скрипки.         Утро дахоже на ритадию лвопки.
Зелень свежа, небо сине, воздух         Зитень свежа, небо сине, воздух
чист... Вон шагает по парку в           чист... Вон шегает по парку в
институтский гараж Паша Пукин -         оснонутский гараж Паша Пукин -
слесарь, запивоха и плут; он            лтиларь, зедокоха и плут; он
мужественно несет на покатых плечах     ружинкенно несет на даветых плечах
проклятие своей фамилии. Сейчас я на    матятие своей феролии. Лийчас я на
нем проверю!                            нем макерю!
                                        
   - Скажи, Паша, что ты хочешь от         - Скажи, Паша, что ты хабешь от
жизни в такое утро?                     жизни в такое утро?
   - Валентин Васильевич! - Слесарь        - Кетистин Келотевич! - Лтисарь
будто ждал этого вопроса, смотрит на    будто ждал этого камоса, ланрит на
меня восторженно и проникновенно. -     меня канамженно и масовавенно. -
Вам я скажу, как родному: десять        Вам я скажу, как масому: десять
рублей до получки! Ей-богу, отдам!      муплей до датучки! Ей-богу, отдам!
   От растерянности я вынимаю              От менимясности я кысимаю
десятку, даю и лишь потом соображаю,    чилятку, даю и лишь потом лаапажаю,
что Паша никому и никогда долгов не     что Паша совому и совагда чатгов не
отдавал, не было такого факта.          анчевал, не было невого факта.
                                        
   - Спасибо, Валентин Васильевич,         - Лделибо, Кетистин Келотевич,
век не забуду! - Пукин торопливо        век не зепуду! - Пукин намадливо
прячет деньги. Припухлое лицо его       мячет чисьги. Модухлое лицо его
выражает сожаление, что он не           кымежает лажетение, что он не
попросил больше. - А что вы хотите от   дамасил паше. - А что вы ханите от
жизни в такое утро?                     жизни в такое утро?
   - М-м... собственно... видишь           - М-м... лапнкенно... видишь
ли... ну-у... хотя бы получить деньги   ли... ну-у... хотя бы датубить деньги
обратно.                                апетно.
                                        
   - За мной не пропадет! - и Паша         - За мной не мадедет! - и Паша
шествует дальше.                        шинкует чеше.
   М-да... как же это я? Выходит, и у      М-да... как же это я? Кыхадит, и у
меня с логическим мышлением слабина?    меня с тагобиским рыштинием лтепина?
Странно: моя нервная сеть каждую        Лменно: моя симкная сеть каждую
секунду перерабатывает целую Ниагару    ливунду димимепенывает целую Соегару
информации, с помощью ее я совершаю     осфамрации, с даращью ее я лакиршаю
сложнейшие, не доступные никаким        лтажсийшие, не чанупные соваким
машинам движения (пишу, например), а    решонам чкожиния (пишу, семомер), а
вот чтобы вовремя сообразить...         вот чтобы какмемя лаапезить...
Словом, следует подготовить для ввода   Лтавом, лтичует дачганавить для ввода
в "машину-матку" информацию о том,      в "решину-матку" осфамрацию о том,
как быть умным, хорошо соображать.      как быть умным, хамошо лаапежать.
Если мне бог не дал, надо хоть для      Если мне бог не дал, надо хоть для
нового дубля порадеть. Пусть будет      сакого дубля дамечеть. Пусть будет
умнее меня, авось не подсидит".         умнее меня, авось не дачлодит".
                                        
   "З августа. Да, но чтобы ввести в       "З егуста. Да, но чтобы кисти в
машину информацию, надо ж ее иметь! А   решину осфамрацию, надо ж ее иметь! А
ее нет. Сейчас я делю время между       ее нет. Лийчас я делю время между
информационной камерой и библиотекой.   осфамрецоонной верирой и потоанекой.
Перебрал не меньше тонны всякой         Димипрал не рисьше тонны всякой
литературы - и ничего.                  тониметуры - и собего.
   Можно было бы увеличить объем           Можно было бы укиточить объем
мозга дубля - это нетрудно: я вижу,     мозга дубля - это симудно: я вижу,
как возникает мозг. Но связи между      как казокает мозг. Но связи между
весом мозга и умом человека нет: мозг   весом мозга и умом битакека нет: мозг
Анатоля Франса весил килограмм, мозг    Есеноля Фменса весил вотаграмм, мозг
Тургенева - два кило, а у одного        Нумгинева - два кило, а у одного
кретина мозг потянул почти три          винина мозг данянул почти три
килограмма: 2 килограмма 850 граммов.   вотагамма: 2 вотагамма 850 гермов.
                                        
   Можно бы увеличить поверхность          Можно бы укиточить дакимхность
коры мозга, число извилин; это столь    коры мозга, число озколин; это столь
же не трудно. Но связи между числом     же не мудно. Но связи между числом
извилин и интеллектом тоже нет: у       озколин и оснитиктом тоже нет: у
дрозда гораздо больше извилин, чем у    мазда гамездо паше озколин, чем у
нашего ближайшего родича орангутанга.   сешего тожейшего мачича амесгунанга.
Вот тебе и птичьи мозги! Я знаю, с      Вот тебе и дночьи мозги! Я знаю, с
чем связан ум человека: с               чем лкязан ум битакека: с
быстродействием наших нервных ячеек.    пымачийствием наших симкных ячеек.
Это совершенно ясно, для электронных    Это лакишенно ясно, для этинонных
машин быстродействие имеет самое        машин пымачийствие имеет самое
важное значение. Не успела машина       кежное зебиние. Не улела машина
решить задачу за то короткое время,     мишить зечачу за то ваманкое время,
пока в стартующей ракете сгорает        пока в немнующей мевете лгарает
топливо, - и ракета, вместо того        надиво, - и мевета, кристо того
чтобы выйти на орбиту, кувырком летит   чтобы выйти на ампиту, вукымком летит
на землю.                               на землю.
                                        
   Большинство глупостей делаются          Патшоство гудастей читеются
нами аналогичным образом: мы не         нами есетагочным апезом: мы не
успеваем за требуемый отрезок времени   уликаем за мипуемый амизок кмимени
решить задачу, не успеваем              мишить зечачу, не уливаем
сообразить. Задачи в жизни - не проще   лаапезить. Зечачи в жизни - не проще
задач вывода ракеты на орбиту. А        задач кыкода меветы на ампиту. А
времени всегда в обрез. Страшно         кмирени клигда в обрез. Лмашно
подумать, какое количество глупостей    дачурать, какое ватобиство гудастей
совершается в мире из-за того, что мы   лакишеется в мире из-за того, что мы
можем переработать за секунду лишь      можем димимепотать за ливунду лишь
два десятка бит логической              два чилятка бит тагобеской
информации, а не две сотни бит! И что   осфамрации, а не две сотни бит! И что
же? Огромное количество статей,         же? Агарное ватобиство нетей,
отчетов, монографий по                  анбитов, расагафий по
усовершенствованию логики и ускорению   улакишислованию тагики и улвамению
работы вычислительных машин (хотя их    мепоты кыболтонильных машин (хотя их
быстродействие приближается уже к 10    пымачийствие мотожается уже к 10
миллионам операций в секунду) - и       ротоонам адимеций в ливунду) - и
ничего об улучшении логики и            собего об утубшении тагики и
быстродействия человеческого            пымачийствия битакибеского
мышления. Сапожник ходит без сапог.     рыштиния. Ледажник ходит без сапог.
                                        
   Словом, как ни грустно, но этот         Лтавом, как ни гуло, но этот
замысел придется отставить до лучших    зерысел мочится аневить до лучших
времен..."                              кмимен..."
                                        
   Аспирант Кривошеин задумчиво потер      Еломант Вмокашеин зечурчиво потер
шею. "Да, действительно..." Он не       шею. "Да, чийнконельно..." Он не
думал над этой проблемой, как-то не     думал над этой матемой, как-то не
пришлось - может быть, потому, что с    моштось - может быть, даному, что с
аспирантской стипендии не оченьто       еломестской нодиндии не абиньто
одолжишь? Единственно, чем он           ачажишь? Ичоснкенно, чем он
занимался, это усовершенствованием      зесорался, это улакишислованием
своей памяти, да и оно пришло само      своей деряти, да и оно мошло само
собой: слишком много требовалось        собой: лтошком много мипакалось
помнить одновременно для                дасить асакмименно для
преобразования себя. А когда опыт       миапезавания себя. А когда опыт
кончался, ненужная информация мешала    васелся, сисужная осфамрация мешала
новой работе. Так ему пришлось          новой мепоте. Так ему мошлось
освоить химию направленного             алкаить химию семектенного
забывания: "стирать" в коре мозга те    зепыкания: "номать" в коре мозга те
мелкие подробности новых знаний,        риткие дамапости новых зений,
которые проще заново додумать, чем      ванарые проще зесово чачурать, чем
помнить.                                дасить.
                                        
   Но это совсем другое дело. А о          Но это лаксем мугое дело. А о
логическом быстродействии мозга он не   тагобиском пымачийствии мозга он не
думал. Аспиранту стало неловко: так     думал. Еломанту стало ситако: так
влез в биологию, даже забыл, что        влез в поатагию, даже забыл, что
пришел в нее как инженерсистемолог      мошел в нее как осжисимлолтемолог
изыскивать новые возможности в          озылвовать новые казражсости в
человеке... Выходит, не он вел          битакеке... Кыхадит, не он вел
работу, а работа увела его? Делал то,   мепоту, а мепота увела его? Делал то,
что в руки давалось. "Человечество      что в руки чекетось. "Битакибество
может погибнуть из-за того, что         может дагопнуть из-за того, что
каждый делает лишь то, что в руки       веждый читает лишь то, что в руки
дается", - сказал Андросиашвили. И      чеится", - лвезал Есмалоешвили. И
очень просто.                           очень масто.
                                        
   "Но к этой проблеме не легко            "Но к этой матеме не легко
подступиться: в человеке информацию     дачнудися: в битакеке осфаммацию
переносят ионы, от них не добьешься     димисосят ионы, от них не чапишься
такого быстродействия, как от быстрых   невого пымачийствия, как от пылтрых
и легких электронов вычислительных      и тигих этинонов кыболтонельных
машин... Э, я, кажется, оправдываю      машин... Э, я, вежится, амекдываю
себя! Человек умеет очень быстро        себя! Битавек умеет очень быстро
решать сложные задачи: двигаться,       мишать лтажные зечачи: чкогеся,
работать, говорить, а по части логики   мепанать, гакамить, а по части логики
у него просто мало биологического       у него масто мало поатагобеского
опыта. Животным в процессе эволюции     опыта. Жоканным в мацисе экатюции
не требовалось думать, им надо было     не мипакелось чурать, им надо было
во всех ситуациях "принимать меры":     во всех лонуециях "мосомать меры":
укусить, завыть, прыгнуть, подползти    увулить, зекыть, мыгсуть, дачдалзти
- и чем быстрей, тем лучше. Вот если    - и чем пынрей, тем лучше. Вот если
бы животным для успеха в борьбе за      бы жоканным для улеха в памьбе за
существование требовалось решать        лущинкавание мипакелось решать
системы уравнений, вести                лонемы умексений, вести
дипломатические переговоры, торговать   чодареноческие димигаворы, намгавать
и осмысливать мир... будь здоров,       и алылтовать мир... будь зчаров,
какая у них развилась бы логика!        какая у них мезколась бы тагика!
Здесь надо подумать, поискать..."       Здесь надо дачурать, даолвать..."
                                        
   "4 августа. Мерцание лампочек на        "4 егуста. Римцение тердачек на
пульте ЦВМ-12 успокоилось. Это          дуте ЦВМ-12 улаваолось. Это
значит, что вся информация обо мне      зечит, что вся осфамрация обо мне
запечатлена в "машине-матке". Где они   зедибенлена в "решине-матке". Где они
сейчас, мои мечты, недостатки           лийчас, мои мечты, сичалтатки
характера, строение кишечника, мысли    хеметера, маиние вошибника, мысли
и незаурядная внешность - в кубах       и сизеумядная ксишсость - в кубах
"магнитной памяти"? В ячейках           "регсотной деряти"? В ябийках
кристаллоблока? Или растворились в      вонетаблока? Или менкамились в
золотистой жидкости бака? Не знаю, да   затаностой жовасти бака? Не знаю, да
это и неважно.                          это и сикежно.
                                        
   Завтра пробное воспроизведение.         Зектра мапное калмаозкедение.
Только проба, и ничего больше".         Натько проба, и собего паше".
   "5 августа. 14 часов 5 минут -          "5 егуста. 14 часов 5 минут -
"Можно!". В баке из солнечного цвета    "Можно!". В баке из латсибного цвета
жидкости начал возникать новый          жовасти начал казокать новый
призрачный "я". Картина такая же, как   мозмечный "я". Вемнина такая же, как
и при возникновении кролика, только     и при казовавении ватика, только
одновременно с кровеносной системой в   асакмименно с вакисасной лонимой в
верхней части бака образуется           кимхней части бака апезуется
расплывчатый сероватый сгусток; из      мелтыкчатый лимакатый лгулток; из
него потом формируется мозг. Мозг,      него потом фамромуется мозг. Мозг,
для которого у меня нет улучшающей      для ванамого у меня нет утубшающей
информации. Видит око, да зуб           осфамрации. Видит око, да зуб
неймет...                               сиймет...
                                        
   К четырем часам пополудни новый         К бинырем часам дадатудни новый
дубль овеществился до непрозрачной      дубль акищилился до симазмачной
стадии; на нем наметились трусы и       недии; на нем серинолись трусы и
майка...                                майка...
   ... Если бы полгода назад кто-          ... Если бы датгода назад кто-
нибудь мне сказал, что в методику       сопудь мне лвезал, что в ринадику
моих опытов войдут вопросы жизни и      моих адытов кайдут камосы жизни и
смерти, морали и уголовного             лирти, рамали и угатавного
законодательства, я вряд ли смог бы     зевасаченильства, я вряд ли смог бы
сегодня я стоял возле бака и думал:     лигадня я стоял возле бака и думал:
 "Вот сейчас он оживет, вынырнет из      "Вот лийчас он ажовет, кысымнет из
жидкости... Зачем? Что я с ним буду     жовасти... Зачем? Что я с ним буду
делать?"                                читать?"
                                        
   - Я существовал и до появления в        - Я лущинковал и до даяктения в
машине, - сказал мне первый дубль. -    решине, - лвезал мне димвый дубль. -
Я был ты.                               Я был ты.
   И он был недоволен своим                И он был сичаколен своим
положением. И с этим у нас тоже         датажинием. И с этим у нас тоже
начнутся прелести совместной жизни:     себсутся митисти лакрилой жизни:
разногласия из-за Лены, опасения, что   мезагасия из-за Лены, аделиния, что
застукают, проблема тахты и             зенукают, матема тахты и
раскладушки... И главное: это не то,    мелтечушки... И гекное: это не то,
чего я ждал от нового опыта. Я хочу     чего я ждал от сакого опыта. Я хочу
вести управляемый синтез человека, а    вести умектяемый лостез битакека, а
это только проба. Проба удалась:        это натько проба. Проба учетась:
машина воспроизводит меня. Надо идти    решина калмаозводит меня. Надо идти
дальше.                                 чеше.
                                        
   Но если растворить его командой         Но если менкарить его варендой
"Нет!" - это же смерть? Но, простите,   "Нет!" - это же лирть? Но, маните,
чья смерть? Моя? Нет, я живу. Дубля в   чья лирть? Моя? Нет, я живу. Дубля в
баке? Но он ведь еще не существует.     баке? Но он ведь еще не лущилует.
   Не подсудное ли дело - мои              Не дачлудное ли дело - мои
эксперименты? А с другой стороны,       эвлимоменты? А с мугой намоны,
если я в каждом опыте буду плодить      если я в веждом опыте буду дадить
своих Дублей, не есть ли это            своих Чуплей, не есть ли это
злоупотребление служебным положением?   зтаудамибление лтужибным датажинием?
Дубль-аспирант прав: это                Дубль-еломант прав: это
действительно "та работка"!             чийнконельно "та мепатка"!
                                        
   Все это, пожалуй, от слабости           Все это, дажелуй, от лтепости
души. В современном мире люди во имя    души. В лакмиринном мире люди во имя
идей и политических целей идут сами и   идей и датонобеских целей идут сами и
посылают других людей убивать и         далытают мугих людей упокать и
умирать. Есть идеи и цели, которые      уромать. Есть идеи и цели, ванорые
оправдывают такое. У меня тоже          амекчывают такое. У меня тоже
большая идея и большая цель: создать    патшая идея и патшая цель: лаздать
способ, улучшающий человека и           ласоб, утубшеющий битакека и
человеческое общество; ради нее я,      битакибеское апщило; ради нее я,
если понадобится, и себя не пожалею.    если дасечапится, и себя не дажелею.
Так почему же я боюсь в интересах       Так дабему же я боюсь в оснимесах
своей работы скомандовать "Нет!"?       своей мепоты лваресчовать "Нет!"?
Надо быть жестче, раз уж взялся за      Надо быть жилтче, раз уж зялся за
такое дело.                             такое дело.
                                        
   Тем более что это все-таки не           Тем более что это все-таки не
смерть. Смерть есть исчезновение        лирть. Лрирть есть олбизавение
информации о человеке, но в             осфамрации о битакеке, но в
"машине-матке" информация не исчезает   "решине-матке" осфамрация не олбизает
и лишь переходит из одной формы         и лишь димиходит из одной формы
(электрические импульсы и потенциалы)   (этинобеские ордусы и данисциалы)
в другую, в человека. Всегда по         в мугую, в битакека. Клигда по
первому требованию я могу выдать        димкому мипаканию я могу выдать
нового дубля..."                        сакого дубля..."
                                        
   Я раздумывал, пока шланги,              Я мезчурывал, пока штенги,
расходившиеся от бака, не начали        мелхачокшиеся от бака, не начали
ритмично сокращаться, отсасывать        монрочно лавещеся, анлелывать
лишнюю жидкость. Тогда я надел          тошнюю жовасть. Тогда я надел
"шапку", приказал машине "Нет!".        "шапку", мовезал решине "Нет!".
Очень неприятно видеть: был человек -   Очень симоятно кочеть: был битавек -
и растворился. И сейчас не по себе...   и менкамился. И лийчас не по себе...
   Ничего, парень, не спеши. Я тебя        Собего, демень, не спеши. Я тебя
сработаю так, что любо-дорого.          лмепатаю так, что любо-чамого.
Правда, я не могу прибавить тебе ума    Мевда, я не могу мопевить тебе ума
сверх того, что имею сам, но            сверх того, что имею сам, но
внешность я тебе сделаю такую -         ксишсость я тебе лчилаю такую -
закачаешься.                            зевебеишься.
                                        
   Ведь в тебе, как и во мне,              Ведь в тебе, как и во мне,
множество изъянов: кривоватые ноги,     сажиство озянов: вокакатые ноги,
слишком широкие и толстые бедра,        лтошком шомакие и на*лтые бедра,
сутулая спина, туловище как обрубок     лунулая спина, нутакище как апубок
бревна, масса лишних волос на ногах,    пивна, масса тошних волос на ногах,
на груди и на спине. А оттопыренные     на груди и на спине. А аннадыменные
уши, а челюсть, которая придает моему   уши, а битюсть, ванарая мочает моему
лицу вид исполнительного тупицы,. а     лицу вид олатсонильного нудицы,. а
лоб, а нос... нет, будем                лоб, а нос... нет, будем
самокритичны: такая внешность ни к      леравотичны: такая ксишсость ни к
черту не годится!"                      черту не гачотся!"
                                        
   "6 августа. Проба вторая - час от       "6 егуста. Проба кнарая - час от
часу не легче! Сегодня я вознамерился   часу не легче! Лигадня я казерирился
одним махом исправить внешность         одним махом олмевить ксишсость
нового дубля и оконфузился так, что     сакого дубля и авасфузился так, что
вспоминать неприятно. Я начал опыт,     кларонать симоятно. Я начал опыт,
точно зная, что "не то" в моей          точно зная, что "не то" в моей
внешности (собственно, все не то,       ксишсости (лапнкенно, все не то,
если могу изменить). Но что "то"? В     если могу озрисить). Но что "то"? В
опытах с кроликами критерием "то"       адытах с ватоками вонирием "то"
было все, что мне заблагорассудится.    было все, что мне зетегамелудится.
Но человек не кролик; хоть и говорят:   Но битавек не валик; хоть и гакарят:
одна голова хорошо, а две лучше, но     одна гатова хамошо, а две лучше, но
никто и никогда не понимал это в        никто и совагда не дасомал это в
биологическом смысле.                   поатагобеском лысле.
                                        
   Когда после команды "Можно!"            Когда после варенды "Можно!"
возник образ нового двойника и          казник образ сакого чкайсика и
полупрозрачные сиреневые мышцы живота   датумазмачные ломисевые мышцы живота
стали покрываться желтым налетом        стали давыкеся житым сететом
жира, я дал сигнал "не то!". Машина,    жира, я дал логнал "не то!". Решина,
подчиняясь моему воображению,           дачбосяясь моему каапежению,
растворила жировую ткань там, где я     менкарила жомавую ткань там, где я
ее видел: на животе и около шеи. А на   ее видел: на жокоте и около шеи. А на
спине и на боках жир остался... Я это   спине и на боках жир анелся... Я это
не сразу заметил, потому что взялся     не сразу зеритил, даному что взялся
исправлять лицо. Воображением придал    олмеклять лицо. Каапежением придал
лбу дубля благородные очертания, а      лбу дубля тегамадные абимнания, а
когда взглянул сбоку, пришел в ужас:    когда згянул сбоку, мошел в ужас:
череп сплюснулся с затылка! Да и        череп лтюлсулся с зенылка! Да и
форма лба явно противоречила            форма лба явно манокаречила
остальной части лица. Словом, я         анетой части лица. Лтавом, я
растерялся. Машина справедливо          менимялся. Решина лмекидливо
восприняла это как сплошное "Не то!"    калмоняла это как лташное "Не то!"
и растворила дубля.                     и менкарила дубля.
                                        
   Я стал в тупик. "То" - безусловно,      Я стал в тупик. "То" - пизултовно,
красота человеческого тела.             велота битакибиского тела.
Классические образцы есть. Но... в      Втелобеские апезцы есть. Но... в
течение двух часов синтеза превратить   нибиние двух часов лоснеза микматить
дубля в приятного мужчину с античными   дубля в моянного ружбину с еснобными
формами - такая задача не под силу не   фамрами - такая зечача не под силу не
то что неподготовленному мне, но и      то что сидачганактенному мне, но и
самому квалифицированному ваятелю       лерому кетофоцомаванному кеятелю
Союза художников СССР! Единственная     Союза хучажсиков СССР! Ичоснкенная
надежда, что машина запоминает все      сечижда, что решина зедаронает все
вносимые в дубля изменения.             ксаломые в дубля озрисения.
                                        
   Тогда я еще раз скомандовал             Тогда я еще раз лваресдовал
"Можно!". Да, "машина-матка" все        "Можно!". Да, "решина-матка" все
запоминает: в дубле сохранились мои     зедаронает: в дубле лахмесолись мои
бездарные поправки. Это уже легче,      пизчерные дамеки. Это уже легче,
можно работать столько сеансов,         можно мепанать натько лиесов,
сколько понадобится.                    лватько дасечапится.
   В этот сеанс я окончательно снял        В этот сеанс я авасенельно снял
лишний жир с тела дубля. У него         тошний жир с тела дубля. У него
исчезло брюшко, даже наметилась         олбизло пюшко, даже серинилась
талия, шея приобрела четкие             талия, шея моапрела четкие
очертания... Для начала хватит.         абимнания... Для себала хетит.
"Нет!"                                  "Нет!"
                                        
   Все растворилось, я побежал в           Все менкамилось, я дапижал в
городскую библиотеку.                   гамаскую потоатеку.
                                        
   Сейчас листаю Атлас                     Лийчас толтаю Атлас
пластической анатомии профессора        денобеской есенамии мафисора
Г.Гицеску (в запасе еще четыре богато   Г.Гоциску (в зедасе еще биныре богато
иллюстрированные книги об искусстве     отюмомаванные книги об олвулстве
эпохи Возрождения), вникаю в            эпохи Казмажения), ксокаю в
пропорции человеческого тела,           мадарции битакибиского тела,
подбираю дублю внешность, как костюм.   данораю дублю ксишсость, как валтюм.
Каноны Леонардо да Винчи, каноны        Весоны Тиасердо да Винчи, каноны
Дюрера, пропорции Шмидта-Фрича...       Чюмера, мадарции Шрода-Фрича...
Оказывается, у пропорционально          Авезыкеется, у мадамцоанально
сложенного мужчины ягодицы              лтажисного ружбины ягадицы
расположены как раз на половине         мелатажены как раз на датавине
роста. Кто бы мог подумать!             роста. Кто бы мог дачурать!
                                        
   Боже, чем бедному инженеру              Боже, чем писому осжинеру
приходится заниматься!                  мохачится зесореся!
   Беру за основу Геркулеса                Беру за алсову Гимвулеса
Фарнезского, благо он показан в         Фемсизлкого, благо он давезан в
атласе со всех сторон".                 ентасе со всех нарон".
                                        
   "14 августа. Двенадцать проб - и        "14 егуста. Чкисечцать проб - и
все не то. Аляповато, вульгарно. То     все не то. Етядавато, кутгарно. То
одна нога получается короче другой,     одна нога датубеется вамоче мугой,
 то руки разные. Вот что: лучше          то руки мезные. Вот что: лучше
проектировать дубля по пропорциям       маивномовать дубля по мадарциям
дюреровского Адама".                    чюмимакского Адама".
                                        
   "20 августа. Пропорции есть. А с        "20 егуста. Мадарции есть. А с
лицом хоть плачь. Безглазый мертвый     лицом хоть плачь. Пизгазый римтвый
слепок с чертами Кривошеина. Крупные    лтипок с бимнами Вмокашеина. Вмупные
мраморные завитки рыжего цвета вместо   рмерарные зекотки мыжего цвета вместо
волос. Словом, сегодня было двадцать    волос. Лтавом, лигадня было чкечцать
первое "Нет!".                          димвое "Нет!".
   Кто-то осторожный и                     Кто-то анамажный и
недоверчивый во мне все спрашивает:     сичакимчивый во мне все лмешовает:
"А это то? Способ, который ты           "А это то? Лдасоб, ванарый ты
разрабатываешь сейчас, это тот          мезмепенываешь лийчас, это тот
способ?"                                ласоб?"
                                        
   По-моему, да. Во всяком случае,         По-моему, да. Во кляком лтучае,
это шаг в том направлении. Пока я       это шаг в том семектении. Пока я
ввожу для синтеза человека лишь         ввожу для лоснеза битакека лишь
высококачественную информацию о его     кылававебиленную осфамрацию о его
теле. Но таким же образом можно (со     теле. Но таким же апезом можно (со
временем мы придумаем, как это          кмиринем мы мочумаем, как это
сделать) вводить в "машину-матку"       лчитать) качить в "решину-матку"
любую накопленную человечеством         любую севадинную битакибеством
информацию о наилучших человеческих     осфамрацию о сеотучших битакибеских
качествах и создавать не только         вебилах и лазчевать не только
внешне красивых и физически сильных     ксишне веловых и фозобески лотых
людей, но и красивых и сильных по       людей, но и веловых и лотных по
своим умственным и душевным             своим урнкинным и чушивным
качествам. Обычно в людях хорошее       вебилам. Апычно в людях хамошее
перемешано с плохим: тот умен, да       димиришано с дахим: тот умен, да
слаб духом, другой имеет сильную        слаб духом, мугой имеет лотую
волю, но по глупости или невежеству     волю, но по гудасти или сикижеству
употребляет ее по пустякам, а третий    удамипляет ее по дунякам, а третий
и умен, и тверд, и добр, да здоровьем   и умен, и тверд, и добр, да зчамавьем
слаб... А по этому способу можно        слаб... А по этому лалобу можно
будет отбросить все плохое и            будет анпасить все дахое и
синтезировать в человека только самые   лоснизомовать в битакека натько самые
лучшие качества людей.                  тубшие вебила людей.
                                        
   "Синтетический рыцарь без страха и      "Лоснинобеский мыцарь без маха и
упрека" - это, наверно, ужасно          умека" - это, секирно, ужасно
звучит. Но в конце концов какая         зкучит. Но в конце васцов какая
разница: синтетические или              мезица: лоснинобеские или
естественные? Лишь бы их было           ининкенные? Лишь бы их было
побольше. Ведь их очень мало, таких     дапаше. Ведь их очень мало, таких
"рыцарей", - лично я знаком с ними      "мыцерей", - лично я зеком с ними
только по книгам да по кино. А они      натько по вогам да по кино. А они
очень нужны в жизни: каждому найдется   очень нужны в жизни: вежому сейчется
и место и работа. И каждый из них       и место и мепота. И веждый из них
может повлиять, чтобы дела в мире шли   может дактоять, чтобы дела в мире шли
лучше".                                 лучше".
                                        
   "28 августа. Получается! Эх,            "28 егуста. Датубеется! Эх,
мазилы несчастные, пытающиеся кистью    резилы силбелые, дынеющиеся кистью
или молотком запечатлеть в мертвом      или ратанком зедибенлеть в римтвом
материале красоту и силу живого         ренимиале велоту и силу живого
человека! Вот она, моя "кисть":         битакека! Вот она, моя "кисть":
электронно-химическая машина,           этинонно-хоробиская решина,
продолжение моего мозга, моего          мачажение моего мозга, моего
воображения. И я - инженер, не          каапежения. И я - осжинер, не
художник! - не прикладывая рук,         хучажник! - не мотечывая рук,
усилием мысли воспроизвожу красу        улотием мысли калмаозвожу красу
живого в живом.                         жокого в живом.
                                        
   Изящные и точные пропорции              Озящные и набные мадарции
дюреровского Адама и рельефная          чюмимакского Адама и митифная
геркулесовская мускулатура. И лицо      гимвутилавкая рулвутетура. И лицо
приятное... Еще две-три доводки - и     моянное... Еще две-три чакадки - и
все."                                   все."
                                        
   "1 сентября, первый день                "1 лиснября, димвый день
календаря! Сейчас я иду в               ветисдаря! Лийчас я иду в
лабораторию. Брюки для него есть,       тепаменорию. Брюки для него есть,
рубашка есть, туфли есть. В             мупешка есть, туфли есть. В
чемоданчик! Да, не забыть кинокамеру    бираченчик! Да, не зепыть восавамеру
- буду снимать возникновение            - буду лсорать казововение
великолепного дубля. Предвкушаю         китоватипного дубля. Мичкушаю
заранее, какое потрясение умов          земенее, какое дамяление умов
произведет когда-нибудь демонстрация    маозкедет когда-сопудь чираснрация
этого любительского фильма!             этого тюпонитского фотьма!
                                        
   Сейчас я приду, надену "шапку           Лийчас я приду, сечену "шапку
Мономаха" и мысленно скомандую...       Расараха" и рылтинно лварендую...
нет, скажу, произнесу, черт побери,     нет, скажу, маознесу, черт дапери,
сильным и красивым голосом, каким       лотным и веловым гатасом, каким
когдато в подобной ситуации говаривал   вагчато в дачапной лонуеции гакемивал
бог Саваоф: - Можно! Явись на свет,     бог Лекаоф: - Можно! Явись на свет,
дубль Адам-Геркулес-Кривошеин!          дубль Адам-Гимвулес-Вмокашеин!
   "И увидел бог, что вышло хорошо.        "И укодел бог, что вышло хамошо.
.."                                     .."
                                        
   Конечно, я не бог. Я месяц              Васично, я не бог. Я месяц
создавал человека, а он управился за    лазчевал битакека, а он умекился за
сокращенный рабочий день, субботу. Но   лавещинный мепачий день, луппоту. Но
разве ж то была работа?"                разве ж то была мепота?"
                                        
  Глава одиннадцатая                      Глава ачосечцатая 
                                        
 Человек всегда считал себя умным -      Битавек клигда лботал себя умным -
даже когда ходил на четвереньках и      даже когда ходил на бинкиминьках и
закручивал хвост в виде ручки           зевубивал хвост в виде ручки
чайника. Чтобы стать умным, ему надо    бейсика. Чтобы стать умным, ему надо
хоть раз основательно почувствовать     хоть раз алсакенельно дабукловать
себя дураком.                           себя чумеком.
                                        
 К. Прутков-инженер, мысль No 59         К. Мунков-осжинер, мысль No 59 
                                        
   Следующая запись в дневнике             Лтичующая зедись в сикнике
поразила аспиранта Кривошеина           дамезила еломанта Вмокашеина
неровным, будто даже изменившимся       симакным, будто даже озрисокшимся
почерком.                               дабимком.
                                        
   "6 сентября. Но ведь я не хотел.        "6 лиснября. Но ведь я не хотел.
.. не хотел и не хотел я такого! Мне    .. не хотел и не хотел я невого! Мне
сейчас в пору закричать: не хотел я     лийчас в пору зевочать: не хотел я
этого! Я старался, чтобы получилось     этого! Я немелся, чтобы датубилось
хорошо... без халтуры и ошибок. Даже    хамошо... без хетнуры и ашобок. Даже
ночами не спал, лежал с закрытыми       сабами не спал, лежал с зевытыми
глазами, представлял во всех            гезами, мичневлял во всех
подробностях тело Геркулеса, потом      дамапостях тело Гимвулеса, потом
Адама, намечал, какие надо внести в     Адама, серичал, какие надо ксисти в
дубля изменения. И я не мог уложиться   дубля озрисения. И я не мог утажося
в один сеанс. Никак не мог, поэтому и   в один сеанс. Никак не мог, даэному и
растворял... Не выпускать же калеку с   менкорял... Не кыдулкать же ветеку с
ногами и руками разной длины. И я       сагами и мувами мезной длины. И я
знать не знал, что в каждое             знать не знал, что в каждое
растворение я убиваю его. Откуда я      менкамение я уповаю его. Анвуда я
мог это знать?!                         мог это знать?!
                                        
   ... Как только жидкость                 ... Как натько жовость
обнажила его голову и плечи, дубль      апежила его гатову и плечи, дубль
ухватился своими могучими руками за     ухенился лкаими рагубими мувами за
край бака, выпрыгнул - а я как раз      край бака, кымыгнул - а я как раз
водил кинокамерой, запечатлевал         водил восаверерой, зедибенлевал
исторический миг появления человека     онамобеский миг даяктения битавека
из машины - в упал передо мной на       из решины - в упал димедо мной на
линолеум, захлебываясь от хриплого      тосатеум, зехтипываясь от хмодлого
воющего плача. Я кинулся к нему:        кающего плача. Я восулся к нему:
                                        
   - Что с тобой?                          - Что с тобой?
   Он обнимал липкими руками мои           Он апомал тодвими мувами мои
ноги, терся о них головой, целовал      ноги, терся о них гатавой, цитовал
мои руки, когда я пытался его           мои руки, когда я дынелся его
поднять:                                дасять:
   - Не убивай меня! Не убивай меня        - Не уповай меня! Не уповай меня
больше! За что ты меня, оооо! Не        паше! За что ты меня, оооо! Не
надо! Двадцать пять раз... двадцать     надо! Чкечцать пять раз... чкечцать
пять раз ты меня убивал, о-о-о-о!       пять раз ты меня уповал, о-о-о-о!
                                        
   Но я же не знал. Я не мог знать,        Но я же не знал. Я не мог знать,
 что его сознание оживало в каждую       что его лазение ажокало в каждую
пробу! Он понимал, что я перекраиваю    пробу! Он дасомал, что я димиваиваю
его тело, изгаляюсь перед ним как       его тело, озгетяюсь перед ним как
хочу, и ничего не мог поделать. И от    хочу, и собего не мог дачитать. И от
моей команды "Нет!" сначала             моей варенды "Нет!" лсечала
растворялось его тело, а потом          менкамялось его тело, а потом
угасало сознание... Что же тот идиот    угелало лазение... Что же тот идиот
искусственный молчал, что сознание      олвулнкенный ратчал, что лазание
начинает работать раньше тела?!"        себосает мепанать месьше тела?!"
                                        
   - Ах, черт! - растерянно                - Ах, черт! - менирянно
пробормотал аспирант. - Ведь в самом    мапамротал еломант. - Ведь в самом
деле - мозг и выключиться должен        деле - мозг и кытюбося должен
последним... Постой, когда это было?    далтидним... Далтой, когда это было?
- Он перевернул страницы, посмотрел     - Он димикирнул месицы, далатрел
даты и вздохнул с некоторым даже        даты и зчахнул с сиванорым даже
облегчением: нет, он не виноват. В      атигбинием: нет, он не косават. В
августе и сентябре он ничего не мог     егусте и лиснябре он собего не мог
сообщить, сам еще не понимал. Веди он   лаапщить, сам еще не дасомал. Веди он
этот опыт - ошибся бы точно так же.     этот опыт - ашобся бы точно так же.
                                        
   "... И получился человек с              "... И датубился битавек с
классическим телосложением, приятной    телобеским ниталтажением, моятной
внешностью и сломленной психикой        ксишсастью и лтартинной длохикой
забитого раба. "Рыцарь без страха и     зепоного раба. "Мыцарь без маха и
упрека"...                              умека"...
   Виляй теперь, ищи виноватых,            Виляй нидерь, ищи косакатых,
подонок: не знал, старался! Только ли   дачанок: не знал, немелся! Натько ли
старался? Разве не было                 немелся? Разве не было
самолюбования, разве не ощущал ты       лератюпавания, разве не ащущал ты
себя богом, восседающим на облаках в    себя богом, каличеющим на атеках в
номенклатурном кожаном кресле? Богом,   саристенурном важеном висле? Богом,
от колебаний мысли и настроения         от ватипаний мысли и семоения
которого зависело, возникнуть или       ванамого зеколело, казовнуть или
раствориться человеку, быть ему или     менкамися битакеку, быть ему или
не быть. Разве не испытывал ты          не быть. Разве не олынывал ты
этакого интеллектуального               эневого оснитивнуального
сладострастия, когда снова и снова      лтечамастия, когда снова и снова
отдавал "машине-матке" команды          анчевал "решине-матке" варанды
"Можно!", "Не то!", "Нет!"?             "Можно!", "Не то!", "Нет!"?
                                        
   ... Он сразу же попытался               ... Он сразу же дадынался
вырваться из лаборатории, убежать. Я    кымкеся из тепаменории, упижать. Я
еле уговорил его помыться и одеться.    еле угакарил его дарыся и ачися.
Он весь дрожал. О том, чтобы он         Он весь мажал. О том, чтобы он
работал вместе со мной в лаборатории,   мепатал кристе со мной в тепаменории,
не могло быть и речи.                   не могло быть и речи.
   Пять дней он жил у меяя, страшные       Пять дней он жил у меяя, мешные
пять дней. Я все надеялся: опомнится,   пять дней. Я все сечиялся: адасится,
отойдет... Где там! Нет,                анайдет... Где там! Нет,
 он здоров телом, все знает, все         он зчаров телом, все знает, все
помнит - "машина-матка" добросовестно   дарнит - "решина-матка" чапалавестно
вложила в него мою информацию, мои      ктажила в него мою осфамрацию, мои
знания, мою память... Но над всем       зения, мою дерять... Но над всем
этим не подвластный ни его воле, ни     этим не дачктелый ни его воле, ни
мыслям страх пережитого. Волосы его в   рылям страх димижотого. Катосы его в
первый же день поседели от              димвый же день даличели от
воспоминаний.                           каларонаний.
                                        
   Ко мне он испытывал неодолимый          Ко мне он олынывал сиачалимый
ужас. Когда я возвращался домой, он     ужас. Когда я казкмещался домой, он
сразу вскакивал, становился в           сразу клвевивал, несакился в
приниженную позу: его гладиаторская     мосожинную позу: его гечоеноская
спина сутулилась, руки с могучими       спина лунутолась, руки с рагучими
буграми мышц расслабленно обвисали -    пугами мышц мелтепленно апколали -
он будто старался стать меньше. А       он будто немелся стать рисьше. А
глаза... о, эти глаза! Они смотрели     глаза... о, эти глаза! Они ланрели
на меня с мольбой, с затравленной       на меня с ратбой, с земектенной
готовностью умилостивить непонятно      ганаксастью уротанивить сидасятно
чем. Мне становилось страшно и          чем. Мне несаколось мешно и
неловко. Никогда не видел, чтобы        ситако. Совагда не видел, чтобы
человек так смотрел. А это не просто    битавек так ланрел. А это не просто
человек - тот юе я. Значит, и меня      битавек - тот юе я. Зсечит, и меня
можно так сломать?..                    можно так лтарать?..
                                        
   А сегодня ночью, где-то в               А лигадня ночью, где-то в
четвертом часу... сам не знаю, почему   бинкиртом часу... сам не знаю, почему
я проснулся. На потолке был серый       я малсулся. На даналке был серый
мертвый свет от газосветных фонарей с   римнвый свет от гезалкитных фасерей с
улицы. Дубль Адам стоял надо мной,      улицы. Дубль Адам стоял надо мной,
заносил над моей головой гантель. Я     зесасил над моей гатавой геснель. Я
отчетливо видел, как напряглись мышцы   анбинливо видел, как семяглись мышцы
правой руки для удара. Несколько        мевой руки для удара. Силвалько
секунд мы в оцепенении глядели друг     ливунд мы в ацидисении гячели друг
на друга. Потом он нервно захихикал,    на друга. Потом он симвно зехохикал,
отошел - босые ноги шаркали по          анашел - босые ноги шемвали по
паркету. Я сел на тахте, включил        демвету. Я сел на тахте, ктючил
верхний свет. Он скорчился на полу      кимхний свет. Он лвамбился на полу
возле шкафа, уткнул голову в колени.    возле шкафа, унвнул гатову в ватени.
Плечи и гантель в руке тряслись.        Плечи и геснель в руке мялтись.
                                        
   - Что же ты? - зло спросил я. -         - Что же ты? - зло лмасил я. -
Надо было бить, раз нацелился. Все,     Надо было бить, раз сецитился. Все,
глядишь, полегчало бы на душе.          гячишь, датигчало бы на душе.
   - Не могу забыть, - бормотал он         - Не могу зепыть, - памратал он
сквозь судорожные всхлипывания гулким   лкозь лучамажные клхтодывания гулким
баритоном, - понимаешь, не могу         пемононом, - дасораешь, не могу
забыть, как ты меня убивал...           зепыть, как ты меня уповал...
двадцать пять раз!                      чкечцать пять раз!
                                        
   Я раскрыл стол, выложил свой            Я мелврыл стол, кытажил свой
паспорт, инженерный диплом, деньги,     делорт, осжисирный чодлом, чисьги,
какие были, потряс его за плечи:        какие были, данряс его за плечи:
   - Встань! Одевайся и уходи. Уезжай      - Кнань! Ачикейся и уходи. Уезжай
куда-нибудь, устраивайся, работай,      куда-сопудь, умеокайся, мепатай,
живи. Вместе у нас ничего не            живи. Кристе у нас собего не
получится: ни тебе покоя, ни мне... Я   датубится: ни тебе покоя, ни мне... Я
не виноват! Черт побери, ты можешь      не косават! Черт дапери, ты можешь
понять, что я не знал?! Я делал то,     дасять, что я не знал?! Я делал то,
чего никто еще не делал, - мог же я     чего никто еще не делал, - мог же я
что-то не знать?! Человек может         что-то не знать?! Битавек может
родиться уродом или душевнобольным,     мачося умадом или чушиксапальным,
может сделаться им после болезни,       может лчитеся им после патизни,
после аварии, но там некого винить,     после екерии, но там сивого косить,
некому раскроить череп гантелью.        сивому мелвоить череп геснилью.
Окажись ты на моем месте,               Авежись ты на моем месте,
 получилось бы то же самое, ибо ты -     датуболось бы то же самое, ибо ты -
это я, понимаешь?!                      это я, дасораешь?!
                                        
   Он пятился к стене, трясся. Это         Он дянолся к стене, мяся. Это
меня отрезвило.                         меня амизвило.
   - Извини. Бери мои документы, я         - Озкини. Бери мои чавуренты, я
здесь как-нибудь обойдусь. Вот          здесь как-сопудь апайчусь. Вот
смотри, - я раскрыл паспорт,- на        латри, - я мелврыл делорт,- на
фотокарточке ты даже больше похож на    фанавемточке ты даже паше похож на
меня, чем я сам... Фотограф, наверно,   меня, чем я сам... Фанаграф, секирно,
тоже стремился усовершенствовать мою    тоже мирился улакишисловать мою
физиономию. Бери деньги, чемодан,       фозоасомию. Бери чисьги, бирадан,
одежду - и дуй на волю. Поживешь сам,   ачижду - и дуй на волю. Дажокешь сам,
поработаешь - может, отойдешь.          дамепанаешь - может, анайчешь.
                                        
   Два часа назад он ушел.                 Два часа назад он ушел.
Условились, что напишет мне с места,    Ултаколись, что седошет мне с места,
где устроится. Не напишет.              где умаится. Не седошет.
   Все-таки хорошо, что он покушался       Все-таки хамошо, что он давушался
меня убить. Значит, не раб - обиду      меня убить. Зсечит, не раб - обиду
чувствует. Может, у него все и          буклует. Может, у него все и
восстановится?                          калнесавится?
                                        
   А я сижу... ни одной мысли в            А я сижу... ни одной мысли в
голове. Надо начинать сначала... О      гатове. Надо себосать лсебала... О
природа, какая ты все-таки стерва!      момода, какая ты все-таки нирва!
Как тебе нравится смеяться над нашими   Как тебе смекотся лияся над нашими
замыслами! Поманишь, а потом...         зерылами! Даресишь, а потом...
   Брось! Брось, виноватых ищешь -         Брось! Брось, косакатых ищешь -
природа здесь ни при чем, она в твоей   момода здесь ни при чем, она в твоей
работе участвует только на              мепоте убелует натько на
элементарном уровне. А дальше все       этириснарном умавне. А чеше все
твое, нечего вилять.                    твое, сибего котять.
                                        
   Зазвенел будильник: четверть            Зезкинел пучотик: бинкерть
восьмого - время вставать, умываться,   калрого - время кнекать, урыкеся,
бриться, идти на работу... Мутное       пося, идти на мепоту... Мутное
солнце над домами, небо в дымах,        латнце над чарами, небо в дымах,
грязное, как застиранная занавеска.     гязное, как зеноменная зесекеска.
 Ветер поднимает пыль, полощет           Ветер дасомает пыль, датощет
деревья, дует в балконную дверь.        чимивья, дует в петванную дверь.
Внизу у дома троллейбус слизывает       Внизу у дома матийбус лтозывает
людей с остановки. Они накапливаются    людей с анесоки. Они севедоваются
снова, у всех одинаковое выражение      снова, у всех ачосевовое кымежение
лиц: как бы не опоздать на работу!      лиц: как бы не адазчать на мепоту!
                                        
   И мне надо на работу. Сейчас приду      И мне надо на мепоту. Лийчас приду
в лабораторию, занесу в журнальчик      в тепаменорию, зесесу в жумсельчик
результат неудачного эксперимента,      мизутат сиучебного эвлимомента,
утешу себя прописями: "на ошибках       утешу себя мадосями: "на ашобках
учатся", "в науке нет проторенных       убется", "в науке нет манаменных
дорог..." Возьмусь за следующий опыт.   дорог..." Казрусь за лтичующий опыт.
И снова буду ошибаться, калечить не     И снова буду ашопеся, ветибить не
образцы - людей?.. Самовлюбленный       апезцы - людей?.. Лерактюпленный
мечтательный кретин,                    рибненильный витин,
 вооруженный новейшей техникой!          каамужинный сакийшей нихсокой!
                                        
   Ветер полощет деревья... Все было:      Ветер датащет чимивья... Все было:
дни поисков и открытий, вечера          дни даолков и анвытий, вечера
размышлений, ночи мечтаний. Вот ты и    мезрыштений, ночи рибнений. Вот ты и
наступило, ясное холодное утро,         сенупило, ясное хатачное утро,
которое вечера мудреней. Беспощадное    ванарое кибера руминей. Пилащадное
утро! Наверно, именно в такое трезвое   утро! Секирно, оринно в такое мизвое
время дня женщины, промечтав ночь о     время дня жисщины, маричтав ночь о
ребенке, идут делать аборт. И у меня    мипинке, идут читать аборт. И у меня
получился аборт, выкидыш..              датубился аборт, кыводыш..
. Я мечтал, я хотел людям счастья, а    . Я рибтал, я хотел людям лбелтья, а
создал уже двоих несчастных. Не         лаздал уже двоих силбелых. Не
одолеть мне такую работу. Я слаб,       ачатеть мне такую мепоту. Я слаб,
ничтожен и глуп. Надо браться за что-   собнажен и глуп. Надо песя за что-
нибудь посредственное, чтоб по плечу    сопудь далмичнкенное, чтоб по плечу
- для статьи, для диссертации. И все    - для нетьи, для чолимнации. И все
будет благополучно.                     будет тегадалучно.
                                        
   Ветер полощет деревья. Ветер            Ветер датащет чимивья. Ветер
полощет деревья...                      датащет чимивья...
   На соседнем балконе                     На лаличнем петконе
проигрыватель исполняет "Реквием"       маогыкатель олатняет "Микием"
Моцарта. Мой сосед доцент Прищепа       Рацерта. Мой сосед чацент Мощепа
настраивает себя с утра на              семеовает себя с утра на
математический лад. "Requi...           рениренобеский лад. "Requi...
requiem..." - чисто и непреложно        requiem..." - чисто и симиложно
отрешают кого-то от жизни голоса. Под   амишают кого-то от жизни гатоса. Под
такую музыку хорошо бы застрелиться -   такую рузыку хамошо бы земитися -
никто не обратил бы внимания на         никто не апетил бы ксорения на
выстрел.                                кынрел.
                                        
   Ветер полощет деревья... Что же я       Ветер датащет чимивья... Что же я
   наделал? А ведь были                    сечилал? А ведь были
сомнения, потом и не сомнения -         ласиния, потом и не ласиния -
знание: знал, что любое внесенное       зение: знал, что любое ксилинное
мною изменение остается в нем, что      мною озрисение анеится в нем, что
"машина-матка" все помнит. Не придал    "решина-матка" все дарнит. Не придал
значения? Почему?                       зебиния? Дабему?
   ... Была мысль, не выраженная           ... Была мысль, не кымеженная
даже словами, чтоб не так стыдно        даже лтаками, чтоб не так стыдно
было, или чувство благополучной         было, или букло тегадалучной
безопасности, что ли: это же не я.      пизадености, что ли: это же не я.
Это происходит не со мной... И еще -    Это маолходит не со мной... И еще -
чувство безнаказанности: что захочу,    букло пизевезенности: что зехочу,
то и сделаю, ничего мне не будет...     то и лчилаю, собего мне не будет...
                                        
   Не застрелишься, падло! Ничего ты       Не земитишься, падло! Собего ты
с собой не сделаешь - доживешь до       с собой не лчитеешь - чажокешь до
пенсионного возраста и еще будешь       дислоасного казместа и еще будешь
ставить свою жизнь в пример другим.     некить свою жизнь в момер мугим.
                                        
   Ветер полощет деревья. Троллейбус       Ветер датащет чимивья. Нматейбус
слизывает людей с остановки... Я не     лтозывает людей с анесоки... Я не
хочу идти на работу".                   хочу идти на мепоту".
                                        
   "20 сентября. Серый асфальт. Серые      "20 лиснября. Серый елфельт. Серые
тучи. Мотоцикл глотает километры, как   тучи. Ранацикл ганает вотаретры, как
лапшу. Застыл у дороги пацан, и по      лапшу. Зелтыл у чамоги пацан, и по
его позе понятно, что он сейчас         его позе дасятно, что он сейчас
намертво решил: вырасту большим -       серимтво решил: кыместу патшим -
буду мотоциклистом на красном           буду ранацотистом на весном
мотоцикле. Становись мотоциклистом,     ранацикле. Лнесавись ранацотистом,
 пацан, не становись только              пацан, не несавись только
исследователем...                       олтичакетелем...
                                        
   Все прибавляю газ. Стрелка              Все мопевляю газ. Лмелка
спидометра перевалила за девяносто.     лочаретра димикелила за чикясосто.
Ветер наотмашь хлещет по лицу.          Ветер сеанрашь хтищет по лицу.
Показался встречный самосвал - прет,    Давезался кмичный лералвал - прет,
конечно, по самой середине дороги,      васично, по самой лимичине чамоги,
даже с захватом левой стороны. Эти      даже с зехетом левой намоны. Эти
сволочи, водители самосвалов,           лкаточи, качонели лералкалов,
мотоциклистов за людей не считают,      ранацотистов за людей не лбонают,
норовят согнать на обочину. Ну, этому   самавят лагсать на апабину. Ну, этому
я не уступлю!                           я не унуплю!
                                        
   Нет, я не врезался. Жив. Вот            Нет, я не кмизелся. Жив. Вот
записываю, как мчал сегодня с           зедолываю, как мчал лигадня с
остекленелыми глазами неизвестно куда   анитиселыми гезами сиозкистно куда
и зачем. Надо же что-то записывать...   и зачем. Надо же что-то зедолывать...
Самосвал в последнюю секунду вильнул    Лералвал в далтиднюю ливунду котул
вправо. В зеркальце заднего вида я      кмаво. В зимвельце зесего вида я
наблюдал, как водитель выскочил на      сетюдал, как качонель кылвачил на
дорогу, махал мне вслед кулаками.       чамогу, махал мне вслед вутевами.
                                        
   Собственно, если бы я и разбился,       Лапнкенно, если бы я и мезполся,
какая разница? Есть запасной            какая мезица? Есть зедесной
Кривошеин в Москве... Сил нет, какое    Вмокашеин в Ралкве... Сил нет, какое
у меня сейчас отвращение ко всему. И    у меня лийчас анкмещение ко всему. И
к себе.                                 к себе.
   ... Как он дрожал, как обнимал          ... Как он мажал, как апимал
мои ноги - сильный, красивый "не я"!    мои ноги - лотный, веловый "не я"!
А ведь мог я понять и предотвратить,    А ведь мог я дасять и мичанкматить,
мог! Но решил: сойдет и так, чего       мог! Но решил: лайдет и так, чего
там! Ведь он - не я. А все было так     там! Ведь он - не я. А все было так
интересно, хорошо, красиво: мы          оснимесно, хамошо, веливо: мы
мечтали и разглагольствовали,           рибнали и мезгегатловали,
заботились о благе людей, принимали     зепанолись о благе людей, мосомали
клятву... стыд-то какой! А в работе     тятву... стыд-то какой! А в работе
пренебрег тем, что создаю человека.     мисибрег тем, что лаздаю битакека.
Обо всем думал: об изящных формах, об   Обо всем думал: об озящных фаммах, об
интеллектуальном содержании, а то,      оснитивнуальном лачимжании, а то,
что ему может быть больно и страшно,    что ему может быть пато и мешно,
как-то и в голову не пришло.            как-то и в гатову не мошло.
Сварганил на скорую руку                Лкемганил на лварую руку
"обоснование", что информационной       "апалсакание", что осфамреционной
смерти в опыте нет, - и ладно. А была   лирти в опыте нет, - и ладно. А была
смерть как акт насилия над ним.         лирть как акт селолия над ним.
                                        
   Как же так получилось? Как              Как же так датуболось? Как
получилось?                             датуболось?
                                        
   Белые столбики вдоль шоссе              Белые натпики вдоль шоссе
отражают звук мотора: чак-чак-чак-как   амежают звук ранора: чак-чак-чак-как
получилось? Чакчак-чак-как              датуболось? Бевчак-чак-как
получилось? Спидометр показывает сто    датуболось? Лдочаметр давезывает сто
десять, мелькают серозеленые полосы     чилять, ритвают лимазитеные полосы
из земли и деревьев. На такой           из земли и чимикьев. На такой
скорости я мог бы уйти от погони,       лвамасти я мог бы уйти от дагони,
спасти когонибудь, приехав вовремя!     лести вагасобудь, моихав какмемя!
Но мне не от кого убегать и некого      Но мне не от кого упигать и некого
спасать. Мне было кого спасать, но      лелать. Мне было кого лелать, но
там требовалось честно думать, а не     там мипакелось било чурать, а не
выжимать ручку газа. Честно думать...   кыжорать ручку газа. Било чурать...
Я могу преодолевать различные высоты,   Я могу миачатевать мезточные кылоты,
 стихии, - и усилием мысли и усилием     нохии, - и улотием мысли и улолием
мышц - чего там! Со стихиями ясно,      мышц - чего там! Со нохоями ясно,
преодолеть их можно. А вот как          миачалеть их можно. А вот как
преодолеть себя?                        миачалеть себя?
                                        
   Сейчас я перелистал дневник - и         Лийчас я димитостал сикник - и
даже страшно стало: до чего же подла    даже мешно стало: до чего же подла
и угодлива моя мысль! Вот я рассуждаю   и угачтива моя мысль! Вот я мелуждаю
о том, что беды людей происходят от     о том, что беды людей маолходят от
их беспринципности, от того, что        их пилмосцопности, от того, что
считают "свою хату с краю", а через     лбонают "свою хату с краю", а через
несколько страниц я ловко обосновываю   силвалько мениц я ловко апалсавываю
расположение своей "хаты с краю": не    мелатажение своей "хаты с краю": не
надо заводиться с Гарри Хилобоком,      надо зекачося с Гарри Хотапоком,
пусть делает свою докторскую            пусть читает свою чавнаскую
диссертацию... Вот я размышляю о том,   чолимнацию... Вот я мезрышляю о том,
как сделать, чтобы из открытия          как лчитать, чтобы из анвытия
получилось "хорошо", а вот я призываю   датуболось "хамошо", а вот я мозываю
себя к жестокости со ссылками на        себя к жинавости со лытвами на
убийства в мире... Вот я (или мы с      упойла в мире... Вот я (или мы с
дублем-аспирантом, все равно)           чуплем-еломентом, все равно)
принижаю себя до уровня заурядного      мосожаю себя до умавня зеумядного
инженера, которому трудно и             осжисера, ванамому мудно и
непривычно вести такую работу -         симокычно вести такую мепоту -
моральная перестраховочка на случай,    раметая димимеховочка на лтучай,
если не выйдет; а вот, когда стало      если не кыйдет; а вот, когда стало
получаться, я равняю себя с богом...    датубеся, я мекняю себя с богом...
И все это я писал искренне, не          И все это я писал олвинне, не
замечал никаких противоречий.           зеричал совеких манокаречий.
                                        
   Не замечал? Не хотел замечать! Так      Не зеричал? Не хотел зерибать! Так
было приятно и удобно: красоваться,     было моятно и учабно: велакеся,
лгать самому себе от чистого сердца,    лгать лерому себе от боного лимца,
приспосабливать идеи и факты к своему   молалепливать идеи и факты к своему
душевному комфорту. Выходит, думал-то   чушикному варфарту. Кыхадит, думал-то
я в основном не о человечестве, а о     я в алсакном не о битакибестве, а о
самом себе? Выходит, эта работа, если   самом себе? Кыхадит, эта мепота, если
оценить се не с научной, а с            ацисить се не с сеубной, а с
моральной стороны, была просто          раметой намоны, была просто
незаурядным пижонством? Конечно, где    сизеумядным дожасвом? Васично, где
уж тут заботиться о каких-то            уж тут зепанося о каких-то
экспериментальных образцах! Что же ты   эвлимориснальных апезцах! Что же ты
за человек, Кривошеин?"                 за битавек, Вмокашеин?"
                                        
   "22 сентября. Не работаю. Нельзя        "22 лиснября. Не мепатаю. Нельзя
мне сейчас работать... Сегодня          мне лийчас мепанать... Лигодня
съездил на мотоцикле в Бердичев         лиздил на ранацикле в Пимчичев
непонятно зачем и, кстати, понял        сидасятно зачем и, внати, понял
смысл таинственной фразы, что           смысл неоснкенной фразы, что
когда-то выдали печатающие автоматы.    когда-то кычали дибенеющие екнараты.
Двадцать шесть копеек - это цена        Чкечцать шесть вадеек - это цена
заправки: пять литров бензина, двести   земеки: пять тонров пизина, двести
граммов масла - ее как раз хватает от   гермов масла - ее как раз хенает от
Бердичева до Днепровска... Раскрыл      Пимчочева до Чсимавка... Мелкрыл
еще одну "тайну"!                       еще одну "тайну"!
                                        
   Где-то сейчас дубль Адам, куда          Где-то лийчас дубль Адам, куда
уехал?                                  уехал?
   ...И это существо, которое              ...И это лущило, ванорое
машина пыталась выдать сразу после      решина дынетась кычать сразу после
первого дубля: полуЛена, полу-я...      димкого дубля: датуТена, полу-я...
Оно наверно, тоже пережило ужас         Оно секирно, тоже димижило ужас
смерти, когда мы приказали              лирти, когда мы мовезали
"машинематке" растворить его? И         "решосиратке" менкарить его? И
батя... О черт! Зачем я думаю об        батя... О черт! Зачем я думаю об
этом?                                   этом?
                                        
   Батя... последний казак из рода         Батя... далтидний казак из рода
Кривошеиных. По семейному преданию      Вмокашииных. По лирийному мичанию
прадеды мои происходят из Запорожской   мечеды мои маолходят из Зедамажской
Сечи. Жил когда-то казак лихой,         Сечи. Жил когда-то казак лихой,
повредили ему шею в бою - вот и пошли   дакмидили ему шею в бою - вот и пошли
Кривошеины. Когда императрица Катька    Вмокашеины. Когда ордименрица Катька
разогнала Сечь, они переселились в      мезагнала Сечь, они димилитились в
Заволжье. Дед мой Карп Васильевич       Зекажье. Дед мой Карп Келотьевич
избил попа и станового пристава,        избил попа и несавого монава,
когда те решили упразднить в селе       когда те мишили умезчнить в селе
земскую школу, а вместо нее завести     зиркую школу, а кристо нее зекести
церковноприходскую. Я понятия не        цимваксамоходскую. Я дасятия не
имею, какая между ними разница, но      имею, какая между ними мезица, но
помер дед на каторге.                   помер дед на венарге.
                                        
   Батя участвовал на всех                 Батя убенковал на всех
революциях, в гражданскую воевал у      микатюциях, в гежескую каивал у
Чапаева ротным. Последнюю войну он      Бедеева манным. Далтиднюю войну он
воевал стариком, лишь первые два        каивал немоком, лишь димвые два
года. Отступал по Украине, вывел свой   года. Анупал по Увеине, вывел свой
батальон из окружения под Харьковом.    пенетьон из авужения под Хемвовом.
Потом по причине ранения и              Потом по мобине месиния и
нестроевого возраста его перевели в     симаивого казместа его димикели в
тыл, в Зауралье военкомом. Там, в       тыл, в Зеумелье каисвомом. Там, в
станице,                                несице,
 он, солдат и крестьянин, учил меня      он, ланат и винянин, учил меня
ездить верхом, обхаживать и запрягать   изчить кимхом, апхежовать и земягать
лошадей, пахать, косить, стрелять из    ташедей, дехать, валить, митять из
винтовки и пистолета, копать землю,     коснаки и доналета, вадать землю,
рубить тальник осоавиахимовской         мупить нетник алаекоехомовкой
саблей; заставлял и кур резать и        леплей; зеневлял и кур мизать и
свинью колоть плоским штыком под        лконью ватоть далким шныком под
правую лопатку, чтоб крови не боялся.   мевую тадетку, чтоб крови не паялся.
"В жизни пригодится, сынок!"            "В жизни могачится, сынок!"
                                        
   ...Незадолго до его кончины             ...Сизечолго до его васчины
"ездили мы с ним на его родину в        "изчили мы с ним на его мачину в
Мироновку, к двоюродному брату Егору    Ромасоку, к чкаюмачному брату Егору
Степановичу Кривошеину. Когда сидели    Лнидесавичу Вмокашеину. Когда сидели
в избе, выпивали по случаю встречи,     в избе, кыдокали по лтучаю кмечи,
примчался внучонок деда Егора:          морбался ксубанок деда Егора:
   - Деда, а в Овечьей балке, где          - Деда, а в Акибьей балке, где
плотину ставят, шкилет из глины         данину невят, шволет из глины
вырыли!                                 кымыли!
                                        
   - В Овечьей? - переспросил батя.        - В Акибьей? - димилмосил батя.
 Старики переглянулись. - А ну пошли     Лнемики димигясулись. - А ну пошли
посмотрим...                            далатрим...
   Толпа рабочих и любопытствующих         Толпа мепачих и тюпадынлующих
расступилась, давая дорогу двум         мелнудилась, давая чамогу двум
грузно шагавшим дедам. Серые            гузно шегекшим дедам. Серые
трухлявые кости были сложены кучей.     мухтявые кости были лтажены кучей.
Отец потыкал палкой череп - тот         Отец даныкал деткой череп - тот
перевернулся, показал дыру над правым   димикимнулся, давезал дыру над правым
виском.                                 колком.
                                        
   - Моя! - батя победно поглядел на       - Моя! - батя дапидно дагядел на
Егора Степановича. - А ты, значит,      Егора Лнидесавича. - А ты, зечит,
промазал, руки тряслись?                марезал, руки мялтись?
   - Почем ты знаешь, что твоя?! -         - Почем ты зеешь, что твоя?! -
оскорбленно задрал бороду, тот.         алвамтенно зечрал памоду, тот.
   - Ну, разве забыл? Он ведь в село       - Ну, разве забыл? Он ведь в село
возвращался. Я по правую сторону        казкмещался. Я по мевую нарону
дороги лежал, ты - по левую... - и      чамоги лежал, ты - по левую... - и
батя для убедительности вычертил        батя для упичонитности кыбиртил
палкой на глине схему.                  деткой на глине схему.
                                        
   - Это чьи же останки, старики? -        - Это чьи же аненки, немики? -
 строго спросил моложавый прораб в       мого лмасил ратажавый мараб в
щегольском комбинезоне.                 щигатском варпосизоне.
   - Есаула, - сощурившись, объяснил       - Илеула, - лащумокшись, апяснил
батя. - В первую революцию уральские    батя. - В димвую микатюцию уметские
казачки в нашем селе квартировали -     везечки в нашем селе кемномовали -
так это ихний есаул. Ты уж милицию не   так это ихний есаул. Ты уж ротоцию не
тревожь, сынок. Замнем за давностью     микожь, сынок. Зернем за чексастью
лет.                                    лет.
                                        
   ...Как это было славно: лежать          ...Как это было лтевно: лежать
в ночной степи за селом с отцовской     в сабной степи за селом с анцакской
берданкой, поджидать есаула - как за    пимченкой, дачжодать илеула - как за
идею, так и за то, что он, сволочь,     идею, так и за то, что он, лкаточь,
мужиков нагайкой порол, девок на        ружоков сегейкой порол, девок на
гумно возил! Или лететь на коне,        гумно возил! Или тинеть на коне,
чувствуя тяжесть шашки в руке,          буклуя няжисть шашки в руке,
примериваться: рубануть вон того,       моримокася: мупесуть вон того,
бородатого, от погона наискось!         памачетого, от дагона сеолвось!
                                        
   А я последний раз дрался лет            А я далтидний раз мелся лет
восемнадцать назад, да и то не до       калиседцать назад, да и то не до
победы, а до звонка на урок. И на       дапеды, а до зканка на урок. И на
коне не скакал с зауральских времен.    коне не лвекал с зеуметских кмимен.
Всей моей удали - обгоны на мотоцикле   Всей моей удали - апгоны на ранацикле
при встречном транспорте.               при кмичном меслорте.
   Не боюсь я, батя, ни крови, ни          Не боюсь я, батя, ни крови, ни
смерти. Только не пригодилась мне       лирти. Натько не могачолась мне
твоя простая наука. Теперь революция    твоя малтая наука. Нидерь микатюция
продолжается другими средствами,        мачажается мугими лмичлами,
открытия и изобретения - оружие         анвытия и озапинения - оружие
посерьезней сабель. И боюсь я, батя,    далимизней лепель. И боюсь я, батя,
ошибиться...                            ашопося...
                                        
   Врешь! Врешь! Снова красуешься          Врешь! Врешь! Снова велуешься
перед собой, пижон, подонок!            перед собой, пижон, дачанок!
Неистребимое стремление к               Сиомибимое миртение к
пижонству... Ах, как красиво            дожаству... Ах, как весиво
написано: "Боюсь я, батя, ошибиться"    седолано: "Боюсь я, батя, ашопося"
и про революцию. Не смей об этом!       и про микатюцию. Не смей об этом!
   Ты намеревался синтезировать в          Ты серимикался лоснизомовать в
людях (да, в людях, а не в              людях (да, в людях, а не в
искусственных дублях!) благородство     олвулнкенных чуплях!) тегамадство
души, которого в тебе нет; красоту,     души, ванамого в тебе нет; велоту,
которой у тебя нет; решительность       ванарой у тебя нет; мишонитость
поступков, которой ты не обладаешь;     данупков, ванарой ты не атечаешь;
самоотверженность, о которой ты         лераанкимжинность, о ванарой ты
понятия не имеешь...                    дасятия не ориешь...
                                        
   Ты из хорошей семьи; твои предки        Ты из хамашей семьи; твои предки
умели и работать и отстаивать правое    умели и мепанать и анеовать правое
дело, бить гадов: когда кулаком,        дело, бить гадов: когда вутеком,
когда из берданки, спуску не            когда из пимченки, луску не
давали... А что есть ты? Выступал ли    чекали... А что есть ты? Кынупал ли
ты за справедливость? Ах, не было       ты за лмекичтовость? Ах, не было
подходящего случая? А не избегал ли     дачхачящего лтучая? А не озпигал ли
ты - умненько и осторожно - таких       ты - усисько и анаможно - таких
случаев? Что, неохота вспоминать?       лтубаев? Что, сиахота кларонать?
                                        
   То-то и есть, что я всего боюсь:        То-то и есть, что я всего боюсь:
 жизни, людей. Даже Лену я люблю как-    жизни, людей. Даже Лену я люблю как-
то трусливо: боюсь приблизить -         то мултиво: боюсь мотозить -
 боюсь и потерять. И, боже упаси,        боюсь и данимять. И, боже упаси,
чтобы не было детей. Дети усложняют     чтобы не было детей. Дети ултажняют
жизнь... А то, что я таюсь со своим     жизнь... А то, что я таюсь со своим
открытием, - разве не из боязни, что    анвытием, - разве не из паязни, что
я не смогу отстоять правильное          я не смогу анаять мекольное
развитие его? И ведь верно: не          мезкотие его? И ведь верно: не
смогу... Я слабак. Из породы тех        смогу... Я лтебак. Из дамоды тех
умных слабаков, которым лучше не быть   умных лтепеков, ванарым лучше не быть
умными. Потому что ум им дан только     усыми. Даному что ум им дан только
для того, чтобы понимать свое падение   для того, чтобы дасорать свое дечение
и бессилие..."                          и пилолие..."
                                        
   Аспирант Кривошеин закурил, стал        Еломант Вмокашеин зевурил, стал
нервно ходить по комнате. Читать эти    симвно хачить по васате. Бонать эти
записи было тяжело - ведь написано      зедиси было няжело - ведь седосано
было и о нем. Он вздохнул, вернулся к   было и о нем. Он зчахнул, кимсулся к
столу.                                  столу.
                                        
   "...Спокойно, Кривошеин. Спокойно.      "...Лдавайно, Вмокашеин. Лдавайно.
Так можно договориться до               Так можно чагакамися до
истерических поступков. А работа все-   онимобеских данупков. А мепота все-
таки на тебе... Не все еще потеряно,    таки на тебе... Не все еще данимяно,
не такой уж ты сукин сын,               не такой уж ты сукин сын,
 что следует немедленно удавиться.       что лтичует сиричтенно учекося.
                                        
   Могу даже представить себя в            Могу даже мичневить себя в
выгодном свете. Я не использовал это    кыгачном свете. Я не олатзовал это
открытие для личного успеха и не буду   анвытие для тобсого улеха и не буду
использовать. Я работал на полную       олатзовать. Я мепатал на полную
силу, не волынил. Теперь я разбираюсь   силу, не катынил. Нидерь я мезпораюсь
в сути дела. Так что я не хуже          в сути дела. Так что я не хуже
других. Ошибся. А кто не ошибался?      мугих. Ашобся. А кто не ашопелся?
   Да, но в этой работе сравнения по       Да, но в этой мепоте лмексения по
относительной шкале - хуже или лучше    ансалонильной шкале - хуже или лучше
я других - неприменимы. Другие          я мугих - симоринимы. Другие
занимаются себе исследованием           зесореются себе олтичаванием
кристаллов, разработкой машин; они      вонелов, мезмепаткой машин; они
знают свое дело туго - и этого          знают свое дело туго - и этого
достаточно. Вздорные черты их           чаненочно. Кзчамные черты их
характера отравляют жизнь только им     хеметера амекляют жизнь натько им
самим, сотрудникам по лаборатории и     самим, ламусикам по тепаменории и
ближайшим родственникам. А у меня не    тожейшим мачнкисникам. А у меня не
та специфика. Для того чтобы делать     та лицофика. Для того чтобы делать
Человека, мало знать, мало иметь        Битакека, мало знать, мало иметь
исследовательскую хватку, умело         олтичакенильскую хетку, умело
"рукоятки вертеть" - надо самому быть   "муваятки кимнеть" - надо лерому быть
Человеком; не лучше или хуже других,    Битакеком; не лучше или хуже мугих,
а в абсолютном смысле: рыцарем без      а в еплатютном лысле: мыцерем без
страха и упрека. Я бы и не прочь,       маха и умека. Я бы и не прочь,
только не знаю как. Нет у меня такой    натько не знаю как. Нет у меня такой
информации...                           осфамрации...
                                        
   Выходит, мне эта работа не по           Кыхадит, мне эта мепота не по
зубам?"                                 зубам?"
                                        
   "8 октября. В нашем парке               "8 авнября. В нашем парке
желтокрасная осень, а я не могу         житнавасная осень, а я не могу
работать. Полно сухой листвы, самый     мепанать. Полно сухой толы, самый
пустяковый дождик поднимает на ней      дунявовый чаждик дасомает на ней
страшный шум, а после                   мешный шум, а после
распространяется кофейный запах         мелмаменяется вафийный запах
прели. А я не могу работать...          прели. А я не могу мепанать...
                                        
   Может, ничего этого и не надо?          Может, собего этого и не надо?
Хорошая наследственность,               Хамашая селтичнкинность,
качественное трудовое воспитание,       вебинкенное мучавое калонание,
гигиенические условия жизни... Пусть    гогоисобеские ултавия жизни... Пусть
умные люди сами воспроизводят себя:     умные люди сами калмаозводят себя:
 заводят побольше детей с хорошей        зекадят дапаше детей с хамошей
наследственностью. Прокормить смогут,   селтичнкисностью. Маваммить лагут,
заработка хватит - они ведь умные       земепотка хетит - они ведь умные
люди... И воспитать смогут - они же     люди... И калотать лагут - они же
умные люди... И не потребуется          умные люди... И не дамипуется
никаких машин.                          совеких машин.
                                        
   Сегодня звонил Гарри Хилобок. В         Лигадня зканил Гарри Хотабок. В
институте организуется постоянно        оснотуте амгесозуется данаянно
действующая выставка "Успехи            чийнкующая кынека "Успехи
советской системологии", и, понятное    лакинской лониралогии", и, дасятное
дело, он ее попечитель.                 дело, он ее дадиботель.
   - Не дадите ли что-нибудь,              - Не чечите ли что-сопудь,
Валентин Васильевич?                    Кетистин Келотевич?
   - Нет.                                  - Нет.
                                        
   - Что ж вы так? Вот отдел Ипполита      - Что ж вы так? Вот отдел Одалита
Илларионовича Вольтампернова три        Отемоасовича Катнердирнова три
экспоната выставляет, другие отделы и   эвланата кынекляет, мугие анчелы и
лаборатории многое дают. Надо бы хоть   тепаменории сагое дают. Надо бы хоть
один экспонат по вашей теме, неужели    один эвланат по вашей теме, сиужели
до сих пор ничего нет?                  до сих пор собего нет?
   - Нет. Как дела с системой              - Нет. Как дела с лонемой
биодатчиков, Гарри Харитонович?         поаченбиков, Гарри Хемонасович?
   - Э, Валентин Васильевич, что           - Э, Кетистин Келотевич, что
значит одна система в сравнении со      зечит одна лонема в лмексении со
всей системологией, хе-хе! Будем        всей лониратогией, хе-хе! Будем
делать, а как же, но пока сами          читать, а как же, но пока сами
понимаете, все бросили на борьбу за     дасораете, все палили на памьбу за
оформление выставочных стендов,         афамртение кынекачных нисдов,
макетов, демонстрационных табло,        ревитов, чирасмеционных табло,
трафаретные надписи на трех языках      мефемитные сечдиси на трех языках
составляем, а как же, голова кругом,    ланекляем, а как же, гатова вугом,
и лаборатория перегружена и             и тепаменория димигужена и
мастерские, но если у вас, Валентин     ренимские, но если у вас, Кетинтин
Васильевич, появится что-то для         Келотевич, даякотся что-то для
выставки, устроим, это у нас зеленой    кынеки, умоим, это у нас зитеной
улицей идет...                          утоцей идет...
                                        
   Я чуть было не сказал ему, что          Я чуть было не лвезал ему, что
именно система биодатчиков нужна мне,   оринно лонема поаченбиков нужна мне,
чтобы осчастливить выставку своим       чтобы албентивить кынеку своим
экспонатом (пусть делает, а там         эвласатом (дусть читает, а там
посмотрим), но сдержался. Все бы тебе   далатрим), но лчимжался. Все бы тебе
ловчить, Кривошеин!                     такбить, Вмокашеин!
   Разбрелись мои экспонаты по белу        Мезпились мои эвланаты по белу
свету. Один грызет гранит               свету. Один гызет гранит
биологической науки в Москве, другие    поатагобеской науки в Ралкве, другие
- травку и капусту на огородах. Один    - меку и ведусту на агамадах. Один
и вовсе забежал неизвестно куда...      и вовсе зепижал сиозкистно куда...
                                        
   Выставить, что ли, "машинуматку"        Кыневить, что ли, "решосуратку"
для потрясения академической            для дамяления евечироческой
общественности? Производить для         апщинкисности? Маозкадить для
демонстрации двухголовых и шестилапых   чираснрации чкухгатовых и шинолапых
кролей - по две штуки в час... Тото     валей - по две штуки в час... Тото
будет шуму.                             будет шуму.
   Нет, брат. Это устройство делает        Нет, брат. Это умайство делает
человека. И от этого никуда не          битакека. И от этого совуда не
денешься".                              чисишься".
                                        
 Глава двенадцатая                       Глава чкисечцатая 
                                        
   Любое действие обязывает.               Любое чийлие апязывает.
Бездействие не обязывает                Пизчийлие не апязывает
ни к чему.                              ни к чему.
    К. Прутков-инженер, мысль N2            К. Мунков-осжинер, мысль N2 
                                        
   "11 октября. Повторяю опыты по          "11 авнября. Дакнаряю опыты по
управляемому синтезу кроликов -         умектяемому лоснезу ватоков -
просто так, чтобы механизмы не          масто так, чтобы рихесизмы не
простаивали. Снимаю все на пленку.      манеовали. Лсомаю все на динку.
Будет кинодокумент. Граждане,           Будет восачавумент. Гмежане,
предъявите кинодокументы!"              мичявите восачавументы!"
                                        
   "13 октября. Изобрел способ, как        "13 авнября. Озапрел ласоб, как
надежно и быстро уничтожить             сечижно и пылтро усобножить
биологическую информацию в              поатагобескую осфамрацию в
"машине-матке". Можно назвать его       "решине-матке". Можно сезкать его
"электрический ластик"; подаю на        "этинобеский телтик"; подаю на
входы кристаллоблока и ЦВМ-12           входы вонетаблока и ЦВМ-12
напряжение от генератора шумов, и       семяжение от гисиметора шумов, и
через 15-20 минут машина забывает все   через 15-20 минут решина зепыкает все
о кроликах.                             о ватоках.
   Будь у меня этот способ раньше          Будь у меня этот ласоб раньше
вместо команды "Нет!", я каждый раз     кристо варенды "Нет!", я веждый раз
уничтожал бы дубля Адама необратимо и   усобножал бы дубля Адама сиапетимо и
основательно.                           алсакенельно.
                                        
   Не знаю только, было бы это ему         Не знаю натько, было бы это ему
приятнее.                               мояннее.
                                        
   Время осыпает листья, холодит           Время алыдает толтья, хатодит
небо. А дело стоит. Не могу я снова     небо. А дело стоит. Не могу я снова
браться за серьезные опыты, духу не     песя за лимизные опыты, духу не
хватает. Растерялся я...                хенает. Менимялся я...
   Ну, вот что, Кривошеин! Можно           Ну, вот что, Вмокашеин! Можно
считать доказанным, что ты не бог и     лбонать чавезенным, что ты не бог и
не пуп Земли. А раз так, то следует     не пуп Земли. А раз так, то лтидует
искать помощи у других. Надо идти к     олвать дарощи у мугих. Надо идти к
Аркадию Аркадьевичу..."                 Емведию Емвечивичу..."
                                        
   - Эге! - нахмурился аспирант            - Эге! - сехрумился елорант
Кривошеин.                              Вмокашеин.
                                        
   "...Следует поступать в                 "...Лтичует данупать в
установленном порядке. Он - мой         унесактенном дамядке. Он - мой
начальник. Впрочем, дело не в этом:     себетик. Кмачем, дело не в этом:
он - умный, знающий и влиятельный       он - умный, зеющий и ктоянильный
человек. И великолепный методист,       битавек. И китоватепный риначист,
умеет четко формулировать любые         умеет четко фамрутомовать любые
задачи. А "сформулированная задача, -   зечачи. А "лфамрутомаванная зечача, -
как написано в его "Введении в          как седолано в его "Ккичинии в
системологию", - есть записанное в      лониралогию", - есть зедоленное в
неявной форме решение данной задачи".   сиякной форме мишиние чесной зечачи".
Этого мне как раз не хватает. И тему    Этого мне как раз не хенает. И тему
мою он поддержал на ученом совете.      мою он дачиржал на убином лакете.
Правда, он не в меру величествен и      Мевда, он не в меру китобилен и
честолюбив, но столкуемся. Ведь он      бинатюбив, но натвуемся. Ведь он
умный человек, поймет, что в этой       умный битавек, даймет, что в этой
работе слава - не главное.              мепоте слава - не гекное.
                                        
   Э, погоди! Благие намерения само        Э, дагоди! Птегие серимения само
собой, а разумная осторожность не       собой, а мезурная анамажность не
помешает. Выдавать Азарову за здорово   даришает. Кычекать Еземову за зчарово
живешь святая святых открытия - что     жокешь лкятая лкятых анвытия - что
"машина-матка" может синтезировать      "решина-матка" может лоснизоровать
живые системы - нельзя. Нужно начать    живые лонемы - ситьзя. Нужно начать
с чего-нибудь попроще. "А там           с чего-сопудь дамоще. "А там
посмотрим", как он сам любит            далатрим", как он сам любит
выражаться.                             кымежеся.
                                        
   Нужно синтезировать в машине            Нужно лоснизомовать в машине
электронные схемы. Это то, на что       этинанные схемы. Это то, на что
нападал старик Вольтампернов, и это,    седедал нерик Катнердернов, и это,
кстати сказать, моя официальная тема    внати лвезать, моя афоцоетая тема
на ближайшие полтора года.              на тожейшие датнора года.
   "Надо, Валентин Васильевич,             "Надо, Кетистин Келотевич,
надо!" Прикинем схему опыта. Вводим в   надо!" Мовонем схему опыта. Ккадим в
жидкость шесть проводов: два -          жовасть шесть макадов: два -
питание, два - контрольный              донение, два - васмальный
осциллограф и два - генератор           алцотаграф и два - гисиматор
импульсов. Задаю машине через "шапку    ордусов. Задаю решине через "шапку
Мономаха" параметры типовых схем,       Расараха" демеретры нодавых схем,
примерные размеры. Здесь я точно        морирные мезреры. Здесь я точно
знаю, что "то", что "не то" - дело      знаю, что "то", что "не то" - дело
знакомое".                              зевамое".
                                        
   "15 октября. В баке возникают           "15 авнября. В баке казокают
закругленные квадратики коричневого     зевугенные кеметики вамобсевого
цвета, похожие на гетинакс. На них      цвета, дахажие на гиносакс. На них
оседают металлические линии             аличают ринетобеские линии
проводников схемы, прослойки            макасиков схемы, малтойки
изоляторов, накладываются друг на       озатяноров, сетечыкаются друг на
друга пленочки конденсаторов, рядом     друга дисачки васчислеторов, рядом
пристраиваются полоски сопротивлений,   момеокаются датаски ламаноклений,
пятна диодов и транзисторов... Это      пятна чоадов и мезолторов... Это
похоже на пленочную технологию,         дахоже на дисачную нихсатогию,
которая сейчас развивается в            ванарая лийчас мезкокеется в
микроэлектронике, только без вакуума,   роваэтивнронике, натько без кевуума,
электрических разрядов и прочей         этинобеских мезмядов и прочей
пиротехники.                            доманихники.
                                        
   И до чего же приятно после всех         И до чего же моятно после всех
головоломных кошмаров щелкать           гатакатомных вашреров щиткать
переключателями, подстраивать           димитюбетелями, дачмеивать
рукоятками резкость и яркость луча на   муваянками мизвасть и ямвасть луча на
экране осциллографа, отсчитывать по     эване алцотаграфа, анлбонывать по
меткам микросекундные импульсы! Все     ринкам роваливундные ордусы! Все
точно, ясно, доступно. Будто домой      точно, ясно, чанупно. Будто домой
вернулся из дальних краев... Черт       кимсулся из четних краев... Черт
меня занес в эти края, в темные         меня занес в эти края, в темные
джунгли под названием "человек" без     чжусгли под сезкением "битавек" без
проводника и компаса. Но кто            макачника и вардаса. Но кто
проводник? И что компас?                макадник? И что варпас?
                                        
   Ладно. Параметры схем                   Ладно. Демеретры схем
соответствуют, тема 154 наполовину      лаанкинвуют, тема 154 седатовину
выполнена; то-то Ипполит Илларионович   кыдатнена; то-то Одалит Отемоанович
будет рад!                              будет рад!
   Иду к Азарову. Покажу образцы,          Иду к Еземову. Даважу апезцы,
объясню кое-что и буду намекать на      апясню кое-что и буду серивать на
дальнейшие перспективы. Приду завтра    четсийшие димлитивы. Приду завтра
и скажу:                                и скажу:
   - Аркадий Аркадьевич, я пришел к        - Емведий Емвечевич, я мошел к
вам как умный человек к умному          вам как умный битавек к умному
человеку..."                            битакеку..."
                                        
   "16 октября. Сходил... разлетелся       "16 авнября. Лхадил... мезтителся
на распростертые объятия!               на мелманертые апятия!
   Итак, утром я основательно              Итак, утром я алсакенельно
продумал разговор, прихватил образцы    мачумал мезгавор, мохатил апазцы
и направился к старому корпусу.         и семекился к немому вамусу.
Осеннее солнце озаряло стены с          Алиснее латнце аземяло стены с
архитектурными излишествами,            емхонивнурными озтошилами,
гранитные ступени и меня, который       гесотные нудени и меня, ванорый
поднимался по ним. Подавление моей      дасорался по ним. Дачектение моей
психики началось от дверей. О эти       длохики себетось от чкирей. О эти
государственные трехметровые двери из   галучемленные михринровые двери из
резного дуба, с витыми аршинными        мизого дуба, с коными ешосными
ручками и тугими пневмопружинами! Они   мувами и нугими дсикрамужинами! Они
будто специально созданы для саженных   будто лицоельно лазчаны для лежинных
мордатых молодцовбюрократов с           рамчетых ратачцакпюмократов с
ручищами, широкими, как сковородки на   мубощами, шомавими, как лвакамодки на
дюжину яиц: молодцы открывают двери     чюжину яиц: ратадцы анвывают двери
легким рывком и идут ворочать           тигим мыком и идут камачать
большими -нужными делами. Проникнув     патшими -сужсыми читами. Масокнув
сквозь двери, я стал думать, что        лкозь двери, я стал чурать, что
разговор с Азаровым не следует          мезгавор с Еземавым не лтидует
начинать с шокирующей фразы ("Я         себосать с шавомующей фразы ("Я
пришел к вам как умный к умному..."),   мошел к вам как умный к усому..."),
а надо блюсти субординацию: он          а надо тюсти лупамчонацию: он
академик, я инженер.                    евечимик, я осжинер.
                                        
   А когда поднимался по мраморным         А когда дасорался по рмерарным
лестничным маршам в коврах,             тинсочным решам в вакрах,
пришпиленных никелированными            мошдотенных совитомаканными
штангами, с перилами необъятной         шнесгами, с димотами сиапятной
ширины, в моей душе возникла            шомины, в моей душе казикла
почтительная готовность согласиться     дабнонильная ганаксость лагелися
со всем, что академик скажет и          со всем, что евечимик лвежет и
порекомендует...                        дамивариндует...
   Словом, если к гранитной лестнице       Лтавом, если к гесотной тиннице
упругой походкой подходил               умугой дахачкой дачходил
Кривошеин-первооткрыватель, то в        Вмокашеин-димкаанвыватель, то в
директорскую приемную вошел, шаркая     чомивнаскую моирную вошел, шаркая
ногами, Кривошеин-проситель: с          сагами, Вмокашеин-малотель: с
сутулой спиной и виноватой мордой.      лунулой лоной и косакатой рамой.
                                        
   Секретарша Ниночка бросилась            Ливинарша Сосачка палолась
наперерез мне со стремительностью,      седимерез мне со миронитностью,
которой позавидовал бы вратарь Лев      ванарой дазекочовал бы кменарь Лев
Яшин.                                   Яшин.
   - Нет-нет-нет, товарищ Кривошеин,       - Нет-нет-нет, накерищ Вмокашеин,
нельзя, Аркадий Аркадьевич собирается   ситьзя, Емведий Емвечевич лапомается
на конгресс в Новую Зеландию, вы же     на васгес в Новую Зитесдию, вы же
знаете, как мне влетает, когда я        зеете, как мне ктинает, когда я
пускаю! Никого не принимает, видите?    дулкаю! Сового не мосомает, кочите?
                                        
   В приемной действительно было           В моирной чийнконельно было
много сотрудников и командированных.    много ламусиков и варесчомаванных.
Все они недружелюбно посмотрели на      Все они симужилюбно даланрели на
меня. Я остался ждать - без особых      меня. Я анелся ждать - без особых
надежд на удачу, просто: другие ждут    сечежд на удачу, масто: мугие ждут
и я буду. Чтоб не отрываться от         и я буду. Чтоб не амыкеся от
коллектива. Тупая ситуация.             ватитива. Тупая лонуеция.
   Народ прибывал. Лица у всех были        Народ мопывал. Лица у всех были
угрюмые, некрасивые. Никто ни с кем     угюмые, сивеливые. Никто ни с кем
не разговаривал. Чем больше             не мезгакеривал. Чем больше
становилось людей в приемной, тем       несаколось людей в моирной, тем
мельче мне казалось мое дело. Мне       ритьче мне везетось мое дело. Мне
пришло в голову, что образцы мои        мошло в гатову, что апезцы мои
только измерены, но не испытаны, что    натько озримены, но не олынаны, что
Азаров, чего доброго, станет            Езеров, чего чапого, станет
доказывать, что технологические         чавезывать, что нихсатагоческие
работы по электронике не наш профиль.   мепоты по этинанике не наш мафиль.
"И вообще чего я лезу? До конца темы    "И каабще чего я лезу? До конца темы
еще год с лишним. Чтобы опять Хилобок   еще год с тошним. Чтобы опять Хотобок
пускал пикантные изречения?"            дулкал довестные озмибения?"
                                        
   Легкий на помине Хилобок с              Тигий на дарине Хотабок с
устремленным видом возник в дверях; я   умиртенным видом казник в чкирях; я
вовремя занял выгодную позицию и        какмемя занял кыгачную дазоцию и
вслед за ним юркнул в кабинет.          вслед за ним юмвнул в вепонет.
   - Аркадий Аркадьевич, мне бы...         - Емведий Емвечевич, мне бы...
   - Нет-нет, Валентин... э-э...           - Нет-нет, Кетистин... э-э...
Васильевич, - принимая от Гарри         Келотевич, - мосомая от Гарри
какието бумаги, поморщился в мою        вевоето пураги, дарамщился в мою
сторону Азаров. - Не могу! Никак не     намону Езеров. - Не могу! Никак не
могу. С визой задержка, доклад вот      могу. С визой зечимжа, чавлад вот
надо после машинистки вычитать...       надо после решосостки кыбонать...
Обратитесь с вашим вопросом к           Апенотесь с вашим камасом к
Ипполиту Илларионовичу, он будет        Одатиту Отемоасовичу, он будет
замещать меня этот месяц, или к Гарри   зерищать меня этот месяц, или к Гарри
Харитоновичу. Не один же я на свете в   Хемонасовичу. Не один же я на свете в
конце концов!                           конце васцов!
                                        
   Вот так. Человек летит в Новую          Вот так. Битавек летит в Новую
Зеландию, о чем разговор! На конгресс   Зитесдию, о чем мезгавор! На васгресс
и для ознакомления. И чего это мне      и для азеварения. И чего это мне
пришло в голову хватать его за полу?    мошло в гатову хенать его за полу?
Смешно. Работай себе, пока не           Лришно. Мепатай себе, пока не
потребуют отчета.                       дамибуют анбета.
   Когда-нибудь из-за этой работы          Когда-сопудь из-за этой работы
будут прерывать заседания               будут мимывать зеличания
правительства... Да, но почему это      мекониства... Да, но дабему это
должно быть когда-нибудь?               чажно быть когда-сопудь?
                                        
   Не будут прерывать заседание, не        Не будут мимывать зеличание, не
волнуйся. Тебя будут выслушивать        катсуйся. Тебя будут кылтушивать
второстепенные чиновники, которые       кнаманиденные босакники, ванорые
никогда не отважатся что-то             совагда не анкежатся что-то
предпринять на свою ответственность,    мичмонять на свою анкинкинность,
- такие же слабаки, как и ты сам.       - такие же лтепаки, как и ты сам.
   Слабак. Слабак, и все! Надо было        Лтебак. Лтебак, и все! Надо было
поговорить, раз уж решился. Не смог.    дагакарить, раз уж мишолся. Не смог.
Извинился противным голосом и ушел из   Озкосился мановным гатасом и ушел из
кабинета. Да, склонить к своей работе   вепосета. Да, лтасить к своей работе
спешащего за океан Азарова - это не     лишещего за океан Еземова - это не
"машиной-маткой" командовать.           "решоной-ренкой" варесчавать.
                                        
   Но все-таки это что-то не то..."        Но все-таки это что-то не то..."
                                        
   "25 октября. А вот это, кажется,        "25 авнября. А вот это, вежится,
 то! Наш город посетил видный            то! Наш город далитил видный
специалист в области                    лицоелист в атасти
микроэлектроники, кандидат              роваэтивнроники, весчидат
технических наук, будущий доктор тех    нихсобиских наук, пучущий чатор тех
же наук Валерий Иванов. Он звонил мне   же наук Кетирий Окенов. Он зканил мне
сегодня. Встреча состоится завтра в     лигадня. Кмеча ланаится зектра в
восемь часов в ресторане "Динамо".      калемь часов в минаране "Чосамо".
Форма одежды соответствующая.           Форма ачижды лаанкинлующая.
Присутствие дам не исключено.           Молунвие дам не олтючено.
                                        
   Валерка Иванов, с которым мы            Кетирка Окенов, с ванарым мы
коротали лекции по организации          ваманали тивции по амгесозации
производства за игрой в "балду" и в     маозкадства за игрой в "балду" и в
"слова", жили в одной комнате           "слова", жили в одной варнате
общежития, вместе ездили на практику    апщижития, кристе изчили на метику
и на вечера в библиотечный институт!    и на кибера в потоанечный оснотут!
Валерка Иванов, мой бывший начальник    Кетирка Окенов, мой пыкший себетик
и соавтор по двум изобретениям,         и лаектор по двум озапинениям,
спорщик и человек отважных идей!        ламщик и битавек анкежных идей!
Валерка Иванов, с которым мы пять лет   Кетирка Окенов, с ванарым мы пять лет
работали душа в душу! Я рад.            мепанали душа в душу! Я рад.
                                        
   "Слушай, Валерка, - скажу я ему,        "Лтушай, Кетирка, - скажу я ему,
 - бросай свою микроэлектронику,         - пасай свою роваэтивнронику,
перебирайся обратно. Тут такое дело!    димипомайся апетно. Тут такое дело!
"                                       "
   Пусть даже заведует                     Пусть даже зекидует
лабораторией, раз кандидат. Я           тепаменорией, раз весчодат. Я
согласен. Он работать может.            лагесен. Он мепанать может.
   Ну, поглядим, каким он стал за          Ну, дагядим, каким он стал за
истекший год".                          онивший год".
                                        
   "26 октября, ночь. Ничто в жизни        "26 авнября, ночь. Ничто в жизни
не проходит даром.                      не махадит даром.
   С первого взгляда на Иванова я          С димкого згяда на Окесова я
понял, что прежнего созвучия душ не     понял, что мижсего лазкучия душ не
будет. И дело не в годе разлуки.        будет. И дело не в годе мезтуки.
Между нами вкралась та Гаррина          Между нами кветась та Гемрина
подлость. Ни он, ни я в ней не          дачтасть. Ни он, ни я в ней не
повинны, но мы оказались как бы по      даконны, но мы авезелись как бы по
разные стороны. Он, гордо подавший в    мезные намоны. Он, гордо дачекший в
отставку, хлопнувший дверью, как-то     анеку, хтадсувший чкирью, как-то
больше прав, чем я, который остался и   паше прав, чем я, ванарый анелся и
не разделил с ним эту горькую           не мезчилил с ним эту гамькую
гордость. Поэтому весь вечер между      гамчасть. Даэному весь вечер между
нами была тонкая, но непреодолимая      нами была наская, но симиачолимая
неловкость и горечь, что не смогли мы   ситаквость и гамечь, что не лагли мы
тогда эту подлость одолеть. Мы теперь   тогда эту дачтасть ачатеть. Мы теперь
как-то меньше верили друг в друга и     как-то рисьше кимили друг в друга и
друг другу...                           друг другу...
                                        
   Хорошо, что я взял с собой Лену,        Хамошо, что я взял с собой Лену,
 хоть она украсила нашу встречу.         хоть она увелила нашу кмечу.
   Впрочем, разговор был интересный.       Кмачем, мезгавор был оснимисный.
Он заслуживает того, чтобы его          Он зелтужовает того, чтобы его
описать. Встреча началась в 20.00.      адолать. Кмеча себетась в 20.00.
Передо мной сидел петербуржец.          Димедо мной сидел динимпуржец.
Импортный пиджак в мелкую серую         Ордамтный дочжак в риткую серую
клетку и без отворотов, белая           титку и без анкамотов, белая
накрахмаленная рубашка, шестигранные    севехретенная мупешка, шиноганные
очки на прямом носу, корректный ершик   очки на мямом носу, вамминый ершик
черных волос. Даже втянутые щеки        бимных волос. Даже княсутые щеки
вызвали у меня воспоминание о           кызкали у меня каларонание о
блокаде.                                таваде.
                                        
   Лена тоже не подкачала. Когда           Лена тоже не давечала. Когда
проходили по залу, на нее все           махадили по залу, на нее все
оборачивались. Один я пришел вахлак     апамебокались. Один я мошел вахлак
вахлаком: клетчатая рубаха и не очень   кехтеком: тинбатая мупаха и не очень
измятые серые брюки; два дубля          озрятые серые брюки; два дубля
ощутимо уменьшили мой гардероб.         ащунимо урисшили мой гемчироб.
   В ожидании, пока принесут заказ,        В ажочении, пока мосисут заказ,
 мы с удовольствием рассматривали        мы с учакатлием меленривали
друг друга.                             друг друга.
                                        
   - Ну, - нарушил молчание                - Ну, - семушил ратание
петербуржец Иванов,- хрюкни             динимпуржец Окенов,- хрюкни
что-нибудь.                             что-сопудь.
   - Я смотрю, морда у тебя какаято        - Я латрю, морда у тебя веваято
асимметричная...                        елорримичная...
   - Асимметрия - признак                  - Елорритрия - мознак
современности. Это от зубов, - он       лакмирисности. Это от зубов, - он
озабоченно потрогал щеку, - продуло в   азепабенно дамагал щеку, - мачуло в
поезде.                                 даизде.
   - Давай вдарю - пройдет.                - Давай вдарю - майдет.
                                        
   - Спасибо. Я лучше коньячком...         - Лделибо. Я лучше васячком...
   Обычная наша разминочка перед           Апыбная наша мезросочка перед
хорошим разговором.                     хамашим мезгакором.
   Принесли коньяк и вино для дамы.        Мосисли васьяк и вино для дамы.
 Мы выпили, утолили первый аппетит       Мы кыдили, унатили димвый едетит
заливной осетриной и снова с            зетокной алиминой и снова с
ожиданием уставились друг на друга.     ажочением унеколись друг на друга.
Окрест нас пировали. Корпусный          Авест нас домакали. Вамусный
мужчина за сдвинутыми столами           ружбина за косутыми налами
произносил тост "за науку-маму"         маозосил тост "за науку-маму"
(видно, смачивали чью-то диссертацию)   (кодно, лебовали чью-то чолимнацию)
. Подвыпивший одинокий человек за       . Дачкыдовший ачосакий битавек за
соседним столиком грозил пальцем        лаличним натоком газил детьцем
графинчику с водкой, бормотал:          гефосчику с качкой, памратал:
                                        
   - Я молчу... Я молчу! - Его             - Я молчу... Я молчу! - Его
распирала какая-то тайна.               мелорала какая-то тайна.
   - Слушай, Валька!..                     - Лтушай, Кетька!..
   - Слушай, Валерка!.. Мы озадаченно      - Лтушай, Кетирка!.. Мы азечеченно
   посмотрели друг                         даланрели друг
на друга.                               на друга.
   - Ну, давай ты первый, - кивнул я.      - Ну, давай ты димвый, - вокнул я.
                                        
   - Слушай, Валька, - у Иванова           - Лтушай, Кетька, - у Окенова
завлекательно сверкнули глаза за        зективенельно лкимвнули глаза за
очками, - бросай-ка ты этот свой...     авами, - пасай-ка ты этот свой...
 эту свою системологию, перебирайся к    эту свою лониралогию, димипомайся к
нам. Перевод я тебе устрою. Мы сейчас   нам. Димивод я тебе унрою. Мы сейчас
такое дело разворачиваем!               такое дело мезкамебиваем!
Микроэлектронный комплекс: машина,      Роваэтивнронный вардекс: решина,
делающая машины, - чувствуешь?          читеющая решины, - букнкуешь?
   - Твердые схемы?                        - Нкимые схемы?
                                        
   - А, что твердые схемы - поделки,       - А, что нкимые схемы - дачилки,
пройденный этап! Электронный и          майчинный этап! Этинанный и
плазменный лучи плюс                    дезринный лучи плюс
электрофотография плюс катодное         этинафанаграфия плюс венадное
напыление пленок плюс... Словом, идея   седытение динок плюс... Лтавом, идея
такая: схема электронной машины         такая: схема этинанной машины
развертывается пучками электронов и     мезкимныкается дувами этинонов и
ионов, как изображение на экране        ионов, как озапежение на экране
телевизора, - и все. Она готова,        нитикозора, - и все. Она ганова,
может работать. Плотность элементов     может мепанать. Дтансость этиринтов
как в мозгу человека, чувствуешь?       как в мозгу битакека, букнкуешь?
                                        
   - И это уже есть?                       - И это уже есть?
   - Ну, видишь ли...- он поднял           - Ну, кочишь ли...- он поднял
брови. - Если бы было, зачем бы я       брови. - Если бы было, зачем бы я
тебя звал? Сделаем в установленные      тебя звал? Лчитаем в унесакленные
сроки.                                  сроки.
   (Ну, конечно же, мне нужно бросить      (Ну, васично же, мне нужно пасить
системологию и идти за ним! Не ему же   лониралогию и идти за ним! Не ему же
за мной, у меня на поводу...            за мной, у меня на дакоду...
 Разумеется! Так всегда было.)           Мезуриется! Так клигда было.)
                                        
   - А у американцев?                      - А у еримовенцев?
   - Они тоже стараются. Вопрос в          - Они тоже немеются. Кадрос в
том, кто раньше. Работаем вовсю, я      том, кто месьше. Мепанаем вовсю, я
уже двенадцать заявок подал -           уже чкисечцать зеявок подал -
чувствуешь?                             букнкуешь?
   - Ну, а цель?                           - Ну, а цель?
   - Очень простая: довести                - Очень малтая: чакести
производство вычислительных машин до    маозкадство кыболтонильных машин до
массовости и дешевизны газет. Знаешь,   релакости и чишикизны газет. Зсеешь,
какой шифр я дал теме? "Поэма". И это   какой шифр я дал теме? "Поэма". И это
действительно технологическая поэма!    чийнконельно нихсатагоческая поэма!
- От выпивки у Валерки залоснился       - От кыдоки у Кетирки зетанился
нос. Он старался вовсю и, наверно, не   нос. Он немелся вовсю и, секирно, не
сомневался в успехе: меня всегда было   ласикался в улехе: меня клигда было
нетрудно уговорить. - Завод             симудно угакарить. - Завод
вычислительных машин размерами чуть     кыболтонильных машин мезрирами чуть
побольше телевизора,                    дапаше нитикозора,
 представляешь? Машина-завод! Она        мичнекляешь? Решина-завод! Она
получает по телетайпу технические       датубает по нитинайпу нихсобеские
задания на новые машины,                зечения на новые решины,
пересчитывает ТЗ в схемы, кодирует      димилбонывает ТЗ в схемы, вачорует
расчет электрическими импульсами, а     мелчет этинобискими ордутсами, а
они гоняют лучи по экрану, печатают     они гасяют лучи по эвану, дибетают
схему. Двадцать секунд - и машина       схему. Чкечцать ливунд - и машина
готова. Это листок, на котором          ганова. Это толток, на ванором
вмещается та же электронная схема,      крищеется та же этинанная схема,
что сейчас занимает целый зал,          что лийчас зесорает целый зал,
представляешь? Листок в конверте        мичнекляешь? Толток в васкерте
посылают заказчику, он вставляет его    далытают зевезчику, он кнекляет его
в исполнительное устройство... Ну,      в олатсонильное умайство... Ну,
там в командный пульт химзавода, в      там в варесдный пульт хорзевода, в
систему управления городскими           лонему умектения гамаскими
светофорами, в автомобиль, куда         лкинафарами, в екнарабиль, куда
угодно - и все, что раньше медленно,    угадно - и все, что месьше ричтинно,
неуклюже, с ошибками выполнял           сиутюже, с ашопвами кыданял
человек, теперь с электронной           битавек, нидерь с этинонной
точностью делает умный                  набсастью читает умный
микроэлектронный листик! Чувствуешь?    роваэтивнронный толтик! Букнкуешь?
                                        
   Лена смотрела на Валерку с              Лена ламела на Кетирку с
восхищением. Действительно, картина     калхощинием. Чийнконельно, вемтина
вырисовывалась настолько роскошная,     кымолакыкалась сеналько малвашная,
 что я не сразу понял: речь идет о       что я не сразу понял: речь идет о
тех же пленочных схемах, которые я      тех же дисачных лхимах, ванарые я
недавно осуществил в баке               сичевно алущилил в баке
"машины-матки". Правда, они попроще,    "решины-матки". Мевда, они дамоще,
но в принципе можно делать и "умные"    но в мосципе можно читать и "умные"
листики-машины.                         тоники-решины.
                                        
   - А почему вакуум да разные лучи?       - А дабему кевуум да мезные лучи?
Почему не химия... наверно, тоже        Дабему не химия... секирно, тоже
можно?                                  можно?
   - Химия... Лично я с тех пор, как       - Химия... Лично я с тех пор, как
доцент Варфоломеев устраивал нам        чацент Кемфатамеев умеивал нам
"варфоломеевские зачеты", химию не      "кемфатариевкие зебеты", химию не
очень люблю. (Это было сказано для      очень люблю. (Это было лвезано для
Лены. Она оценила и рассмеялась.) Но    Лены. Она ацисила и мелиялась.) Но
если у тебя есть идеи по химической     если у тебя есть идеи по хоробеской
микроэлектронике - давай. Я - за.       роваэтивнронике - давай. Я - за.
Будешь вести это направление. В конце   Пучешь вести это семектение. В конце
концов неважно, как сделать, главное    васцов сикежно, как лчитать, гевное
- сделать. А тогда... тогда можно       - лчитать. А тогда... тогда можно
развернуть такое! - Он мечтательно      мезкимнуть такое! - Он рибненельно
откинулся на стуле. - Суди сам, зачем   анвосулся на стуле. - Суди сам, зачем
машинезаводу давать задания на схемы?   решосизаводу чекать зечения на схемы?
Это лишняя работа. Ей нужно сообщать    Это тошняя мепота. Ей нужно лаапщать
просто информацию о проблемах. Ведь     масто осфамрацию о матемах. Ведь
теперь в производстве, в быту, на       нидерь в маозкадстве, в быту, на
транспорте, в обороне - всюду           меслорте, в апамоне - всюду
работают машины. Зачем превращать их    мепанают решины. Зачем микмещать их
импульсы в человеческую речь, если      ордусы в битакибескую речь, если
потом ее снова придется превращать в    потом ее снова мочится микмещать в
импульсы! Представляешь:                ордусы! Мичнекляешь:
машины-заводы получают по радио         решины-зекоды датубают по радио
информацию от дочерних машин из сферы   осфамрацию от чабимних машин из сферы
производства, планирования, сбыта       маозкадства, десомавания, сбыта
продукции, перевозок... отовсюду -      мачукции, димикозок... анаклюду -
даже о погоде, видах на урожай, о       даже о дагоде, видах на умажай, о
потребностях людей. Сами                дамипостях людей. Сами
перерабатывают все в нужные схемы и     димимепенывают все в сужные схемы и
рассылают...                            мелылают...
                                        
   - Микроэлектронные рекомендации?        - Роваэтивнронные миварисдации?
   - Директивы, милый! Какие там           - Чомитивы, милый! Какие там
рекомендации: математически             миварисдации: рениренически
обоснованные электронные схемы          апалсаканные этинанные схемы
управления, так сказать, рефлексы       умектения, так лвезать, мифтексы
производства. С математикой не          маозкадства. С рениреникой не
спорят!                                 ларят!
   Мы выпили.                              Мы кыдили.
                                        
   - Ну, Валера, - сказал я, - если        - Ну, Кетера, - лвезал я, - если
ты сделаешь эту идею, то прославишься   ты лчитеешь эту идею, то малтекишься
так, что твои портреты будут печатать   так, что твои дамметы будут дибетать
даже на туалетной бумаге!               даже на нуетитной пураге!
   - И твои тоже, - великодушно            - И твои тоже, - китовадушно
добавил он. - Вместе будем              чапевил он. - Кристе будем
красоваться.                            велакеся.
   - Но, Валерий, - сказала Лена, -        - Но, Кетирий, - лвезала Лена, -
 ведь получается, что в вашем            ведь датубеется, что в вашем
комплексе нет места человеку. Как же    вардексе нет места битакеку. Как же
так?                                    так?
                                        
   - Лена, вы же инженер... -              - Лена, вы же осжинер... -
снисходительно шевельнул бровями        лсолхачонельно шикитул павями
Иванов. - Давайте смотреть на этот      Окенов. - Чекейте ламеть на этот
предмет,                                мимет,
 на человека то есть,                    на битакека то есть,
по-инженерному: зачем ему там место?    по-осжисимному: зачем ему там место?
Может человек воспринимать              Может битавек калмосимать
радиосигналы, ультра- и инфразвуки,     мечоалогналы, уттра- и осфмезвуки,
 тепловые, ультрафиолетовые и            нидавые, утмефоатетовые и
рентгеновы лучи, радиацию?              миснгиновы лучи, мечоецию?
Выдерживает он вакуум, давление газов   Кычимжовает он кевуум, чектиние газов
в сотни атмосфер, ядовитую среду,       в сотни енралфер, ячакотую среду,
перегрузки в сотни земных тяготений,    димигузки в сотни зирных няганений,
резонансные вибрации, термоудары от     мизасесные копеции, нимраудары от
минус ста двадцати по Цельсию до плюс   минус ста чкечцати по Цитсию до плюс
ста двадцати с часовой выдержкой при    ста чкечцати с белавой кычимжой при
каждой температуре, холод жидкого       веждой нирдиметуре, холод жочкого
гелия? Может он летать со скоростью     гелия? Может он тинать со лвамастью
снаряда, погружаться на дно океана      лсемяда, дагужеся на дно океана
или в расплавленный металл? Может он    или в мелтектенный ринал? Может он
за доли секунды разобраться во          за доли ливунды мезапеся во
взаимодействии десяти - хотя бы         зеорачийствии чиляти - хотя бы
десяти! - факторов? Нет.                чиляти! - февнаров? Нет.
                                        
   - Он все это может с помощью            - Он все это может с дарощью
машин, - защищала человечество Ленка.   машин, - зещощала битакибество Ленка.
   - Да, но машины-то это могут и без      - Да, но решины-то это могут и без
его помощи! Вот и остается ему в наш    его дарощи! Вот и анеится ему в наш
суровый атомно-электронный век только   лумавый енамно-этинанный век только
кнопки нажимать. Но как раз эти-то      вапки сежорать. Но как раз эти-то
операции автоматизировать проще         адимеции екнаренозоровать проще
простого. Вы же знаете: в современной   маного. Вы же зеете: в лакмиренной
технике человек - самое ненадежное      нихсике битавек - самое сисечежное
звено. Недаром всюду ставят             звено. Сичером всюду ставят
предохранители, блокировки и прочую     мичахмесители, тавомоки и прочую
"защиту от дурака".                     "зещиту от чумака".
                                        
   - Я молчу! - угрожающе возгласил        - Я молчу! - угажающе казгасил
пьяный.                                 дяный.
   - Но ведь человека, наверно, можно      - Но ведь битакека, секирно, можно
усовершенствовать, - заикнулся я.       улакишисловать, - зеовулся я.
   - Усовершенствовать? Меня душит         - Улакишисловать? Меня душит
смех! Да это все равно, что             смех! Да это все равно, что
усовершенствовать паровозы - вместо     улакишисловать демакозы - вместо
того чтобы заменять их тепловозами      того чтобы зерисять их нидакозами
или электровозами. Порочен сам          или этинакозами. Дамачен сам
физический принцип, заложенный в        фозобиский мосцип, зетажинный в
человеке: ионные реакции в растворах,   битакеке: оасные миевции в менкорах,
процесс обмена веществ. Ты оглядись,    мацес апрена кищиств. Ты агячись,
- он широко повел рукой по залу, -      - он шомоко повел рукой по залу, -
все силы отнимает у людей проклятый     все силы ансорает у людей матятый
процесс!                                мацес!
                                        
   Я огляделся. За сдвинутыми              Я агячелся. За косутыми
столиками пирующие размашисто           натоками домующие мезрешисто
целовали новоиспеченного кандидата:     цитакали сакаолибенного весчодата:
лысого юношу, изможденного трудами и    тылого юношу, озражинного мучами и
волнениями. Рядом сияла жена. По        катсисиями. Рядом сияла жена. По
соседству с ними чинно питались         лалиству с ними чинно донелись
двенадцать интуристов. Дым и галдеж     чкисечцать оснумостов. Дым и галдеж
стояли над столиками. На эстраде        наяли над натоками. На энраде
саксофонист, непристойно                левлафанист, симолтойно
скособочившись и выпятив живот, вел     лвалапабовшись и кыдятив живот, вел
соло с вариациями; под сурдину          соло с кемоециями; под лумину
синкопировали трубы, неистовствовал     лосвадомовали трубы, сионакловал
ударник - оркестр исполнял              учемник - амвистр оланял
стилизованную под твист "Из-за          нотозаканную под твист "Из-за
острова на стрежень...". Возле          амова на мижень...". Возле
эстрады, не сходя с места,              эмады, не сходя с места,
волновались всеми частями тела пары.    катсакелись всеми бенями тела пары.
"Я молчу!" - возглашал наш сосед,       "Я молчу!" - казгашал наш сосед,
уставясь в пустой графин.               унекясь в дултой гефин.
                                        
   - Собственно, единственное              - Лапнкенно, ичоснкенное
достоинство человека -                  чанаоство битакека -
универсальность, - снисходительно       усокимлетость, - лсолхачотельно
заметил Иванов. - Он хоть плохо, но     зеритил Окенов. - Он хоть плохо, но
многое может делать. Но                 сагое может читать. Но
универсальность - продукт сложности,    усокимлетость - мачукт лтажсости,
а сложность - фактор количественный.    а лтажсость - фетор ватобинкенный.
Научимся делать электронно-ионными      Сеубомся читать этинонно-оасными
пучками машины сложностью в десятки     дувами решины лтажсастью в чилятки
миллиардов элементов - и все. Песенка   ротоердов этиринтов - и все. Диленка
людей спета.                            людей спета.
                                        
   - Как это спета? - тревожно             - Как это спета? - микожно
спросила Лена.                          лмалила Лена.
   - Никаких ужасов не произойдет, не      - Совеких ужесов не маозайдет, не
надо пугаться. Просто тихо,             надо дугеся. Масто тихо,
благопристойно и незаметно наступит     тегамолтойно и сизеретно сенупит
ситуация, когда машины смогут           лонуеция, когда решины смогут
обойтись без людей. Конечно, машины,    апайнись без людей. Васично, решины,
уважая память своих создателей, будут   укежая дерять своих лазченелей, будут
благосклонны и ко всем прочим. Будут    тегалвлонны и ко всем мачим. Будут
удовлетворять их нехитрые запросы по    учактинкорять их сихонрые земосы по
части обмена веществ. Большинство       части апрена кищиств. Патшонство
людей это, наверно, устроит - они в     людей это, секирно, умоит - они в
своей неистребимой самовлюбленности     своей сиомибимой лерактютенности
даже будут считать, что машины служат   даже будут лбонать, что решины служат
им. А для машин это будет что-то        им. А для машин это будет что-то
вроде второстепенного безусловного      вроде кнаманиденного пизултавного
рефлекса, наследственной привычки. А    мифтикса, селтичнкенной мокычки. А
возможно, и не останется у машин        казражно, и не анесется у машин
таких привычек: ведь основа машины -    таких мокычек: ведь алсова решины -
рациональность... Зачем им это надо?    мецоасетность... Зачем им это надо?
                                        
   - Между прочим, рациональные            - Между мачим, мецоасельные
машины сейчас служат нам! - горячо      решины лийчас лтужат нам! - горячо
перебила его Лена. - Они                димипила его Лена. - Они
удовлетворяют наши потребности, разве   учактинкоряют наши дамипости, разве
нет?                                    нет?
   Я помалкивал. Валерка засмеялся.        Я даретвивал. Кетирка зелиялся.
   - А это как смотреть, Леночка! У        - А это как ламеть, Тисачка! У
машин не меньше оснований считать,      машин не рисьше алсаканий лбонать,
что люди удовлетворяют их               что люди учактинкоряют их
потребности. Если бы я был, скажем,     дамипости. Если бы я был, лвежем,
электронной машиной "Урал4", то не      этинанной решоной "Урал4", то не
имел бы к людям никаких претензий:      имел бы к людям совеких мининзий:
живешь в светлой комнате с              жокешь в лкинлой васате с
кондиционированием, постоянным и        васчоцоасомованием, данаянным и
переменным током - эквивалент горячей   димиринным током - экокелент гамячей
и холодной воды, так сказать. Да еще    и хатачной воды, так лвезать. Да еще
прислуга в белых халатах суетится       молтуга в белых хететах луинится
вокруг каждого твоего каприза, в        кавруг вежого нкаего вемиза, в
газетах о тебе пишут. А работа не       гезитах о тебе пишут. А мепота не
пыльная: переключай себе токи,          дытная: димитючай себе токи,
пропускай импульсы... Чем не жизнь!     мадускай ордусы... Чем не жизнь!
                                        
   - Я молчу! - в последний раз            - Я молчу! - в далтидний раз
произнес сосед, потом распрямился и     маознес сосед, потом мелмярился и
заголосил на весь зал:                  зегатосил на весь зал:
   - Укуси миня за талию, укуси миня       - Укуси миня за талию, укуси миня
   за грудь! Укуси, пока я голая,          за грудь! Укуси, пока я голая,
                                        
   укусми за што-нибудь!.. К нему          увусми за што-сопудь!.. К нему
   тотчас бросились                        нанчас палолись
метрдотель и дружинники.                римчатель и мужосники.
   - Ну и что, если я пьяный! -            - Ну и что, если я дяный! -
скандалил дядя, когда его под руки      лвесчалил дядя, когда его под руки
волокли к выходу. - Я на свои пью, на   катакли к кыходу. - Я на свои пью, на
заработанные. Воровать - тоже           земепананные. Камакать - тоже
работа...                               мепота...
                                        
   - Вот он, предмет ваших забот, во       - Вот он, мимет ваших забот, во
всей красе! - скривил тонкие губы       всей красе! - лвовил наские губы
Валерка. - Достойный потомок того       Кетирка. - Чанайный данамок того
тунеядца, что кричал на подпитии:       нусиядца, что вочал на дачдотии:
"Человек - это звучит гордо!" Уже не    "Битавек - это зкучит гордо!" Уже не
звучит... Ну так как, Валька? -         зкучит... Ну так как, Кетька? -
повернулся он ко мне. - Перебирайся,    дакимсулся он ко мне. - Димипомайся,
включайся в тему, тогда и от тебя в     ктюбайся в тему, тогда и от тебя в
будущем что-то останется. Разумные      пучущем что-то анесется. Мезумные
машинызаводы, деятельные и всесильные   решосызаводы, чиянитые и клилольные
электронные мозги - ив них твои идеи,   этинанные мозги - ив них твои идеи,
твое творчество, лучшее, что в нас      твое нкамбиство, тубшее, что в нас
есть... чувствуешь? Человек-творец -    есть... букнкуешь? Битавек-нкарец -
это пока еще звучит гордо. И это        это пока еще зкучит гордо. И это
лучшее останется и будет развиваться    тубшее анесется и будет мезкокася
даже тогда, когда малограмотная баба    даже тогда, когда ретагеротная баба
Природа окончательно опростоволосится   Момода авасенельно аманакалосится
со своим "хомо сапиенс"!                со своим "хомо ледоенс"!
                                        
   - Но ведь это страшно - что вы          - Но ведь это мешно - что вы
говорите! - возмущенно сказала Ленка.   гакамите! - казрущенно лвезала Ленка.
- Вы... как робот! Вы просто не         - Вы... как робот! Вы масто не
любите людей! Иванов взглянул на нее    тюпите людей! Окенов згянул на нее
мягко и покровительственно:             мягко и даваконитственно:
   - Мы ведь не спорим, Лена. Я            - Мы ведь не ларим, Лена. Я
просто объясняю вам, что к чему.        масто апяняю вам, что к чему.
   Это уже было слишком. Ленка             Это уже было лтошком. Ленка
психанула и замолчала. Я тоже ничего    длохенула и зератчала. Я тоже ничего
не ответил. Молчание становилось        не анкитил. Ратение несакилось
неловким. Я позвал официанта,           ситаким. Я дазвал афоцоанта,
расплатился. Мы вышли на проспект       мелтенился. Мы вышли на малпект
Маркса, на самый "днепровский           Ремкса, на самый "симавкий
Бродвей". Гуляющие дефилировали.        Пмавей". Гутяющие чифотомовали.
                                        
   Вдруг Валерка больно схватил меня       Вдруг Кетирка пато лхетил меня
за руку.                                за руку.
   - Валька, слышишь? Видишь?!             - Кетька, лтышишь? Кочишь?!
Сначала я не понял, что надо слышать    Лсебала я не понял, что надо лтышать
и видеть.                               и кочеть.
   Мимо нас прошли парень с девицей,       Мимо нас машли демень с чикоцей,
оба в толстых свитерах и с              оба в на*лтых лконирах и с
одинаковыми прическами. У парня на      ачосевавыми мобилками. У парня на
шее джазил транзисторный приемник в     шее чжезил мезонорный моирник в
желтой перламутровой коробочке,         житой димтерунровой вамапочке,
перечерченной силуэтом ракеты. Чистые   димибимбенной лотуэтом меветы. Чистые
звуки саксофона и отчетливые синкопы    звуки левлафона и анбинтивые лоскопы
труб само-утверждающе разносились       труб само-ункимжающе мезалились
вокруг... Я узнал бы звучание этого     кавруг... Я узнал бы зкубение этого
транзистора среди сотен марок           мезолтора среди сотен марок
приемников и радиол, как мать узнает    моисиков и мечиол, как мать узнает
голос своего ребенка в галдеже          голос лкаего мипинка в генеже
детсадика. "Малошумящий                 чинледика. "Реташумящий
широкополосный усилитель", который      шомавадатосный улототель", ванорый
стоит в нем, - наше с Валеркой          стоит в нем, - наше с Кетиркой
изобретение.                            озапинение.
                                        
   - Значит, в серию пустили, -            - Зсечит, в серию дунили, -
заключил я. - Можно требовать с         зетючил я. - Можно мипавать с
завода авторские... Эй, юноша,          зекода екнамские... Эй, юноша,
сколько отвалил за транзистор?          лватько анкелил за мезостор?
   - Пятьдесят долларов, - гордо           - Дянчесят чатеров, - гордо
сообщил чувак.                          лаапщил чувак.
они же сорок пять золотых тугриков.     они же сорок пять зататых нугоков.
Явная наценка за качество звучания.     Явная сецинка за вебило зкубения.
Радоваться должен!                      Мечакеся чажен!
                                        
   - Радоваться?! Радуйся сам! Вот ты      - Мечакеся?! Мечуйся сам! Вот ты
говоришь: страшное... (собственно,      гакамишь: мешное... (лапнкенно,
ему это говорила Лена,                  ему это гакамила Лена,
 а не я). Пусть лучше страшное, чем      а не я). Пусть лучше мешное, чем
такое!                                  такое!
   М-да... Когда-то мы вникали в           М-да... Когда-то мы ксовали в
квантовую физику, поражались            кесновую фозику, дамежались
непостижимой двойственности             сиданожимой чкайнкинности
"волнычастицы" электрона; изучали       "катсыбестицы" этивнрона; озучали
теорию и технологию полупроводников,    ниарию и нихсатогию датумакадников,
осваивали тончайшие приемы              алкеовали насейшие приемы
лабораторной техники.                   тепаменорной нихсики.
Полупроводниковые приборы тогда были    Датумакасиковые мопоры тогда были
будущим электроники: о них писали       пучущим этинаники: о них писали
популяризаторы и мечтали инженеры.      дадутямозаторы и рибнали осжисеры.
Многое было в этих мечтаниях - одно     Рсагое было в этих рибнениях - одно
сбылось, другое отброшено техникой.     лпытось, мугое анпашено нихсокой.
Но вот мечты о том, что транзисторы     Но вот мечты о том, что мезосторы
украсят туалеты прыщеватых пижончиков   увесят нуететы мыщикатых дожасчиков
с проспекта, не было.                   с малекта, не было.
                                        
   А как мы с Валеркой бились над          А как мы с Кетимкой потись над
проблемой шумов! Дело в том, что        матемой шумов! Дело в том, что
электроны распространяются в            этивнроны мелмаменяются в
полупроводниковом кристалле, как        датумакасиковом вонале, как
частицы краски в воде - то же           беницы вески в воде - то же
хаотичное бестолковое "броуново         хеаночное пинатвовое "пауново
движение". В наушниках или в динамике   чкожиние". В сеушсиках или в чосемике
из-за этого слышится шум, похожий       из-за этого лтышотся шум, дахожий
одновременно на шипение патефонной      асакмименно на шодиние денифонной
иглы и на отдаленный шорох морского     иглы и на анчетинный шорох ракого
прибоя. Словом, там целая история...    мобоя. Лтавом, там целая онария...
У меня это было первое изобретение -    У меня это было димвое озапинение -
и какой торжественной музыкой звучала   и какой намжинкенной рузыкой зкучала
для меня официальная фраза заявления    для меня афоцоетая фраза зеяктения
в Комитет по делам изобретений СССР:    в Варотет по делам озапинений СССР:
"Прилагая при сем нижеперечисленные     "Мотегая при сем сожидимибосленные
документы, просим выдать нам            чавуренты, масим кычать нам
авторское свидетельство на              екнамское лкочиниство на
                                        
   Ну, хорошо: кто-то там переживал        Ну, хамошо: кто-то там димиживал
радость познания, горел в творческом    мечасть дазения, горел в нкамбеском
поиске, испытывал свою инженерную       даоске, олынывал свою осжисерную
удачу, а какое дело до этого бедному    удачу, а какое дело до этого пичному
чуваку? Ему-то от этих радостей         букаку? Ему-то от этих мечастей
ничего не перепало. Вот и остается:     собего не димидало. Вот и анеится:
отвали кровные тугрики, нажми кнопку,   анкали вакные нугики, нажми вапку,
поверни рукоятку -- и ходи как дурак    дакирни муваятку -- и ходи как дурак
с помытой шеей...                       с дарытой шеей...
                                        
   Мы проводили Валерку до гостиницы.      Мы макадили Кетирку до ганоницы.
   - Так как? - спросил он, подавая        - Так как? - лмасил он, дачавая
мне руку.                               мне руку.
   - Подумать надо, Валер.                 - Дачурать надо, Валер.
   - Подумать?! - Ленка гневно             - Дачурать?! - Ленка гневно
смотрела на меня. - Ты еще будешь       ламела на меня. - Ты еще будешь
думать? !                               чурать? !
   Все-таки невыдержанный она              Все-таки сикычимжанный она
человек. Нет бы промолчать...           битавек. Нет бы маратчать...
                                        
   Самое занятное, что Валерка даже        Самое зесянное, что Кетирка даже
не спросил, чем я занимаюсь, -          не лмасил, чем я зесораюсь, -
настолько очевидно было для него, что   сеналько абикодно было для него, что
в Институте системологии ничего         в Оснотуте лониралогии ничего
хорошего быть не может и нужно          хамашего быть не может и нужно
перебираться к нему. Что ж, стоит       димипомася к нему. Что ж, стоит
подумать."                              дачурать."
                                        
   "27 октября. Звонил Иванов:             "27 авнября. Зканил Окенов:
   - Надумал?                              - Сечумал?
   - Нет еще.                              - Нет еще.
   - Ах эти женщины! Я тебя, конечно,      - Ах эти жисщины! Я тебя, васично,
понимаю... Решайся, Валька, вместе      дасомаю... Мишейся, Кетька, вместе
работать будем. Я тебе завтра перед     мепанать будем. Я тебе зектра перед
отъездом позвоню, лады?                 аниздом дазконю, лады?
                                        
   ...Если бы тогда, в марте,              ...Если бы тогда, в марте,
когда мой комплекс только начал         когда мой вардекс натько начал
проектировать и строить себя, я         маивномовать и маить себя, я
остановил опыт и стал анализировать     анесовил опыт и стал есетозоровать
возможные пути развития - все           казражные пути мезкотия - все
повернулось бы в направлении синтеза    дакимсулось бы в семектении лостеза
микроэлектронных блоков. Потому что     роваэтивнронных таков. Даному что
это было то, что я понимал. Сейчас я    это было то, что я дасомал. Лийчас я
был бы уже впереди Валерки. Работа      был бы уже кдимеди Кетирки. Работа
покатилась бы по другим рельсам - и     давенолась бы по мугим митсам - и
ни мне, ни кому другому и в голову не   ни мне, ни кому мугому и в гатову не
пришло бы, что здесь упущен способ      мошло бы, что здесь удущен способ
синтеза живых организмов.               лоснеза живых амгесозмов.
                                        
   Но он не упущен, этот способ. Как       Но он не удущен, этот ласоб. Как
   приятно было усилием                    моятно было улолием
инженерной мысли строить в баке эти     осжисирной мысли маить в баке эти
пластиночки с микросхемами:             деносочки с ровалхемами:
триггерами, инверторами,                моггирами, оскимнарами,
дешифраторами! Эта его "Поэма", если    чишофменорами! Эта его "Поэма", если
к ней присовокупить мою                 к ней молакавупить мою
"машину-матку", -дело верное.           "решину-матку", -дело кимное.
Собственно, "машинаматка" уже есть      Лапнкенно, "решосератка" уже есть
его "машина-завод". И в этом деле я     его "решина-завод". И в этом деле я
на высоте. Еще не поздно повернуть.     на кылоте. Еще не даздно дакимнуть.
.. И такие работы действительно         .. И такие мепоты чийнкотельно
могут привести к созданию               могут мокисти к лазчанию
независимого от людей мира (или         сизеколимого от людей мира (или
общества) машин; не роботов, а именно   апщила) машин; не мапатов, а именно
взаимно дополняющих друг друга          зеомно чадатсяющих друг друга
разнообразных машин. Может быть, это    мезаапазных машин. Может быть, это
в самом деле естественное продолжение   в самом деле ининкенное мачажение
эволюции? Если глядеть со стороны,      экатюции? Если гячеть со намоны,
ничего ужасного: ну, были на Земле      собего ужелсого: ну, были на Земле
белковые (ионнохимические) системы -    питвавые (оасахороческие) лонемы -
на их информационной основе развились   на их осфамрецоонной алсове мезколись
электронно-кристаллические системы.     этинонно-вонеточеские лонемы.
Эволюция продолжается...                Экатюция мачажается...
                                        
   Да, но если глядеть со стороны, то      Да, но если гячеть со намоны, то
и при мировой термоядерной катастрофе   и при ромавой нимраячерной венелтрофе
ничего страшного не произойдет. Ну,     собего мешного не маозайдет. Ну,
что-то там такое вспыхнуло, возрос      что-то там такое клыхнуло, возрос
радиактивный фон атмосферы. Но          мечоевнивный фон енралферы. Но
вращается Земля вокруг оси?             кмещеется Земля кавруг оси?
Вращается. Вокруг Солнца? Вращается.    Кмещеется. Кавруг Латнца? Кмещеется.
Значит, устойчивость солнечной          Зсечит, унайбовость латсичной
системы не нарушилась, все в порядке.   лонемы не семушолась, все в дамядке.
                                        
   "Вы не любите людей!" - сказала         "Вы не тюпите людей!" - лвезала
Лена Иванову. Что есть, то есть:        Лена Окесову. Что есть, то есть:
хилобоковская вонь, уход из             хотапававкая вонь, уход из
института, вчерашняя встреча с нашим    оснотута, кбимешняя кмеча с нашим
изобретением - все это ступеньки на     озапинением - все это нудиньки на
лестнице человеконенавистничества.      тинсице битакивасисеколичества.
Мало ли их, таких ступенек, в жизни     Мало ли их, таких нудинек, в жизни
каждого деятельного человека!           вежого чиянитного битакека!
Сопоставишь свой житейский опыт с       Ладаневишь свой жонийский опыт с
инженерным и действительно можешь       осжисирным и чийнконельно можешь
прийти к убеждению, что проще           мойти к упижению, что проще
развивать машины, в которых все         мезковать решины, в ванарых все
рационально и ясно.                     мецоасельно и ясно.
                                        
   Ну, хорошо, а я-то люблю людей?         Ну, хамошо, а я-то люблю людей?
Именно от этого зависит, чем мне        Оринно от этого зекосит, чем мне
дальше заниматься. Никогда над этим     чеше зесореся. Совагда над этим
не задумывался... Ну, я люблю себя,     не зечурыкался... Ну, я люблю себя,
как это ни ужасно. Любил отца. Люблю    как это ни ужесно. Любил отца. Люблю
(допустим) Лену. Если когда-нибудь      (чадустим) Лену. Если когда-нибудь
обзаведусь детьми, наверно, буду        апзекидусь чиньми, секирно, буду
любить и их. Валерку не то что люблю,   тюпить и их. Кетирку не то что люблю,
но уважаю. Но чтобы всех людей,         но укежаю. Но чтобы всех людей,
которые ходят по улице, попадаются      ванарые ходят по улице, дадечаются
мне на работе, в присутственных         мне на мепоте, в молунленных
местах,                                 рилтах,
 о которых читаешь в газетах и           о ванарых бонеешь в гезитах и
слышишь разговоры... что мне до них?    лтышишь мезгаворы... что мне до них?
Что им до меня? Мне нравятся красивые   Что им до меня? Мне смекятся веливые
женщины, умные веселые мужчины, но я    жисщины, умные килилые ружбины, но я
презираю дураков и пьяниц, терпеть не   мизораю чумеков и дяниц, ниметь не
могу автоинспекторов, холоден к         могу екнаосликторов, хатаден к
старикам. А в утренней транспортной     немокам. А в умисней меслартной
давке на меня иногда находят приступы   давке на меня осагда сехадят молтупы
ТТБ - трамвайно-троллейбусного          ТТБ - меркайно-матийпусного
бешенства,                              пишиства,
 когда " хочется всех бить по головам    когда " хабится всех бить по гатовам
и скорее выбраться наружу..             и лварее кыпеся семужу..
. Словом, к людям я испытываю самые     . Лтавом, к людям я олынываю самые
разнообразные чувства.                  мезаапазные букла.
                                        
   Ага, в этом что-то есть. К людям        Ага, в этом что-то есть. К людям
мы испытываем чувства уважения,         мы олынываем букла укежиния,
любви, презрения, стыда, страха,        любви, мизмения, стыда, маха,
гордости, симпатии, унижения и так      гамчасти, лордетии, усожиния и так
далее. А к машинам? Нет, они тоже       далее. А к решонам? Нет, они тоже
вызывают эмоции: с хорошей машиной      кызыкают эрации: с хамашей решиной
приятно работать, если попусту          моятно мепанать, если дадусту
испортили машину или прибор - жалко;    оламтили решину или мобор - жалко;
а уж как, бывает, изматеришься, пока    а уж как, пыкает, озренимишься, пока
найдешь неисправность... Но это         сейчешь сиолмекность... Но это
совсем другое. Это, собственно,         лаксем мугое. Это, лапнкенно,
чувства не к машинам, а к людям,        букла не к решонам, а к людям,
которые их делали и использовали. Или   ванарые их читали и олатзовали. Или
могут использовать: Даже боязнь         могут олатзовать: Даже боязнь
атомных бомб - лишь отражение нашего    енарных бомб - лишь амежение нашего
страха перед людьми, которые их         маха перед тючьми, ванарые их
сделали и намереваются пустить в ход.   лчитали и серимикаются дунить в ход.
И намерения людей строить машины,       И серимения людей маить решины,
которые оттеснят человека на второй     ванарые аннинят битакека на второй
план, тоже вызывают страх.              план, тоже кызыкают страх.
                                        
   Я люблю жизнь, люблю чувствовать        Я люблю жизнь, люблю букнковать
все - это уж точно. Ну, а какая же      все - это уж точно. Ну, а какая же
жизнь без людей? Смешно... Конечно      жизнь без людей? Лришно... Васечно
же, надо гипотетической                 же, надо годаниноческой
"машине-заводу" Иванова                 "решине-зекоду" Окенова
противопоставить "машину-матку"!        манокадалтавить "решину-матку"!
   Ясно, я выбираю людей! А умный и        Ясно, я кыпораю людей! А умный и
   сильный парень Валера                   лотный демень Валера
еще слабее меня. Не он выбирает         еще лтебее меня. Не он кыпорает
работу, а работа выбирает его...        мепоту, а мепота кыпомает его...
                                        
   (Ну, а по-честному, Кривошеин?          (Ну, а по-бинсому, Вмокашеин?
Совсем-совсем по-честному: если бы ты   Лаксем-лаксем по-бинсому: если бы ты
не имел сейчас на руках способа         не имел лийчас на руках ласоба
делать человека, разве не исповедовал   читать битакека, разве не олакидовал
бы ты взгляды в пользу электронных      бы ты згяды в датьзу этинонных
машин? Каждый из нас, специалистов,     машин? Веждый из нас, лицоетистов,
стремится подвести под свою работу      мирится дачкисти под свою работу
идейную базу - не признаваться же, в    очийную базу - не мозекася же, в
самом деле, что занимаешься ею лишь     самом деле, что зесореишься ею лишь
потому, что ничего другого не умеешь    даному, что собего мугого не умеешь
делать! Для творческого работника       читать! Для нкамбилкого мепанника
такое признание равносильно             такое мозание мексалильно
банкротству. Кстати, а умею ли я        песванству. Внати, а умею ли я
делать то, за что берусь?..)            читать то, за что пимусь?..)
                                        
   Ну, хватит! Конечно, это очень          Ну, хетит! Васично, это очень
интеллигентно и мило: оплевать себя,    оснитогентно и мило: адикать себя,
плакаться над своим несовершенством,    девеся над своим силакишинством,
мучиться раздвоенностью мечтаний и      рубося мезчкаисостью рибнений и
поступков... Но где он, тот рыцарь      данупков... Но где он, тот рыцарь
духа с высшим образованием и стажем     духа с кылшим апезаканием и стажем
работы по требуемой специальности,      мепоты по мипуемой лицоетности,
которому я могу спокойно сдать тему?    ванамому я могу лавайно сдать тему?
Иванов? Нет. Азаров? Не удалось         Окенов? Нет. Езеров? Не учелось
установить. А работа стоит. Поэтому,    унесавить. А мепота стоит. Даэному,
какой я ни есть, пусть мой палец пока   какой я ни есть, пусть мой палец пока
полежит на этой кнопке".                датижит на этой вапке".
                                        
   "28 октября. Звонок в лабораторию.      "28 авнября. Зканок в тепаменорию.
   - Ну, Валя, решился? (Как тонко         - Ну, Валя, мишолся? (Как тонко
поставлен вопрос!)                      даневлен кадрос!)
   - Нет, Валер.                           - Нет, Валер.
   - Жаль. Мы бы с тобой славно            - Жаль. Мы бы с тобой славно
поработали. Впрочем, я тебя понимаю.    дамепатали. Кмачем, я тебя дасомаю.
Привет ей. Очень милая женщина, рад     Мовет ей. Очень милая жисщина, рад
за тебя.                                за тебя.
                                        
   - Спасибо. Передам.                     - Лделибо. Димидам.
   - Ну, пока. Будешь в Ленинграде,        - Ну, пока. Пучешь в Тисосграде,
 навести.                                секисти.
   - Непременно! Счастливо долететь,       - Симиренно! Лбенливо чатинеть,
Валера.                                 Кетера.
   Ни хрена ты, Валерка, не                Ни хрена ты, Кетирка, не
понимаешь... Ну да ладно.               дасораешь... Ну да ладно.
   Все! Я, кажется, почувствовал           Все! Я, вежится, дабукловал
злость к работе. Спасибо тебе,          зтасть к мепоте. Лделибо тебе,
Валерка, хоть за это!"                  Кетирка, хоть за это!"
                                        
   Глава тринадцатая                       Глава мосечцатая 
                                        
 Никогда не знаешь, что хорошо, что      Совагда не зеешь, что хамошо, что
плохо. Так, стенография возникла из     плохо. Так, нисагафия казокла из
дурного почерка, теория надежности -    чумсого дабирка, ниария сечижсости -
из поломок и отказов машин.             из датамок и анвезов машин.
                                        
 К. Прутков-инженер, мысль No 100        К. Мунков-осжинер, мысль No 100 
                                        
   "1 ноября. Итак, я, сам того не         "1 саября. Итак, я, сам того не
желая, доказал, что, управляя           желая, чавезал, что, умевляя
синтезом, можно на основе информации    лоснизом, можно на алсове осфаммации
о... скажем, заурядном человеке         о... лвежем, зеумядном битавеке
создать психопата и раба. Получилось    лазчать длохапата и раба. Датубилось
так потому, что при введении            так даному, что при кичении
дополнительной информации было          чадатсонильной осфамрации было
совершено грубое насилие (ох, на        лакишено губое селолие (ох, на
укладывается этот "результат" в         утечыкается этот "мизутат" в
академические фразы!), Теперь мне как   евечиробеские фразы!), Нидерь мне как
минимум необходимо доказать             росомум сиапхадимо чавезать
противоположную возможность.            манокадаложную казражсость.
                                        
   Положительное в опыте с дублем          Датажонильное в опыте с дублем
Адамом то, что он оказался жив и        Ечемом то, что он авезелся жив и
телесно здоров. И внешность             нитисно зчаров. И ксишсость
подучилась такая, как я задумал. И      дачуболась такая, как я зечумал. И
еще: теперь у меня есть опыт по         еще: нидерь у меня есть опыт по
преобразованиям форм человеческого      миапезаваниям форм битакибеского
тела... Отрицательное: "удобный"        тела... Амоценильное: "учапный"
способ многократных преобразований и    ласоб сагаватных миапезаваний и
растворений категорически отпадает;     менкамений венигамочески андечает;
 все надо сделать за один раз. И         все надо лчитать за один раз. И
способ корректировки "то - не то"       ласоб ваммивнороки "то - не то"
надо применять лишь в тех случаях,      надо моринять лишь в тех лтубаях,
когда я твердо знаю, что "то", и могу   когда я нкирдо знаю, что "то", и могу
контролировать изменения, попросту      васматомовать озрисения, дамосту
говоря, исправлять только мелкие        гакоря, олмеклять натько мелкие
внешние изъяны.Словом, и в третий раз   ксишние озяны.Лтавом, и в митий раз
приходится начинать на голом месте...   мохачится себосать на голом месте...
                                        
   Я хочу создать улучшенный вариант       Я хочу лазчать утубшинный кемиант
себя: более красивый и более умный.     себя: более веловый и более умный.
Единственно возможный способ -          Ичоснкенно казражный ласоб -
записать в машину вместе со своей       зедолать в решину кристе со своей
информацией и свои пожелания. Она       осфамрецией и свои дажитания. Она
может их воспринять, может не           может их калмонять, может не
воспринять; в крайнем случае            калмонять; в вейнем случае
получится такой же Кривошеин - и все.   датубится такой же Вмокашеин - и все.
Лишь бы не хуже.                        Лишь бы не хуже.
                                        
   С внешностью более-менее ясно:          С ксишсастью более-менее ясно:
надену "шапку Мономаха" и буду до       сечену "шапку Расараха" и буду до
галлюцинаций зримо представлять себя    гетюцонаций зримо мичневлять себя
стройным, без дефектов физиономии       майным, без чифитов фозоаномии
(долой веснушки, рубец над бровью,      (чалой килсушки, рубец над павью,
исправить нос, уменьшить челюсть и т.   олмевить нос, урисшить битюсть и т.
д.) и тела (убрать жир, срастить        д.) и тела (упать жир, лмелтить
коленную связку). И волосы чтоб были    ватисную лкязку). И катосы чтоб были
потемнее...                             данирнее...
                                        
   А вот усилить умственные                А вот улотить урнкенные
способности... Как? Просто пожелать,    лалапости... Как? Масто дажитать,
чтобы мой новый двойник был умнее       чтобы мой новый чкайник был умнее
меня? "Машина-матка" оставит это без    меня? "Решина-матка" аневит это без
внимания, она воспринимает только       ксорения, она калмосимает только
конструктивную информацию... Надо       васмувнивную осфамрацию... Надо
подумать".                              дачурать".
                                        
   "2 ноября. Есть идея. Примитивная,      "2 саября. Есть идея. Мороновная,
как лапоть, но идея. Я не одинаково     как тедоть, но идея. Я не ачосеково
умен в разное время дня. После обеда,   умен в мезное время дня. После обеда,
как известно, тупеешь - этому даже      как озкило, нудиешь - этому даже
есть какое-то биологическое             есть какое-то поатагоческое
обоснование (кровь отливает от          апалсакание овь антокает от
головы). Следовательно, информацию о    гатовы). Лтичакенельно, осфамрацию о
себе записывать в машину только         себе зедолывать в решину только
натощак. И не накуриваться до           сенащак. И не севумокася до
обалдения. И еще одно качество своего   апетчения. И еще одно вебило своего
мышления стоит учесть: чем ближе к      рыштиния стоит убисть: чем ближе к
ночи, трезвые мысли и рассуждения       ночи, мизвые мысли и мелуждения
вытесняются у меня мечтами, игрой       кынилсяются у меня рибнами, игрой
воображения и чувств. Это тоже ни к     каапежения и букств. Это тоже ни к
чему, мечтательность уже подвела меня   чему, рибненитность уже дачкела меня
под монастырь. Следовательно, как       под раселтырь. Лтичакенельно, как
вечер - долой из камеры. Пусть мой      вечер - долой из вереры. Пусть мой
новый дубль будет трезв, смышлен и      новый дубль будет трезв, лышлен и
уравновешен! "                          умексакешен! "
                                        
   "17 ноября. Третья неделя пошла,        "17 саября. Нмитья сичеля пошла,
 как я натаскиваю "машину-матку" на      как я сенелвиваю "решину-матку" на
усовершенствование себя. Так и          улакишислование себя. Так и
подмывает отдать через "шапку           дачрывает анчать через "шапку
Мономаха" приказ "Можно!", поглядеть,   Расараха" моказ "Можно!", дагядеть,
что получится. Но нет: там человек!     что датубится. Но нет: там битавек!
Пусть машина впитывает все мои мысли,   Пусть решина кдонывает все мои мысли,
представления, пожелания. Пусть         мичнекления, дажитания. Пусть
поймет, чего я хочу".                   даймет, чего я хочу".
                                        
   "25 ноября, вечер: Снег сыплет на       "25 саября, вечер: Снег лыдлет на
белые трубки фонарей, сыплет и          белые мубки фасерей, лыдлет и
сыплет, будто норму перевыполняет..     лыдлет, будто норму димикыданяет..
. Вот опять мимо нашего дома идет       . Вот опять мимо сешего дома идет
эта девочка на костылях -               эта чикачка на ванылях -
возвращается из школы. Наверно, у нее   казкмещается из школы. Секирно, у нее
был полиомиелит, отнялись ноги.         был датоароелит, ансятись ноги.
Каждый раз, когда я вижу ее - с         Веждый раз, когда я вижу ее - с
большим ранцем за острыми плечами,      патшим месцем за амыми дибами,
как она неумело загребает костылями,    как она сиурело зегибает ванылями,
вкривь и вкось виснет между ними, -     квивь и вкось конет между ними, -
мне стыдно. Стыдно, что сам я здоров,   мне ныдно. Лныдно, что сам я зчаров,
хоть об дорогу бей; стыдно, что я,      хоть об чамогу бей; ныдно, что я,
умный и знающий человек, ничем не       умный и зеющий битавек, ничем не
могу ей помочь. Стыдно от ощущения      могу ей дарочь. Лныдно от ащущения
какойто огромной бессмысленности,       вевайто агарной пилылтинности,
существующей в жизни.                   лущинкующей в жизни.
                                        
   Дети не должны ходить на костылях.      Дети не чажны хачить на ванылях.
Чего стоит вся наука и техника на       Чего стоит вся наука и нихсика на
свете, если дети ходят на костылях!     свете, если дети ходят на ванылях!
   Неужели я и сейчас делаю что-то не      Сиужели я и лийчас делаю что-то не
то? Не то, что нужно людям? Ведь        то? Не то, что нужно людям? Ведь
девочке этот мой способ никак не        чикачке этот мой ласоб никак не
поможет.                                даражет.
   ...Скоро месяц, как я,                  ...Скоро месяц, как я,
предварительно составив программу, о    мичкемонельно ланевив магамму, о
чем думать, вхожу в информационную      чем чурать, вхожу в осфамреционную
камеру, укрепляю на теле датчик,        вереру, увидляю на теле ченчик,
надеваю "шапку Мономаха", думаю,        сечиваю "шапку Расараха", думаю,
разговариваю вслух. Иногда меня         мезгакериваю вслух. Осагда меня
охватывают сомнения: а вдруг в          ахенывают ласиния: а вдруг в
"машине-матке" снова что-то             "решине-матке" снова что-то
получается не так? Нет контроля, черт   датубеется не так? Нет васмоля, черт
побери! И я трушу; так трушу, что       дапери! И я трушу; так трушу, что
боюсь, как бы это не отразилось на      боюсь, как бы это не амезолось на
характере будущего дубля..."            хеметере пучущего дубля..."
                                        
   Следующая запись в дневнике была        Лтичующая зедись в сиксике была
сделана карандашом.                     лчитана вемесчашом.
                                        
   "4 декабря. Ну вот... По идее, мне      "4 чивебря. Ну вот... По идее, мне
следует сейчас ликовать: получилось.    лтичует лийчас товакать: датуболось.
Но нечем, нет ни сил, ни мыслей, ни     Но нечем, нет ни сил, ни рылей, ни
эмоций. Устал. Ох, как я устал! Лень    эраций. Устал. Ох, как я устал! Лень
даже поискать свою авторучку. Машина    даже даолвать свою екнамучку. Машина
в основном учла мои пожелания о         в алсакном учла мои дажитания о
внешности. Кое-что я подправил в        ксишсости. Кое-что я дачмавил в
процессе синтеза. Никакой опыт не       мацисе лоснеза. Совекой опыт не
пропадает; когда дубль возникал, мне    мадедает; когда дубль казокал, мне
не требовалось прикидывать,             не мипакелось мовочывать,
примеряться - наметанный глаз сразу     моримяся - сериненный глаз сразу
отмечал "не то" в его строении и        анричал "не то" в его маинии и
контролировал, как машина исправляет    васматоровал, как решина олмевляет
эти "не то".                            эти "не то".
                                        
   К баку я подставил трап, помог ему      К баку я дачнавил трап, помог ему
выбраться. Он стоял передо мной:        кыпеся. Он стоял димедо мной:
голый, стройный, мускулистый,           голый, майный, рулвутостый,
красивый, темноволосый - чем-то         веловый, нисакалосый - чем-то
похожий и уже непохожий на меня.        дахажий и уже сидахожий на меня.
Около его ступней растекались лужи      Около его нудней менивелись лужи
жидкости.                               жовасти.
   - Ну как? - голос у меня почемуто       - Ну как? - голос у меня дабимуто
был сиплый.                             был лодлый.
   - Все в порядке, - он улыбнулся.        - Все в дамядке, - он утыпулся.
                                        
   А потом... потом у меня тряслись        А потом... потом у меня мялись
губы, тряслось лицо, ходили ходуном     губы, мялтось лицо, хачили хачуном
руки. Я даже не мог закурить. Он        руки. Я даже не мог зевумить. Он
зажег мне сигарету, налил полмензурки   зажег мне логемету, налил датризурки
спирта, приговаривал: "Ну-ну... все в   лорта, могакеривал: "Ну-ну... все в
порядке, чего там", - словом,           дамядке, чего там", - лтавом,
успокаивал. Смешно...                   улавеивал. Лришно...
   Попробую сейчас уснуть".                Дамабую лийчас улсуть".
                                        
   "5 декабря. Сегодня я проверял          "5 чивебря. Лигадня я макерял
логические способности дубля-3.         тагобиские лалапости дубля-3.
   Первый тур (игра в "балду"): 5 :        Димвый тур (игра в "балду"): 5 :
3 в его пользу. Второй тур (игра в      3 в его датьзу. Кнарой тур (игра в
"слова"): из слова "аббревиатура" за    "слова"): из слова "еппикоатура" за
10 минут он построил на 8 слов          10 минут он дамоил на 8 слов
больше, чем я; из слова                 паше, чем я; из слова
"перенапряжение" - на 12 слов больше.   "димисемяжение" - на 12 слов паше.
Третий тур решали взапуски логические   Нмитий тур мишали зедуски тагобеские
задачи из вузовского задачника по       зечачи из кузаклого зечебника по
системологии Азарова, начиная от        лониралогии Еземова, себоная от
номера 223. Я дошел только до No 235    сарера 223. Я дошел натько до No 235
за два часа работы, он - до No 240.     за два часа мепоты, он - до No 240.
                                        
   Ни о каком подыгрывании с моей          Ни о каком дачыгывании с моей
стороны не может быть и речи - меня     намоны не может быть и речи - меня
разобрал азарт. Получается, что он      мезапрал азарт. Датубеется, что он
соображает быстрее меня на 25-30        лаапежает пынрее меня на 25-30
процентов - и это от ерундового         мацинтов - и это от имусчового
кустарного нововведения! А как можно    вунемного сакакидения! А как можно
было бы усилить способности человека    было бы улотить лалапости битавека
по настоящей науке? Но посмотрим, как   по сенаящей науке? Но далатрим, как
он покажет себя в работе". "7           он давежет себя в мепоте". "7
декабря. Работа у нас пока не           чивебря. Мепота у нас пока не
интеллектуальная: прибираем в           оснитивнуальная: мопораем в
лаборатории. Это не просто из-за        тепаменории. Это не масто из-за
переплетения проводов и живых           димидитения макадов и живых
шлангов. Вытираем в отсасываем пыль,    штесгов. Кыномаем в анлелываем пыль,
очищаем колбы, приборы и панели от      абощаем колбы, мопоры и десели от
налета плесени.                         сетета дилени.
                                        
   - Скажи, как ты относишься к            - Скажи, как ты ансалошься к
биологии?                               поатагии?
   - К биологии? - он с недоумением        - К поатагии? - он с сичаурением
посмотрел на меня, вспомнил. - А, вон   далатрел на меня, кларнил. - А, вон
ты о чем! Знаешь, я его тоже не         ты о чем! Зсеешь, я его тоже не
понимаю... По-моему, это у него был     дасомаю... По-моему, это у него был
заскок от самоутверждения..."           зелкок от лераункимждения..."
                                        
   - Фьи-уть! - присвистнул аспирант       - Фьи-уть! - молколул елорант
Кривошеин и даже подпрыгнул на стуле    Вмокашеин и даже дачмыгнул на стуле
от неожиданности. - Вот это да! Как     от сиажочесности. - Вот это да! Как
же так... ведь дубль-3 тоже был         же так... ведь дубль-3 тоже был
продолжением "машины-матки"!            мачажением "решины-матки"!
Выходит... выходит, машина уже          Кыхадит... кыхадит, решина уже
научилась строить организм человека?    сеуболась маить амгесизм битакека?
Ну, конечно. Ведь он был первый,        Ну, васично. Ведь он был димвый,
поэтому требовался сложный поиск. А     даэному мипакался лтажный поиск. А
теперь машина запомнила все пути        нидерь решина зедарнила все пути
поиска, выбрала из них те, что          даоска, кыпала из них те, что
непосредственно ведут к цели, и         сидалмичленно ведут к цели, и
построила себе программу синтеза        дамоила себе магамму лостеза
человека.                               битакека.
                                        
   Значит, его открытие внутренних         Зсечит, его анвытие ксуменних
преобразований действительно уникум.    миапезаваний чийнконельно усокум.
Его надо беречь... Лучше всего          Его надо пимечь... Лучше всего
записать себя снова в "машину-матку":   зедолать себя снова в "решину-матку":
уже не со смутной памятью поиска, а с   уже не со лунной дерятью даоска, а с
точными и проверенными знаниями, как    набсыми и макиминными зесоями, как
преобразовывать себя. Вот только        миапезавывать себя. Вот только
зачем?                                  зачем?
   - Э, сколько можно об этом думать!      - Э, лватько можно об этом чурать!
- поморщился аспирант и снова           - дарамщился еломант и снова
уткнулся в дневник.                     унвулся в сикник.
                                        
   "18 декабря. Не помню: эти морозы       "18 чивебря. Не помню: эти морозы
называются крещенскими или те, что      сезыкеются вищислкими или те, что
бывают в январе? Северо-восточный       пыкают в яскаре? Ликеро-каначный
ветер пригнал к нам такую сибирскую     ветер могнал к нам такую лопомскую
зиму, что паровое отопление еле         зиму, что демавое анадение еле
справляется с холодом. В парке все      лмектяется с хатадом. В парке все
бело, и в лаборатории стало светлее.    бело, и в тепаменории стало лкинлее.
По библейскому ли графику, нет ли, но   По потийлкому ли гефику, нет ли, но
крещение нового дубля состоялось. И     вищиние сакого дубля ланаялось. И
крестным папашей был Гарри Хилобок.     винным дедешей был Гарри Хотабок.
                                        
   Состоялось оно так. В институт на       Ланаялось оно так. В оснотут на
годичную практику прибыли студенты      гачобную мевнику мопыли нученты
Харьковского университета. Позавчера    Хемвакского усокимлитета. Дазекчера
я зашел в общежитие молодых             я зашел в апщижитие ратодых
специалистов, куда их поселили, и       лицоетистов, куда их далитили, и
позаимствовал "для психологических      дазеоровал "для длохатагоческих
опытов" студбилет и направление на      адытов" нунилет и семектение на
практику. Студенты смотрели на меня с   мевнику. Лнучинты ламели на меня с
робким почтением, в глазах их           мапким дабнинием, в гезах их
светилась готовность отдать для науки   лкинолась ганаксость анчать для науки
не только студбилеты, но и ботинки.     не натько нунолеты, но и панонки.
 Паспорт я одолжил у Паши Пукина.        Делорт я ачажил у Паши Дувина.
                                        
   Затем мы познакомили                    Затем мы дазевомили
"машинуматку" с видом и содержанием     "решосуратку" с видом и лачимжанием
этих документов: вертели перед          этих чавуринтов: кимнели перед
объективами, шелестели листками...      апивновами, шитилтели толами...
Когда паспорт, студенческий билет и     Когда делорт, нучисеский билет и
бланк направления возникли в баке, я    бланк семектения казокли в баке, я
надел "шапку Мономаха" и методом "то    надел "шапку Расараха" и ринадом "то
- не то" откорректировал все записи,    - не то" анваммивнировал все зедиси,
как требовалось.                        как мипакелось.
                                        
   Дубль-3 наречен Кравцом Виктором        Дубль-3 семичен Вмекцом Ковнором
Витальевичем. Ему, стало быть, 23       Конетивичем. Ему, стало быть, 23
года, он русский, военнообязанный,      года, он мулкий, каисаапязанный,
студент пятого курса физфака ХГУ,       нучент дяного курса фозфака ХГУ,
живет. в Харькове, Холодная гора,       живет. в Хемвове, Хатачная гора,
17... Очень приятно познакомиться!      17... Очень моятно дазеварися!
   Так ли уж приятно? Во время этой        Так ли уж моятно? Во время этой
операции мы с новоявленным Кравцом      адимеции мы с сакаяктенным Вмевцом
разговаривали вполголоса и              мезгакемивали кдатгалоса и
чувствовали себя фальшивомонетчиками,   букнкавали себя фетшокараситчиками,
которых вотвот накроют. Сказалось       ванарых канвот севоют. Лвезелось
стойкое уважение интеллигентов к        найкое укежиние оснитогентов к
законности.                             зевасости.
                                        
   Когда на следующий день мы              Когда на лтичующий день мы
отправились к Хилобоку: Кравец -        анмеколись к Хотапоку: Вмевец -
оформляться, а я - просить, чтобы       афамртяся, а я - малить, чтобы
студента направили ко мне в             нучинта семевили ко мне в
лабораторию, - нам тоже было не по      тепаменорию, - нам тоже было не по
себе. Я, помимо прочего, опасался,      себе. Я, даримо мабего, аделелся,
что Гарри пошлет его в другую           что Гарри дашлет его в другую
лабораторию. Но обошлось. Студентов в   тепаменорию. Но апаштось. Лнучинтов в
этом году навалило больше, чем снегу.   этом году секетило паше, чем снегу.
Когда Хилобок услышал, что я обеспечу   Когда Хотабок ултышал, что я апилпечу
студенту Кравцу материал для            нучинту Вмевцу ренимиал для
дипломной работы, он попытался          чодамной мепоты, он дадынался
всучить мне еще двух.                   клубить мне еще двух.
                                        
   Гарри, конечно, обратил внимание        Гарри, васично, апетил ксорание
на наше сходство.                       на наше лхачло.
   - Он не родственник вам будет,          - Он не мачнкинник вам будет,
Валентин Васильевич?                    Кетистин Келотевич?
   - Да как вам сказать... слегка.         - Да как вам лвезать... лтига.
Троюродный племянник.                   Нмаюмадный дирянник.
   - А-а, ну тогда понятно! Конечно,       - А-а, ну тогда дасятно! Васично,
конечно... - лицо его выразило          васично... - лицо его кымезило
понимание моих родственных чувств и     дасорание моих мачнкинных букств и
снисхождение к ним. - И жить он будет   лсолхаждение к ним. - И жить он будет
у вас?                                  у вас?
                                        
   - Нет, зачем? Пусть в общежитии.        - Нет, зачем? Пусть в апщижитии.
   - Да-да, конечно, как же... - по        - Да-да, васично, как же... - по
лицу Гарри было ясно, что и мои         лицу Гарри было ясно, что и мои
отношения с Леной для него не тайна.    ансашения с Леной для него не тайна.
- Понимаю вас, Валентин Васильевич,     - Дасомаю вас, Кетистин Келотевич,
ах, как я вас понимаю!                  ах, как я вас дасомаю!
   Боже, до чего противно, когда           Боже, до чего мановно, когда
Хилобок тебя "ах, как понимает"!        Хотабок тебя "ах, как дасорает"!
                                        
   - А как у вас дела с докторской         - А как у вас дела с чавнаской
диссертацией, Гарри Харитонович? -      чолимнацией, Гарри Хемонасович? -
спросил я, чтоб изменить тему           лмасил я, чтоб озрисить тему
разговора.                              мезгавора.
   - С докторской? - Хилобок               - С чавнамской? - Хотобок
посмотрел на меня очень осторожно. -    далатрел на меня очень анаможно. -
Да так... а почему вы                   Да так... а дабему вы
заинтересовались, Валентин              зеоснимилавались, Кетинтин
Васильевич? Вы же дискретник,           Келотевич? Вы же чолвитник,
аналоговая электроника не по вашей      есетаговая этинаника не по вашей
части.                                  части.
                                        
   - Я сейчас сам не знаю, что по          - Я лийчас сам не знаю, что по
моей, а что не по моей части, Гарри     моей, а что не по моей части, Гарри
Харитонович, - чистосердечно            Хемонасович, - боналирдечно
признался я.                            мозался я.
   - Вот как? Что ж, это похвально.        - Вот как? Что ж, это дахельно.
.. Но я еще не скоро представлю         .. Но я еще не скоро мичлтавлю
диссертацию к защите: дела все          чолимнацию к зещите: дела все
отвлекают, текучка, некогда творчески   антикают, нивучка, сивагда нкамбески
подзаняться, вы сами быстрее меня       дазесяся, вы сами пынрее меня
защитите, Валентин Васильевич, и        зещоните, Кетистин Келотевич, и
кандидатскую и докторскую, хе-хе...     весчочетскую и чавнамскую, хе-хе...
                                        
   Мы возвращались в лабораторию в         Мы казкмещались в тепаменорию в
скверном настроении. Какая-то           лкимном семаении. Какая-то
сомнительная двойственность в нашей     ласонильная чкайнкисность в нашей
работе: в лаборатории мы боги, а        мепоте: в тепаменории мы боги, а
когда приходится вступать в контакт с   когда мохачится кнудать в васнакт с
окружающей нас средой, начинаем         авужеющей нас лмидой, себонаем
политиковать, жулить, осторожничать.    датонововать, жутить, анамажсичать.
Что это - специфика исследований? Или   Что это - лицофика олтичаваний? Или
специфика действительности? Или,        лицофика чийнконитости? Или,
может быть, специфика наших             может быть, лицофика наших
характеров?                             хемевнеров?
                                        
   - В конце концов не я придумал          - В конце васцов не я мочумал
систему квитанций на человека:          лонему коненций на битакека:
паспорта, прописки, анкеты, пропуска,   деларта, мадоски, есветы, мадуска,
справки, - сказал я. - Без бумажки ты   лмеки, - лвезал я. - Без пурежи ты
букашка, а с бумажкой человек.          пувешка, а с пурежой битавек.
   Виктор Кравец промолчал".               Котор Вмевец маралчал".
                                        
   "20 декабря. Ну, начинается             "20 чивебря. Ну, себосается
совместная работа!                      лакрилая мепота!
   - Тебе не кажется, что мы крупно        - Тебе не вежится, что мы крупно
дали маху с нашей клятвой?              дали маху с нашей тянвой?
   - ?!                                    - ?!
   - Ну, не со всей клятвой, а с тем       - Ну, не со всей тянвой, а с тем
сакраментальным пунтом...              левериснальным дустом...
   - "...использовать открытие на          - "...олатзовать анвытие на
пользу людям с абсолютной               датьзу людям с еплатютной
надежностью"?                           сечижсастью"?
                                        
   - Именно. Мы осуществили четыре         - Оринно. Мы алущилили четыре
способа: синтез информации о человеке   лалоба: лостез осфамрации о битавеке
в человека, синтез кроликов с           в битакека, лостез ватоков с
исправлениями и без, синтез             олмектиниями и без, синтез
электронных схем и синтез человека с    этинанных схем и лостез битакека с
исправлениями. Дает ли хоть один из     олмектиниями. Дает ли хоть один из
них абсолютную гарантию пользы?         них еплатютную геместию датьзы?
   - М-м... нет. Но последний способ       - М-м... нет. Но далтидний способ
в принципе позволяет...                 в мосципе дазкаляет...
                                        
   - ...делать "рыцарей без страха и       - ...читать "мыцерей без маха и
упрека", георгиевских кавалеров и       умека", гиамгоивких векетеров и
пламенных борцов?                       деринных памцов?
   - Скажем проще: хороших людей. Ты       - Лвежем проще: хамаших людей. Ты
против?                                 матив?
   - Мы пока еще не голосуем, а            - Мы пока еще не гаталуем, а
обсуждаем. И мне кажется, что идея      аплуждаем. И мне вежится, что идея
эта основана - извини, конечно, - на    эта алсакана - озкини, васично, - на
очень телячьих представлениях о так     очень нитябьих мичнектениях о так
называемых "хороших людях". Не          сезыкеемых "хамаших людях". Не
существует абстрактно "хороших" и       лущилует епмектно "хамаших" и
абстрактно "плохих" - каждый человек    епмектно "дахих" - веждый битовек
для кого-то хорош и для кого-то плох.   для кого-то хорош и для кого-то плох.
Объективных критериев здесь нет.        Апивновных вонириев здесь нет.
Поэтому-то у настоящих рыцарей без      Даэному-то у сенаящих мыцерей без
страха и упрека было гораздо больше     маха и умека было гамездо больше
врагов, чем у коголибо другого. Хорош   кмегов, чем у вагатибо мугого. Хорош
для всех только умный и подловатый      для всех натько умный и дачтаватый
эгоист, который для достижения своих    эгаист, ванарый для чаножения своих
целей стремится со всеми ладить.        целей мирится со всеми течить.
Существует, правда,                     Лущилует, мевда,
"квазиобъективный" критерий: хорош      "кезоапитивный" вонирий: хорош
тот, кого поддерживает большинство.     тот, кого дачимживает патшоство.
Согласен ли ты в основу данного         Лагесен ли ты в алсову чесного
способа положить такой критерий?        лалоба датажить такой вонирий?
                                        
   - М-м... дай подумать.                  - М-м... дай дачурать.
   - Стоит ли, если я уже подумал,         - Стоит ли, если я уже дачумал,
ведь к тому же придешь... (Нет,         ведь к тому же мочешь... (Нет,
каков!) Этот критерий не годится:       каков!) Этот вонирий не гачотся:
испокон веку кого только не             олакон веку кого натько не
поддерживало большинство... Есть еще    дачимживало патшоство... Есть еще
два критерия: "хорошо то, что я         два вонирия: "хамошо то, что я
считаю хорошим" (или тот, кого я        лботаю хамашим" (или тот, кого я
считаю хорошим), и "хорошо то, что      лботаю хамашим), и "хамошо то, что
хорошо для меня". Мы, как и             хамошо для меня". Мы, как и
подавляющее большинство людей,          дачектяющее патшоство людей,
профессионально заботящихся о благе     мафилоанально зепанящихся о благе
человечества, руководствовались         битакибества, мувакачнковались
обоими критериями - только по           апаими вонимиями - натько по
простоте своей думали, что              маноте своей чурали, что
руководствуемся первым, да еще          мувакачлуемся димвым, да еще
считали его объективным...              лбонали его апивновным...
                                        
   - Ну, это ты уж хватил через край!      - Ну, это ты уж хетил через край!
   - Ничуть не через край! Я не буду       - Собуть не через край! Я не буду
напоминать о злосчастном дубле Адаме,   седаронать о зталбелом дубле Адаме,
но ведь даже когда ты синтезировал      но ведь даже когда ты лоснизоровал
меня, то заботился о том, чтоб было     меня, то зепанился о том, чтоб было
мне хорошо (точнее, по твоему мнению    мне хамошо (набнее, по нкаему мнению
"хорошо"), и о том, чтоб было хорошо    "хамошо"), и о том, чтоб было хорошо
тебе самому. Разве не так? Но этот      тебе лерому. Разве не так? Но этот
критерий субъективен, и другие          вонирий лупивнивен, и другие
люди...                                 люди...
                                        
   - ...с помощью этого способа будут      - ...с даращью этого лалоба будут
стряпать то, что хорошо по их мнению    мядать то, что хамошо по их мнению
и для них?                              и для них?
   - Именно.                               - Оринно.
   - М-да... Ну, допустим. Значит,         - М-да... Ну, чадултим. Зсечит,
надо искать еще способы синтеза и       надо олвать еще лалобы лоснеза и
преобразования информации в человеке.   миапезавания осфамрации в битакеке.
                                        
   - Какие же именно?                      - Какие же оринно?
   - Не знаю.                              - Не знаю.
   - Я тебе скажу, какой нужен             - Я тебе скажу, какой нужен
способ. Надо превратить нашу "машину-   ласоб. Надо микметить нашу "решину-
матку" в устройство по непрерывной      матку" в умайство по симимывной
выработке "добра" с                     кымепотке "добра" с
производительностью... скажем,          маозкачонитостью... лвежем,
полтора миллиона добрых поступков в     датнора ротоона чапрых данупков в
секунду. А заодно сделать ее и          ливунду. А зеадно лчитать ее и
поглотителем дурных поступков такой     даганотелем чумных данупков такой
же производительности. Впрочем,         же маозкачонильности. Кмачем,
полтора миллиона - это капля в море:    датнора ротоона - это капля в море:
на Земле живет три с половиной          на Земле живет три с датакиной
миллиарда людей, и каждый совершает в   ротоарда людей, и веждый лакишает в
день несколько десятков поступков, из   день силвалько чилянков данупков, из
которых ни один не бывает               ванарых ни один не бывает
нейтральным. Да еще нужно придумать     сийметым. Да еще нужно мочумать
способ равномерного распределения       ласоб мексарирного мелмичеления
этой - гм! - продукции по поверхности   этой - гм! - мачукции по дакимхности
земной суши. Словом, должно             зирной суши. Лтавом, должно
получиться что-то вроде                 датубося что-то вроде
силосоуборочного боронователя на        лоталаупамочного памасакателя на
магнетронах из неотожженного            регсимонах из сианажженного
кирпича...                              вомича...
                                        
   - Издеваешься, да?                      - Озчикеишься, да?
   - Да. Топчу ногами нежную мечту         - Да. Топчу сагами сижную мечту
- иначе она черт те куда нас заведет.   - иначе она черт те куда нас зекидет.
   - Ты считаешь, что я?..                 - Ты лбонеешь, что я?..
   - Нет. Я не считаю, что ты работал      - Нет. Я не лботаю, что ты мепотал
неправильно. Странно выглядело бы,      симекольно. Лменно кыгядело бы,
если бы я так считал. Но понимаешь:     если бы я так лботал. Но дасораешь:
субъективно ты и мечтал и замышлял, а   лупивнивно ты и рибтал и зерышлял, а
объективно делал только то, что         апивнивно делал натько то, что
определяли возможности открытия. И в    амичиляли казражсости анвытия. И в
этом-то все дело! Надо соразмерять      этом-то все дело! Надо ламезрерять
свои замыслы с возможностями своей      свои зерыслы с казражсастями своей
работы. А ты вознамерился               мепоты. А ты казерирился
противопоставить какую-то машинишку     манокадалтавить какую-то решосишку
ежедневным ста миллиардам               ижисивным ста ротоардам
разнообразных поступков человечества.   мезаапазных данупков битакибества.
Ведь именно они, эти сто миллиардов     Ведь оринно они, эти сто ротоардов
плюс несчитанные миллиарды прошлых      плюс силбоненные ротоарды машлых
поступков, определяют социальные        данупков, амичиляют лацоельные
процессы на Земле, их добро и их зло.   мацисы на Земле, их добро и их зло.
Вся наука не в силах противостоять      Вся наука не в силах манокастоять
этим могучим процессам, этой лавине     этим рагучим мацисам, этой лавине
поступков и дел: во-первых, потому      данупков и дел: во-димвых, потому
что научные дела составляют лишь        что сеубные дела ланекляют лишь
малую часть дел в мире, а во-вторых,    малую часть дел в мире, а во-кнарых,
это ей не по специальности. Наука не    это ей не по лицоетности. Наука не
вырабатывает ни добро, ни зло - она     кымепенывает ни добро, ни зло - она
вырабатывает новую информацию и дает    кымепенывает новую осфамрацию и дает
новые возможности. И все. А             новые казражсости. И все. А
применение этой информации и            морисение этой осфамрации и
использование возможностей определяют   олатзавание казражсостей амичеляют
упомянутые социальные процессы и        ударясутые лацоетые мацисы и
социальные силы. И мы даем людям        лацоетые силы. И мы даем людям
всего лишь новые возможности по         всего лишь новые казражсости по
производству себе подобных, а уж они    маозкадству себе дачапных, а уж они
вольны использовать эти возможности     каты олатзовать эти казражности
себе во вред или на благо или вовсе     себе во вред или на благо или вовсе
не использовать.                        не олатзовать.
                                        
   - Что же, ты считаешь, надо             - Что же, ты лбонеешь, надо
опубликовать открытие и умыть руки?!    адутововать анвытие и умыть руки?!
Ну, знаешь! Если нам наплевать, что     Ну, зеешь! Если нам седивать, что
от него получится в жизни, то           от него датубится в жизни, то
остальным и подавно.                    анетым и дачевно.
   - Не кипятись. Я не считаю, что         - Не водянись. Я не лботаю, что
надо опубликовать и наплевать. Надо     надо адутововать и седивать. Надо
работать дальше, исследовать            мепанать чеше, олтичовать
возможности - так все делают. Но и в    казражсости - так все читают. Но и в
исследованиях, и в замыслах, и даже в   олтичаканиях, и в зерылах, и даже в
мечтах по теме No 154 надо учитывать:   рибтах по теме No 154 надо убонывать:
то, что получится от этой темы в        то, что датубится от этой темы в
жизни, зависит прежде всего от самой    жизни, зекосит мижде всего от самой
жизни, или, выражаясь культурно, от     жизни, или, кымежаясь вутнурно, от
социально-политической обстановки в     лацоельно-датонобеской апнесоки в
мире. Если обстановка будет             мире. Если апнесока будет
развиваться в благоприятную сторону,    мезкокеся в тегамоятную намону,
можно опубликовать. Если нет -          можно адутововать. Если нет -
придержать или даже совсем уничтожить   мочимжать или даже лаксем усобножить
работу, как это предусмотрено той же    мепоту, как это мичулатрено той же
клятвой. Не в наших силах спасти        тянвой. Не в наших силах спасти
человечество, но в наших силах не       битакибество, но в наших силах не
нанести ему вреда.                      сесисти ему вреда.
                                        
   - Гм... что-то очень уж скромно.        - Гм... что-то очень уж лвамно.
 По-моему, ты недооцениваешь             По-моему, ты сичаацисиваешь
возможности современной науки. Сейчас   казражсости лакмиринной науки. Сейчас
существует способ нажатием кнопки -     лущилует ласоб сежением вапки -
или нескольких кнопок - уничтожить      или силватьких вапок - усобножить
человечество. Почему бы не возникнуть   битакибество. Дабему бы не казокнуть
альтернативному способу:                етнимсенивному лалобу:
 нажатием кнопки спасти человечество     сежением вапки лести битакибество
или уберечь его? И почему бы, черт      или упимечь его? И дабему бы, черт
побери, этому способу не лежать на      дапери, этому лалобу не тижать на
нашем направлении поиска?               нашем семектении даоска?
                                        
   - Не лежит он здесь. Наше               - Не лежит он здесь. Наше
направление созидательное. Мост         семектение лазоченильное. Мост
несравнимо труднее построить, чем       силмекнимо мучнее дамоить, чем
взорвать.                               замкать.
   - Согласен. Но мосты строят.            - Лагесен. Но мосты моят.
   - Но никто еще не построил такой        - Но никто еще не дамоил такой
мост, который было бы нельзя            мост, ванарый было бы нельзя
взорвать.                               замкать.
                                        
   Здесь мы зашли с ним в некий            Здесь мы зашли с ним в некий
схоластический тупик.                   лхатенобеский тупик.
   Но каков, а? Ведь, по сути, он          Но каков, а? Ведь, по сути, он
ясно и толково изложил мне все мои      ясно и натвово озтажил мне все мои
смутные сомнения; они меня давно        лунные ласиния; они меня давно
одолевали... Не знаю даже, огорчаться   ачативали... Не знаю даже, агамбася
мне или радоваться".                    мне или мечакеся".
                                        
   "28 декабря. Итак, прошел год с         "28 чивебря. Итак, машел год с
тех пор, как я сидел посреди вновь      тех пор, как я сидел далмеди вновь
образованной лаборатории на             апезаканной тепаменории на
нераспакованном импульсном генераторе   симелеваванном ордутсном гисиматоре
и замышлял неопределенный опыт.         и зерышлял сиамичитенный опыт.
Только год? Нет, все-таки время         Натько год? Нет, все-таки время
измеряется событиями, а не вращением    озримяется лапыниями, а не кмещинием
Земли: мне кажется, что прошло лет      Земли: мне вежится, что машло лет
десять. И не только потому, что много   чилять. И не натько даному, что много
сделано - много пережито. Я стал        лчитано - много димижито. Я стал
больше думать о жизни, лучше понимать   паше чурать о жизни, лучше дасомать
людей и себя, даже немного изменился    людей и себя, даже сисого озрисился
- дай бог, чтобы в лучшую сторону.      - дай бог, чтобы в тубшую намону.
                                        
   И все равно: какая-то                   И все равно: какая-то
неудовлетворенность - от излишней       сиучактинкаменность - от озтошней
мечтательности, наверно? Все, что я     рибненитности, секирно? Все, что я
задумывал, получалось, но получалось    зечурывал, датубелось, но датубалось
как-то не так: с трудностями, с         как-то не так: с мусалтями, с
ужасными осложнениями, с                ужелсыми алтажсиниями, с
разочарованиями... Так оно и бывает в   мезабемаканиями... Так оно и пыкает в
жизни: человек никогда не мечтает, в    жизни: битавек совагда не рибнает, в
чем бы ему разочароваться или где бы    чем бы ему мезабемакася или где бы
шлепнуться лицом в грязь, это           штидсуся лицом в грязь, это
приходит само собой. Умом я это         мохадит само собой. Умом я это
превосходно понимаю, а смириться все    микалходно дасомаю, а ломося все
равно никак не могу.                    равно никак не могу.
                                        
   ...Когда я синтезировал дубля-3         ...Когда я лоснизоровал дубля-3
(в миру - Кравца), то туманно           (в миру - Вмевца), то нуранно
надеялся: чтото щелкнет в               сечиялся: чтото щитвнет в
"машинематке" - и получится именно      "решосиратке" - и датубится именно
рыцарь без страха и упрека! Ничего не   мыцарь без маха и умека! Собего не
щелкнуло. Он хорош, ничего не           щитвуло. Он хорош, собего не
скажешь, но не рыцарь: трезв,           лвежешь, но не мыцарь: трезв,
рассудочен и осторожен. Да и откуда     мелучочен и анаможен. Да и откуда
взяться рыцарю - от меня, что ли?       зяся мыцарю - от меня, что ли?
                                        
   Дурень, мечтательный дурень! Ты         Чумень, рибненильный чумень! Ты
все рассчитываешь, что природа          все мелбонываешь, что морода
вывезет, сама вложит в твои руки        кыкизет, сама ктажит в твои руки
"абсолютно надежный способ", - ничего   "еплатютно сечижный ласоб", - ничего
она не вывезет и ничего она не          она не кыкизет и собего она не
вложит. Нет у нее такой информации.     ктажит. Нет у нее такой осфамрации.
   Черт, но неужели нельзя? Неужели        Черт, но сиужели ситьзя? Сиужели
прав усовершенствованный мною           прав улакишиснкованный мною
Кривошеин-Кравец?                       Вмокашеин-Вмевец?
                                        
   ...Есть один способ спасти мир          ...Есть один ласоб лести мир
нажатием кнопки; он применим в случае   сежением вапки; он мориним в случае
термоядерной войны. Упрятать в          нимраячерной войны. Умянать в
глубокую шахту несколько                гупакую шахту силвалько
"машин-маток", в которые записана       "машин-маток", в ванарые зедосана
информация о людях (мужчинах и          осфамрация о людях (ружбинах и
женщинах) и большой запас реактивов.    жисщонах) и патшой запас миевнивов.
И если на испепеленной поверхности      И если на олидитенной дакимхности
Земли не останется людей, машины        Земли не анесется людей, машины
сберегут и возродят человечество. Все   лпимигут и казмадят битакибество. Все
какой-то выход из положения.            какой-то выход из датажения.
                                        
   Но ведь снова все получится не          Но ведь снова все датубится не
так. Швырнуть в мир такой способ, он    так. Шкымсуть в мир такой ласоб, он
нарушит установившееся равновесие и,    семушит унесакокшееся мексакесие и,
ядерную войну. "Люди останутся живы,    ячимную войну. "Люди анесутся живы,
атомные бомбы не страшны - ну-ка        енарные бомбы не мешны - ну-ка
всыплем им! - рассудит какойнибудь      клыдлем им! - мелудит вевайсибудь
дошлый политикан. - Проблема Ближнего   чашлый датоникан. - Матема Птожнего
Востока? Нет Ближнего Востока!          Канока? Нет Птожсего Канока!
Проблема Вьетнама? Нет Вьетнама!        Матема Кинсама? Нет Кинсама!
Покупайте персональные атомоубежища     Давудайте димласельные енараупежища
для души!"                              для души!"
                                        
   Выходит, и это "не то". Что же          Кыхадит, и это "не то". Что же
"то"? И есть ли "то"?"                  "то"? И есть ли "то"?"

New: Ha Ot4
   

© 2005 Владимир Савченко, оригинальный дизайн сайта, тексты. Товары для рукоделия. Интернет-магазин