Без Окнч для >  7 -значн слов
Дата: 02-02-2003
Начало ||-перевода в 14:38:25

Влади Савченко Новое Оружие

(пове-пьеса в 4-х действ с проло) Действу Лица: Иван Ивано Шардец - акаде, физик-ядерщик, руководи КБ-12, 60 лет Олег Викторо Макаров - началь управле, 48 лет Петр Ивано Самой - руководи поиско группы, 35 лет Ашот Карапе - инженер Валер, Якубо, Штерн, Саминс, Сердюк - начальн отделов и лаборат КБ-12 Илья Степаны - аспирант Сотруд Министер иностра дел СССР --------- Бенджа Голдвин - физик, Нобелев лауреат, 65 лет Фрэнсис Гарди - доктор физики, ассист Голдв, 35 лет Джон Кейв - второй ассист Голдв, 29 лет Джошуа Клинчер - полков, затем бригад генерал, 45 лет Эдгар Хениш - сенатор, председа комис по пробл ядерной полит, председа правле "Глобус компани", 60 лет Военный министр, 50 лет Мартин Дуберби - делец, 60 лет Кеннет - доктор математ, руководи отдела в Инсти математич игр, 40 лет. Инжен КБ-12, студе и преподава Массачусе технологиче инстит, адъюта, корреспон и т.д. Во всех действ сцена раздел пополам: в левой части показыва события в Советс Союзе, в правой - события в Соедине Штатах. По ходу дела освещае то левая, то правая сторона сцены. Между первым и вторым и между вторым и третьим действ прохо по году Пролог. "Персона Нон Грата" Освещ левая часть сцены. Комната в Министер иностра дел СССР. Шкаф с бумаг, шкаф с книгами, желтый несгора шкаф, телефон на тумбо, стол письмен, стулья обыкнове. За столом - сотруд Мид. Степаны (входит). Можно? Здравств. Вызыв? (сотру вопросите смотрит). Степаны, аспир физико-технологич инстит. Верну из Соедине Штатов. Сотруд. А... "персона нон грата"! Проход, садит... Ну, рассказыв! Степаны. Что рассказы-то? Сотруд. Как что? Все... Вас направ на стажиро по какой специальн? Степаны. Надежно электро устрой. Сотруд. Вот видите: надежно устрой. Зачем же вы... (берет бумагу, читает) "... учиты вышеизлож, Государст департа Соедине Штатов Америки денонси въезд визу подданн СССР Степаны Ильи Андреев и..." Нет, не то. М-м... ага, вот оно, вышеизлож! "... намере скрывал свое подданс, вел беседы, направле на подрыв существую в США обществе строя, пытался собир сведе, затрагива безопас государ..." (кладет бумагу). Вот и рассказыв: как же это так у вас получил? Наша страна осуществ культур обмен, оказыв вам доверие - а вы? Зачем скрыв подданс? Вели беседы? Собир сведе? Кто вас об этом просил?! Степаны. Да ничего я не скрывал, не вел и не собирал! Сотруд. То-ва-рищ Сте-па-ны-чев, из ничего ничего и не бывает. А вас посреди стажиро выслали из Штатов с такой (потряс) бумагой! Как добирал-то? Степаны. Из Фриско... Из Сан-Франци то есть, - через Токио и Владиво. Сотруд. Выходит, даже не разреш перелет над террито США, ого! Вот видите. Кругосве путешес соверш... Магел, Гагарин и аспир Степаны! Но, между прочим, вас посыл не в кругосве путешес. Как же так? Степаны. Ох. ну просто стихий бедст какое-то: попал - и ничего не подела! Ума не приложу; чего они на меня взъел? Вызвали в полицию, забрали визу и - в 24 часа... Сотруд. Давайте-ка по порядку. Куда вы определи на стажиро? Степаны. В Кембр, в штате Массачу. В Массачусе технологич инсти. (задума). Посто! Может, это мои разгов им не по душе пришл? Сотруд. Какие такие разгов? Рассказыв. Степаны. Э, споры всякие! Знаете, как я мечтал поработ в Мти. Еще бы - инсти Норбе Винера, родина киберне! А вышло (машет рукой) совсем не то... Затемне. Освещае правая часть сцены. Лаборат электро техники в Массачусе технологич инстит. Блоки вычислите машин, путан прово, прибор стенды с надпи на английс языке. За широким - во всю стену - окном кубистич пейзаж американс города. На перед плане группа студен и преподава Мти. 1-й Студент. Нет, этого русск надо полож на лопатки! 2-й Студент. Дик, смотри: пришел Клод Ренинг с кафедры социол (указыв на челов средних лет в очках и строгом костюме). Ну, держись, Степант! Степаны (входит с папкой в руке. Увидев группу, морщи, но - выжим улыбку). Гуд монинг! Общее: "Гуд монинг!" "Привет, Ил!" 1-й Студент (с полупокл). Привет средн советцу от средних америка. Преподава. Ил, я хочу познако вас с одним интере челове. Он, кстати, почти красный, раздел многие ваши взгляды. (подво Ренинга) Клод, это Ил Степант, наш стажер из России. Ил, это Клод Ренинг. Степаны и Ренинг кивают друг другу. Ренинг. Фред прав, я действите разде многие ваши взгляды. Но - мне не нрави ваша теория прибаво стоимо! Степаны. Собстве, это теория не иоя, Маркса. А чем? Ренинг. Видите ли, она слишком упрощ сущес дела. По Марксу получае, что бизнесм отним у рабочих большую часть производи ими проду. Возмо, это и так. Но вы не можете отриц, что бизнес, вклады капит в новое дело, сильно рискует. Он может разорит! И прибыль, которую он потом получ, это справедл плата за риск - разве не так? Степаны. Прост, а что заставл его рисков? Ренинг. М-м... желание получ прибыль, разумее. Степаны. Так что здесь - причина, что - следст? 1-й Студент. Ну-у! Это слишком схоласт! Степаны. Ладно, давайте не схоласт. Напри: гангс, когда грабит банк, рискует? Ренинг. Разумее. Степаны. И его добыча - тоже плата за риск, так? Тогда, прост, в чем же разница между гангсте и бизнесм?! Оживле в группе. Ренинг. О, это слишком упроще! Это для пропага! Затемне. Снова освещае правая сторона. Та же лаборат, вечер. Газосве трубки под потол. За окном - огни ночного города Группа споря в нескол ином составе. В центре - посолове Степаны. Преподава (наступ на Степаны) . Если вы не собирае на нас напад, то зачем же вооружае ракет и ядерными боеголов? Почему ваши атомные подло плавают в Атлант и в Тихом океане? Степаны. А почему ваши подло плавают у наших берегов? Почему вы наращив ядерное вооруже? Преподава. Ну, мы-то понятно. Мы не хотим, чтобы повтор Пирл-Харбор. А вот вы... Степаны. А мы не хотим, чтобы повтори 41-й год! 1-й Студент. Ил, а вас специал инструктир, как отвеч, да? 2-й Студент. Кстати, Ил, почему ваши газеты сообщ только о наших ядерных взрывах?.. Затемне Освещае левая сторона сцены: комната в Мид Степаны. И так - полгода. Споры везде, со всеми и обо всем. О загадоч русской душе и демокра... об однопарти системе, втором фронте, третьей силе, четвер измере, пятой колонне, шестом чувстве... мама родная! Какая тут могла быть стажиро по надежно! Сотруд. Однако это не то, товарищ Степаны. Со всеми нашими там ведут подоб разгов, дело обычное. Степаны. Но... может, меня взяли на заметку? Сотруд. Конечно, взяли. Всех наших там берут на заметку... Затемне. Освещае правая сторона: кабинет полковн Клинчера в Управле стратегич разве. Пластмасс жалюзи на окнах. Сумереч свет. На столике магнито. В креслах Клинчер и Лейте (в котором можно узнать одного из участни спора) слушают запись. Голос Степаны. ... Вы накаплив оружие - и мы накапли оружие. Но разница все-таки в том, что у нас на этом деле никто не наживае!.. Клинчер (выключ магнито). Для стажера из России он слишком хорошо владеет английс языком... Лейтен. И эрудиро, затраги слишком широкий круг тем, сэр. Не похож на узкого специал. Клинчер. Да-да. Не упуска его из виду, лейтен. Затемне справа. Освещае комната в Мид СССР. Сотруд. Но все это ни о чем не говорит. За это не высыл - тем более с такими ужасн намек... Вы сказали, что сначала определи в Массачусе инсти. А потом? Степаны. Потом... ну, я понял, что работы здесь не будет. Договор с нашими о перев в Калифорни универс в Беркли. На кафедру професс Тиндаля. Но поработ не успел. Через две недели меня выслали. Сотруд. Так-так... А в Беркли с кем знакоми, беседов? Степаны. Почитай, что ни с кем. Только с работни кафедры. Да и то бесед избегал, хватит. Впрочем... еще с одним челове пару раз погово: с Франком... с Фрэнси Гарди, физиком. Интере парень! Сотруд. И о чем же вы беседов с этим интерес парнем? Степаны (пожим плечами). Да... ни о чем, собстве... Затемне слева. Освещае правая сторона: кафете в лаборато корпусе Калифорний универси. Никелиров стойки с готов блюдами. Кофей агрегат. За столик - студенты и преподава. От стойки с подно в руках идет Степаны, ищет место. Подхо к столу, за которым в вольной позе сидит Фрэнк. Он кейфует. Степаны. Здесь свобо? Фрэнк. Прошу! (наблюд, как Степаны расстав тарелки и чашки). Новень? Степаны (усажива). Да. Фрэнк. Физика? Степаны (принима за еду). Нет. Фрэнк. Химия? Степаны. Нет. Фрэнк. Математ, наконец? Степаны. Нет... Надежно электро устрой. Фрэнк. А вы не очень общител, специал по надежно. Степаны. А так оно надеж. Фрэнк. Возмо, возмо... И откуда? Степаны. Из... (поколеба) из Массачусе технологиче. Затемне справа. Освещае комната в Мид СССР. Сотруд. Значит, вы скрыли от него, что вы из СССР? Степаны. А с какой стати я должен сообщ это каждому случайн собесед! Мне уже надоело. Сотруд. Но выходит, такой факт был? Вот видите. Продолж, пожалуй. Затемне слева. Освещае кафете. Степаны ест, потом берет перечн, трясет над тарел. Безрезуль. Фрэнк. Отказ... Или, как у вас говорят: сбой? Степаны. Перец, наверно, кончи. (ест). Фрэнк. Чем вас привлек наша фирма? Сколько вы зарабат раньше? Сколько отклады? Есть ли у вас девушка? Жена? Любит ли она одеват по моде? Любите ли вы кино? Бейсбол? Гонки автомоб? Любит ли это ваша девушка или жена? Какие суммы вам предс выплат по покуп в рассро? Какую религию вы исповед? Степаны поперхн, изумле смотрит на него. Э, да вы совсем зеленый, надежно устрой! Еще не заполн эту Великую Механиче Испов для специал, поступаю на работу? Ничего, не отчаивай. Скоро и ваши 140 ответов будут набиты на перфоле для оценки в вычислите машине. Только не вздума в графе "Какую религию вы исповед?" постав прочерк или, боже упаси, напис "атеист"! Не набер проходн балла. Даже самые вольнодумст интеллиг стыдл пишут "агнос", что значит: верящий в непознава. Степаны. А... почему? Фрэнк. Потому что надо быть как все. Оценоч машины не любят оригина. Человек как все - не опасен. От него нельзя ждать ничего велик и неожидан. Он будет любить бейсбол, девушек, гонки, приспосабли к обстоятель, старат в поте лица. Степаны крутит головой, принима за второе блюдо. У вас дети есть, надежно? Степаны. Да. Сын. Фрэнк. А вот у меня нет. Хотя я мог бы прокорм и не одного. Боюсь. Боюсь будущ... Степаны. Послуша, зачем вы мне это говор? Фрэнк. Зачем? Просто так... как в поезде. А потом, вы мне чем-то симпати, надежно электро устрой. Наверно, тем, что у вас все впереди: и удачи, и разочаров... (откидыва на стуле). И наука у вас симпати: надежно. Есть в ней что-то добродете, солид - как в потер штанах, которые носят десять лет. Степаны смотрит на него с той степе выразитель, которая обычно предшест хорош мордо. Хотите что-то сказать? Степаны (вздох). Нет. Я лучше поем. Фрэнк (закури). Только теперь никто не носит брюки десять лет. Все меняе быстрее: одежда, люди, машины, страны... Мир поздно спохват с этой вашей надежно. На Земле все возраст и возраст запас энергии - то есть, по законам термодина, она перехо во все более неустойч, ненадеж состоя. Однажды энергия высвобод: бжик! - и все. Так что надежно тоже занимат не стоит. Степаны. А чем стоит? Фрэнк. Пожалуй, астроно. Сидеть у телеск, наблю далекиепред миры, сознав свое ничтоже, ничтоже нашего мира. И утешать себя, что если мир лопнет - во Вселен ровно ничего не измени. Плане больше - плане меньше... Степаны (допив кофе, ставит чашку). Короче говоря, вы - физик-ядершик? Фрэнк (удивле). О-о! Быстрое, но верное умозаключ. Это как же вы пости, надежно? Степаны. Очень просто. По компле неполноцен. Фрэнк. Это уже интере! Вы счита, что у нас, ядерщи, развит компл неполноцен? Это отчего же? Степаны (он поел, и теперь тоже не прочь позабави). Извес, от чего: от двух с полови нейтро. Тех самых, что выделяю в среднем на одно деление ядра урана или плуто. Фрэнк. А при чем здесь они? Степаны. Да все при том же. Чем была ваша ядерная физика, пока не открыли цепную реакцию с этими двумя с полови нейтрон? Да вас никто и знать не хотел! Только тем и вознесл, что напугали людей атомной бомбой... и сами ее испугал! Все ваши изобрет держа на этих разнесчас двух с полови нейтро: реакт, бомбы, атомные подло... Так что сама ваша наука неполноц, висит на тонень ниточке цепной реакции. Разве можно ее сравн, скажем, с электрон, где использу сотни явлений природы? Эксплуати всего одно явление и сами его толком не понима! Что, если, к примеру, при делении ядер станет выскаки только нейтрон? А? Все: нету ядерной физики. Или наобо: четыре нейтрона на деление? Тоже крышка - и науке, и всему... Вот так, два с полови нейтр! (встает). Фрэнк (ошеломл). О, парень, ты, я вижу, не так прост! Степаны. Ладно. Приятно было побеседо. Пока... цепная реакция! (уходит). Затемне справа. Освещае комната в Мид СССР. Сотруд. Ну зачем же вы с ним так-то! Степаны. Послуша, живой я, в конце концов, человек или нет! Он сидел, портил мне аппетит и настрое... могу же и я испор ему настрое. Сотруд. И вы еще с ним разговари? Степаны (скуч голосом). Ну, встрети еще разок, в кафете, беседов. Его заело мое отноше к ядерной физике, он стара меня переубе... Сотруд. А вы что же - знаете ядерную физику? Степаны. Да как вам сказать? Успешно работ бы вряд ли не смог. А прият беседу отчего не поддерж! Сотруд. Ну-ну, рассказыв, о чем вы беседов. Степаны. О, господи, да ведь вам-то совсем это неинтер будет слушать. Сотруд (встает). Дорогой товарищ Степаны, мне вас действите неинтер слушать, вы правы. Мне совсем неинтер вытягив из вас слово за словом! Мне вообще вся эта история была бы глубоко неинтер, если бы... (подним палец), если бы вас после ваших неинтере разгово не выслали из Штатов как подозрева в шпион! Степаны. После этого - еще не значит вследст этого. Сотруд. А вследст чего же? Чего? Степаны пожим плечами. Ну, вот что (протяги стопку бумаги) - садит и опишите подро ваши беседы с этим Фрэнси Гарди: что вы говор, что он говорил. Не упуска ничего. Пишите разборч, с полями, на одной стороне листа. Дадим на заключе специали. Занавес. Дейст первое. Цепная Реакция. Картина Первая. Освещ левая часть сцены: домаш кабинет академ Шардецк. Одна стена сплошь из книг. Старомо письмен стол, завале бумаг и журнал. Шардец сидит в кресле у окна, на коленях портати пишущая машинка; что-то печат на ней. Входит Макаров. В руке у него желтый номер портф; с такими портфел не ходят по улице - их возят в машине. Макаров. Разреш, Иван Ивано? Добрый день, как ваше дражай? Шардец (подним голову). О, Олег Викторо! Вот не ждал! (ставит машинку на подокон). Здравств, рад вас... (пыта поднят, но болезне морщи, опускае). А, черт... когда у нас науча лечить ревмат, вы не знаете? С самой войны маюсь. Макаров (усажива рядом на стул). К ревмати надо относи серье, Иван Ивано. Врачи говорят: ревмат лижет суставы, но кусает сердце. Пчели укусы, говорят, помог. Не пробов? Шардец. А! Хорошая погода - вот она действите помог. Само прохо... Олег Викторо, если вы станете меня уверять, что остав дела в министер, чтобы посудач со мной о влиянии пчел на течение ревматиче проце, то я вам, прост, не поверю. Макаров. А я и не буду вас в этом уверять, Иван Ивано... (отпир и открыв портф, достает сколо листы). Я к вам вот по какому вопросу. Недавно из Соедине Штатов выслали одного нашего стажера. По подозре в шпион. Причина высылки - изложен им вот здесь разгов. Нам их пересл из Мида на заключе. Почита, пожалуй. Шардец (берет листы). С кем же этот молодой человек так неосмотрит побесед? Макаров. С неким Фрэнси Гарди. докто физики. Шардец. Гарди, Гарди... знако фамилия... Ага, есть, вспом: Бенджа Голдвин и Фрэнсис Гарди, моногра "Свойства электро и мюонных нейтрин". Перевед и издана у нас в прошлом году. Очень толко книга, скажу вам. Стало быть, этот Гарди - сотруд Голдв. Что ж, почит... Затемне слева; виден только - в неярком луче прожект - читаю Шардец Освещае правая сторона сцены: все тот же кафете в Беркли. Негрубо ставит стулья вверх ножками на столы За столи на перед плане Степаны и Фрэнк. Перед ними тарелки, банки с пивом. Фрэнк. Нет, Ил, ты неправ: помеш цепной реакции нельзя. Пробов воздейств и температ, и давлен - чем угодно. Распад и деление ядер - явления незыбле. Степаны. Незыбле - пока не нашли что-то, влияю на свойс ядер. И атомы когда-то считал незыбле! Фрэнк. Но что - влияю? Степаны. Не знаю, откуда мне знать! Это вам надо искать и знать, ядерщи. А то ломаете атомы, как дети игрушки... Ничего удивитель, что атомные ядра разруша. Все разруша, я в этом разбира. Металл - ржавеет, скалы - рассыпа, приборы портя. Звезды - и те гаснут или взрываю. Ничто не вечно... Удивите другое: есть атомные ядра, которые не распада совсем. Это - уникум в нашем мире. Фрэнк. Ядра стабиль изото? Что же здесь удивитель: в таких ядрах мал запас внутрен энергии... (отхлебы пиво, режет сосиску, встряхи над ней перечн. Безрезуль). Что за черт, никогда v них перца нет! Степаны (увлече) Вот здесь и обнаружив, что у нас с тобой разный взгляд на предм. Вы, ядерщ, приним устойчив ядер в силу факта. Нашли удобное оправда: мало внутрен энергии. И еще - "магичес числа" частиц в ядре. Слово-то какое: "магичес числа"! И где? В науке! Да уважаю себя электро удави бы от позора, если бы в его науке обнаруж такие числа!.. А вот с точки зрения теории надежно, стабил изото в природе не может быть. Фрэнк. Это почему? Степаны. Потому что ядро - система, взаимодейст с окружаю средой. Такие системы не могут существо бескон долго. Стабиль же ядра существ именно бесконе долго! Иначе из миллиар ядер хоть малая часть распада бы, как в радиоакти изото. Фрэнк. Их не может быть - однако они есть. С этим нельзя не считат, теория надежно. (отхлебы пиво). Степаны. Значит, есть не только они. Наверно, в природе существ какой-то процесс, поддержив устойчив таких ядер. Процесс - а не "магичес числа"! А для радиоакти веществ этот процесс нарушен. Фрэнк. Гм... что же, по-твоему, радиоактив - это какая-то болезнь атомных ядер? Степаны. Именно! Именно, черная магия! И вы не лечите эту болезнь, даже наобо: заража радиоактивн все новые и новые атомы. Сколько было естеств радиоакти веществ, а? Фрэнк. Десятка полтора, не больше. Степаны. А сейчас? Фрэнк. Сейчас... сейчас любое вещес можно сделать радиоакти. Техника простая. Степаны. А обратно переве вещес из радиоакти состоя в спокой вы можете? Фрэнк. Нет. Это атомы пусть сами - когда распаду. Степаны. Вот - то-то и оно! Выходит, вы изуча не "жизнь" ядер, а их "смерть" - распад и деление. Хороши были бы медики, если бы они изучали только как умирают пацие! Фрэнк (откидыва на стуле, смотрит на Степаны). Слушай, теория надежно, ты счита, что это - возмо? Степаны. Что именно? Фрэнк. Найти процесс, который удержив ядра в устойч состоя. (задумч). Ведь такой процесс действите должен быть. Ядро, сгусток энергии... Его распир электриче силы, стяги ядерные. В нем все движе, как в капле жидко: протоны, нейтр, мезоны... И эта капля живет вечно! Даже в радиоакти вещес ядра живут очень долго - распада-то лишь малая доля их. Распадающ и делящи уран дожил от сотворе Галакт до наших дней. В этом что-то есть... Степаны. По справедли, такой процесс должен быть. Это не дело: только и уметь, что перевод материю в неустой состоя. Это действите добром не кончи. Фрэнк. Взорв дом легче, чем постро его, теория надежно. С ядрами - то же самое. И процесс стабилиз, если он есть, насто же сложнее распада ядер, наскол строитель города посло бомбе... Степаны. Но, по-моему, он все-таки возмо. Есть намек. Фрэнк. Какой? Степаны. Законы распада атомных ядер и законы отказов элеме электро машин математич одинак. Вот смотри... (пишет на бумаж салфе). Тебе это ни о чем не говорит? Фрэнк. Говорит. Та же экспоненциа зависим... Но ты не равняй элеме машин и ядер, Ил. В электро машинах можно покопат тесте, что-то перепа, замен негод схему хорошей. А к ядрам не подпаяе, уважае теория надежно. И одно другим не замен. Их даже в электро микрос нельзя увидеть. Да... А жаль! Степаны. Чего? Фрэнк. Мечты: овлад процес стабилиз ядер... Знаешь, когда-то, по молодо лет, меня потян в ядерную физику. Потянуло на величеств и ужасное, захотел потря мир чем-то похлеще ядерной бомбы. (усмеха). Теперь-то я вижу, что это было глупо. Все вышло не так. "Пробл левовинто нейтр" - как же, потряс этим мир! Набираю глубину позна, увеличи лысину. Да и не нужно это - потряс мир. Хватит. Но тогда: зачем же я работаю? Для чего живу? (помол). А вот ради такой мечты - стоит постара. Повыс устойчив мира, в котором мы живем. Лечить атомные ядра. Овлад вещест полнос. Степаны. Ну, вот и дейст. Фрэнк. Легко сказать: дейст. Легко сказать, теория надежно. Развит наук движут не мечты, а факты. Фактов же нет. Нет данных, как стабилизир ядра... Черт побери, если бы на эту проблему бросить столько денег и сил, сколько ушло на созда ядерного оружия, - нашли бы и факты, и теории, и способы. Все получил бы. Но кто бросит деньги? Кому это нужно? У тебя много денег. Ил? Степаны. Увы... (разво руками). Фрэнк. У меня тоже "увы"! Затемне справа. Освещае комната Шардецк. Шардец (возвра листки Макар). Занятно. Так что же? Макаров. Я вспом ваш доклад о далеких перспект в исследов ядра. Вы ведь о том же говор, Иван Ивано. Шардец. Ну, говорил, говорил... что я говорил! Я больше толко о нерешен пробле, чем о перспект. Устойчив и неустойчи атомных ядер - действите большая пробл. До сих пор понять не можем: почему в куске урана в данный момент одни атомы распада, а другие нет? Почему именно эти, а не те? Многие считают, что это в принц невозмо понять. А управл стабильно ядер... о, это настол далекая перспек, что и думать не хочется. Нет, я решител не понимаю, чем вас взволн этот разго, Олег Викторо. Макаров. Да, собстве, тем, что после этого разгов аспир Степаны в 24 часа выдвор из Штатов. Шардец. Гм... тоже верно. Это действите непоня. Голдвин давно отошел от ядерных бомб, занимае с немног сотрудн академиче пробле нейтр. "Замалив грехи", как он вырази при встрече со мной на конфере в Женеве. Чего же власти переполош? Макаров. Может, не такая это и далекая перспек, Иван Ивано? Может, америка этим уже занимаю? Шардец. И наш аспир нечая прикосн к тайне? Гм... все это, знаете ли, слишком уж как-то... детекти. А может, просто с переп выслали, сдуру? Извест дело: полиция. Макаров. Возмо. А если нет? Понима, что это значит, если америка сейчас развив такую работу? Шардец. Тоже верно... И такие работы может вести именно Голдвин с сотрудни. С примене нейтрин. Макаров. Словом, Иван Ивано, требуе ваше мнение по существу дела. Допуска ли вы, что америка ведут работу по управл стабильно ядер, и что именно поэтому они заподоз аспир Степаны в шпион? Шардец. Э, Олег Викторо, вы требу от меня слишком многого. Я специал, эксперт. Знаете, как в судопроизво: эксперт не уличает убийцу, а лишь устанавли причину смерти. Осталь - дело следоват и суда... Я могу высказ лишь свое мнение, не более. Мнение это такое (перехо на профессор тон): наличие в природе проце стабилиз атомных ядер в принц не противор тому, что мы знаем о ядре, - но и только. Сам этот процесс мы не наблюд, никаких сведе о нем в мировой литера нет. Чтобы перейти к практиче исследова по стабильн ядер и, тем более, к управле этой стабильно, надо иметь на руках либо эксперимент откры самого проце, либо теорию строения материи, на порядок более глубо, чем нынеш. А лучше бы и то, и другое вместе. Я не могу сказать, каким должно быть откры... иначе я бы его непреме сделал! Но знаю, какая требуе теория. Она должна объясн, почему элемента частицы имеют именно такие, а не иные значе масс и электриче зарядов. Должна предсказы, какой именно атом радиоакти вещес и в какое именно время распада... понима? Такой теории нет. И откры тоже нет. Макаров. А если америка сделали это откры - и утаили его? Ведь дело-то серьез. Шардец. Гм... Олег Викторо, мы опять уклоняе в детекти сторону. Повто, я не знаю такого откры. Если они его сделали, то и мы сделаем. Сейчас ядро исслед десятки тысяч физиков, и на долю фатальн случая остае очень немного- открытия предреша всем ходом разви науки... Короче говоря, Олег Викторо: ваше министер желает заказ нам такую работу? Макаров. Да как вам сказать... Шардец. Что ж - мы можем занят этой пробле. В плане исследов возможн, без гарантирова выхода в практ. Работа будет стоить... да, пожалуй, миллио пятьде. С меньшими деньг за это дело не стоит и браться. Макаров. Ну... о чем вы говор, Иван Ивано! Кто же вам даст пятьде миллио на исследов возможн? А если это (показы на бумагу) всетаки недоразум, и у вас ничего не выйдет? Спросят: куда смотр, на что деньги тратили? С меня спросят, не с вас. Шардец. А-а! Вот такие вы все и есть. Вам - вынь да положь, чтобы за грани уже сделали. Тогда и деньги найду, и площади, и оборудов: догоняй, Шардец! Макаров. Так ведь очень уж вы неопредел заключе даете, Иван Ивано. Не под пятьде миллио. Шардец. Иного дать не могу. Наука не позвол. Макаров. Да... Стало быть, серьез основа считать, что америка ведут такую работу, пока нет? Шардец. Надо подожд, Олег Викторо. Если они ее ведут - это в чем-нибудь да прояви. А пока, действите, что-либо предприни ранов. Макаров. Так-то оно так... Но почему все-таки они его выслали? Затемне слева. Освещае правая часть. Уже знако нам кабинет полковн Клинч в Управле разве. В креслах у стола: Клинчер, сенатор Хениш и Фрэнк. Слушают запись. Голос Степаны. Есть намек. Голос Фрэнка. Какой? Голос Степаны. Законы распада атомных ядер и законы отказов элемен электро машин математич одинак. Вот смотри... Тебе это ни о чем не говорит? Клинчер. Ну, и так далее. (выключ магнито). Фрэнк. Скажите, полков, а нельзя ли, чтобы в перечн, кроме микроф, был еще и перец? Клинчер (доброд). До этого техника еще не дошла: или - или... Я пригла вас вот зачем, доктор Гарди. Мне, неспециал, трудно судить о научном содержа ваших бесед с этим русским... Фрэнк. Кто русский? Ил? Клинчер. Как? Он вам не сказал, что он советс поддан и коммун? (.Многозначит переглядыв с Хенишем). Что ж, это еще более усугубл... Да, мистер Гарди, ваш знако Ил - Илья Андрейв Степант - о эти русские имена! Он направ в Штаты, якобы на стажиро. В ваших беседах с ним меня как контрразв насторо вот что. Понима ли, есть старый, но верный шпион прием: высказы собесед ложные соображ с тем, чтобы тот опров их истинн сведени. Сказал бы: не так - а вот так. А? Фрэнк. Не хотите же вы сказать, что Ил - шпион? Неужели такие, как он, бывают шпион? Клинчер (улыбае). А какие же? С подня воротни и в дымча очках, как в комик? Именно такие они и бывают: простые, обаятел, умные люди... Так вот, этот прием прямо чувству в его словах. Он будто наводил вас на одну и ту же тему разгов, а? Фрэнк. Но... разве я выдал какую-то тайну? Клинчер. Все зависит от того, что он хотел узнать, док. У меня сложил впечатл, что этот Степант пытался вывед кое-что о какой-то новой работе в области ядерн оружия. Ну, скажем, по этой... по стабилиз атомных ядер. Фрэнк. Я ничего не знаю о такой работе. Клинчер. Что ж, может быть, именно это ему и требова узнать: что мы не ведем таких работ. Фрэнк. Но... почему именно у меня? Я занима нейтр. Клинчер. Будем говор прямо, доктор Гарди. Очень важно установ: действите ли разго этого русск с вами носил разведывате харак? Если да, то мы извле из этого обстоятел даже больше, чем хотят получ от нас коммуни: узнаем, что они ведут такую работу в области стабилиз ядер и заслали к нам агента, чтобы выясн, как обстоят дела у нас. И мы даже сможем определ, в каком направл они развив эту работу. Если нет - разве наши подозре, и дело не получит дальней хода. Фрэнк. Вот оно что... Нейтр. (задумч бараба пальц по подборо). Конечно же, нейтр! Ах, черт, как мне это раньше в голову не пришло! Вполне возмо... Клинчер. Итак, вы счита?.. Фрэнк. Минутку, полков, мне надо хорошен подум, вспомн... Клинчер. Да-да, припомн хорошен: как вел себя этот стажер. Магнит запись фиксир далеко не все. Фрэнк. Далеко не все, вы правы... Скажите, а Ил... этот русский - он будет аресто? Клинчер. Если вы дадите нам прямые улики - разумее. Фрэнк. Прямых улик я дать не могу. Но и разве ваши подозре, полков, тоже не могу. Я еще раз переб в памяти наш после разго... похоже, что он действите хотел у меня что-то вывед. Было в его поведе что-то такое... ну, если бы в перечн, кроме микроф была и видеока, это удалось бы заснять. Клинчер. Насторожен? Цепко внима? Фрэнк. Да-да... И теперь мне понятно, почему именно у меня, у специал по нейтр, он пытался нечто вывед. Видите ли, полков, после кафе мы зашли в... в место, где еще, по-видим, не установ микроф. Хотя можно было бы и там, скажем, в писсуа... было бы очень практи. Сенатор Хениш поворачи голову и внимате смотрит на Фрэнка. Но на того уже нашло вдохнов, и взгля в упор его не смутить. И там он... этаким полунам - спросил: не считаю ли я, что процесс стабилиз ядер можно раскрыть с помощью нейтр? Стран вопрос для специал по надежно, не так ли? Клинчер. Разумее! И что же вы ответ? Фрэнк. Ничего, полков. Эту тайну я не выдал русским. Хотя я считаю, что именно с помощью нейтр можно немал достичь. Очень немал! Хениш. Прост, док, а вы уверены, что правил поняли повед и смысл намеков этого русск? Понима: это очень важно! Фрэнк. Конечно! Не мог же я - физик - спутать нейтр с нейтро. Впрочем, вы вольны принять или не принять к сведе мои догадки. Дело ваше. Клинчер. Доктор Гарди, кто у русских считае видне специали по нейтр? Фрэнк. Шарде. Акаде Иван Шарде. Клинчер. Шарде. Шарде... что-то знако. (подхо к столу, роется в бумагах). Ага, вот! (хенишу). Все сходи, сенатор. Вот телегра. (читает). "Соедине Штаты Америки, Калифор. Беркли, универс. Председа оргкоми Междунаро симпози по физике слабых взаимодей Бенджам Голдв. Презид Академии наук СССР извещ, что ввиду болезни акаде Шардец не сможет участво в симпози. Ученый секрет Акаде Ю. Петин". Ввиду болезни... что может быть тривиал такого предл! Просто Шардецк теперь незачем лететь через океан и самому все выведыв. Стажер успел перед, что мы такую работу не ведем... О, я чувст, русские придают большое значе этим исследова! Хениш. Хм, возмо... Скажите, доктор Гарди, а кто у нас наиболее авторите специал в области нейтр? Фрэнк. Конечно же, Бен, Бенджа Голдвин. мой шеф. Хениш. Вот как. Хм... Клинчер. Пожалуй, у нас больше нет к вам вопро, доктор Гарди. Хочу только предупре вас о необходим хранить в тайне наш разго. Фрэнк (встает). Разумее. У меня тоже одно пожела, полков: если вы намеревае привл для консульт Бена... профес Голдв, я думаю... вам лучше не ссылат на меня. Хениш. Почему, док? Фрэнк. Потому что... мы с ним работ вместе. Мы, можно сказать, друзья - и мое мнение может повли на его мнение. Бен - очень деликат человек в отноше своих сотрудн. А ведь в столь важном деле нужна объективн, не так ли? Клинчер. Он прав, сенатор, он абсолю прав. Здесь важна полная объективн и непредвзя сужде! Благод вас. док. Всего доброго! Хениш. Всего доброго, доктор Гарди. Надеюсь, мы еще увиди! Фрэнк. Всего доброго! (уходит). Клинчер (возбужд прохажива по кабин). Все-таки чутье разведч не обманыв. Я с самого начала подозре этого русск. Что вы скажете, сенатор? Я думаю долож минис. Если русские разверн такую работу... Хениш. ...то нам нельзя отстав, так? Боюсь, что я не смогу вас поддерж, полков. Слишком все это сомните, косве. Беседы, телегра... Клинчер. А вы хотели бы от русских телегра, что они ведут работу в области стабилиз ядра, сенатор? Именно такой телегра я бы и не поверил. Сомните, косве... Да перст божий, что мы узнали от русских хоть это. От русских, сэр, с их сверхмо секре службой! И потом не забыва, сенатор, что доктор Гарди - не только свидет, но и специал. Он знал. что говорил. Хениш. Да, но почему он это говорил? Клинчер (бросае в кресло). Послуша, старый, хитрый, прижими Хениш! Вы своей мнительно можете шокиров даже контрразве. В любом посту челов вы выискив скрытые причины. Уверен, что вы и меня сейчас подозрев в стремл выдвину на этом деле! Хениш. Ну... а разве нет. полков? Клинчер. Видите ли, сенатор... прежде всего я честно служу своей стране, обере ее безопасн. Разумее, я рассчит на ее признатель. Говорят, плох солдат, который не стреми стать генера. В этом отноше мы, военные, все одинак... Но не это движет моими поступк, сенатор. Черт побери, почему бы не принять, что парень сказал правду. Хениш (встает). Не знаю, полков, не знаю. Мне тоже надо оберег интер налогоплател - а вы их намеревае ввести в новые расходы... Клинчер. Только ли налогоплател, сенатор? Хениш. Хм... где у вас вмонтиро микроф, полков? Клинчер. Что вы сенатор! В этих стенах?! Хениш. Именно в этих стенах и надо держать ухо востро... (направля к двери). Словом, не знаю, полков. Мне надо подум. Старый, хитрый, прижими Хениш никогда не ошиба - и не намерен ошибат впредь. Затемне. На авансц освещен лучом прожект проходит Фрэнк. Останавлив. Разво руками. Фрэнк. Ничего не подела. Ил. Извини. Наука требует жертв - так пусть этой жертвой будешь ты! (затемн). Картина Вторая Освещ правая сторона сцены. Кабинет военн минис. Другую стену заним свето табло: карта мира в меркартор проек; она наполов прикр шторами, но видны бегаю огоньки траект спутни. В углу, возле карты - стол-пульт, за ним адъют в наушни. Во время дейст он что-то переклю - на карте меняе располож сигналь огней - негро переговарив в микро, записыв. На другой стене портрет покойн минис обороны США Джеймса Форрест (кото некогда выпрыг из окна этого здания, возмо, из этого же кабин, от ложного сообще, что русские напали на США; крыша поехала). По бокам от него звездно-полоса порть. За обшир столом Министр, он в штатс одежде. Вокруг стола располож Клинчер, Хениш, профес Голдвин и матема Кеннет. Министр. Итак, первое слово специали. Профес Голдвин, возмо ли в принц способ управле свойств атомных ядер на расстоя? Голдвин. В принц... м-м... в принц это не противо законам природы. Точнее, запре, налагае на проце превращ вещес в энергию, началам термодина, постула кванто механики и так далее. Министр. И, следовате, возмо оружие, которое, к примеру, сможет вывод из строя ядерные боеголо? Или взрыв их? Голдвин. М-м... любое изобрет может быть превращ в оружие. Однако от принципиа возможн до практичес разреш пробл - огром расстоя. Мы не распола пока соответству знани о ядре. Клинчер. Но, профес, разведывате данные говорят, что русские... Голдвин. Наука не строи на разведывате данных. Министр (улыбае). Вы осторо, как настоя ученый, док. Голдвин. А я такой и есть. Хениш. Профес, как по-вашему, если бы такая работа делал, - в каком направл надо было бы вести исследов? Голдвин. М-м... думаю, что в области нейтр. Они наибо легко проник в ядра. Клинчер (минис). Вот видите, сэр. Подтвержд! Голдвин. Но, повто, у меня мет уверенн, что русские ведут такую работу. Слишком мало знаний. Для управле ядрами надо иметь на руках откры, равновел откры радиоактив. А его нет. Министр. Полков, мнение професс Голдв не согласу с вашими данными. Уверены ли вы в них? Клинчер. Видите ли, сэр... Министр. Да или нет? Уверены ли вы в них настол, чтобы, к примеру, взять на себя ответствен за организ такой работы у нас? Клинчер. Да, сэр. Безусло - да. И кроме того, я прове свои выводы метод киберне, сэр. Доктор Кеннет, прошу вас. Кеннет (встает). Мы, сэр, ввели в вычислите машину сведе, любезно предоставл полковн Клинче (полупо), данные о ситуа в мире. Просчит возмож вариа поведе нашего, с позволе сказать, потенциал противн. Могу подтвер, что мистер Клинчер пришел к верному умозаключ. Машина выдала такой же вариант. Вот програ и решение, сэр. (кладет на стол министра папку). Министр. Думаю, что это лишнее, полков. Я могу довер своим сотрудн и без вычислите машин... Благод вас, доктор Кеннет. Мы не будем вас долее задержи. Кеннет. Да, сэр. Я понимаю. Всего доброго! (уходит). Министр. Сенатор, у вас еще остал сомне? Хениш. Призна, я сдался уже после высказыв профес Голдв, сэр. Открове говоря, я ждал от него категорич завере, что такая работа невозмо и бессмысл. Но коль скоро это не так... Министр (выхо из-за стола. Он невысок роста, с большой головой и корот тулови). Итак... итак, случил то, чего я ждал - и чего опаса. Равнове сил в мире может снова резко нарушит. (подхо к карте, отдерги штору, смотрит на Восточ полуша). И на этот раз начин они... Голдвин. Прост, сэр, нет основа считать, что русские - если они действите ведут такую работу - добью успеха. Министр. Профес, в свое время вы участво в созда атомной бомбы. Скажите: тогда, в начале работы, у вас была уверенн в успехе? Голдвин. М-м... ее не было до первых испыта в Аламаго. Министр. Однако вы работ. Я понимаю вас, профес, вы чувству ответствен перед наукой. Но поймите и нас, полити: а если? Если русские скрыли какое-то важное откры и сейчас разрабаты его? Вы понима, какую угрозу может представ это для нашей обороны. для нашего ядерн щита? Мы только заверш создание противорак системы - и она может оказат прозрач для нового оружия русских. Надо быть готовым ко всему. Высокая ответстве за судьбы мира, профес, заставл нас быть осторож и предусмотрите! (возбужда от собстве слов). И даже, если хотите, более предусмотрите, чем осторож! Нам надо быть готов ко всему!.. Мы сможем эффекти сдержив коммун, только если будем готовы отраз каждое дейст красных мощным противодейс! И даже, если хотите, оперед своим противодейс их дейст! Я уверен, что все мы - и вы, сенатор, и вы, профес, и вы, полков, - отнесе к данной пробл как достой представи американс народа и свободн мира. Я жду от вас, сенатор, поддер в конгре при истребо дополните ассигнов на работу. Хениш. Думаю, комис не будет противи. Если на одной чаше весов нескол десят миллио долла, а на другой - наша безопасн, надо ли сомнева, что перетя! Министр. Отлично сказано, сенатор! Я всегда считал вас досто представи американс народа. Я жду от вас, полков, согла организо этот проект. Клинчер. Я согла, сэр. Министр. Я был уверен в вас, полков! Я жду от вас, профес, согла руковод исследова. На вашу долю остае только наука, док. В сущно, вы будете занимат тем же, что и раньше, только в более широком масшт... Итак? Голдвин. М-м... боюсь, что нет. Мне эта затея не по душе. Кроме чисто научных сомне, мне не по душе то, что исследов, которые пока надле вести лишь в академиче плане, попад в сферу политиче и военных дел. Мне не хотел бы возглав новый тур в ядерной гонке... Еще никому не ясно, куда могут привести исследов, а мы уже намерева оперед в них русских. Это гонка к пропа, господа! Министр. И это говор вы, один из создате нашей ядерной мощи?! Голдвин. Да. Мне не по душе, что снова разыгрыва та же история! Тогда мы воевали с нацист. И я, как и все, был уверен, что необход оперед Гитлера в созда атомной бомбы... Но русские - не Гитлер! И мы не воюем с ними. Министр. Вы... вы плохой америка, мистер Голдвин! Голдвин. Уж какой есть. сэр. Молча. Хениш. Разреш мне, сэр? Министр кивает. Профес, открою вам ужасную тайну: я тоже считаю, что русские - не Гитлер. Но давайте смотр на вещи трезво. Между нами и русск сущест соперниче. Когда и почему оно возни, какие цели преслед обе стороны - не об этом речь. Таков мир, таким он нам доста от наших предшествен. И вы не можете не согласи, что это соперниче до сих пор не вылил в истребите войну только благод равнове сил, и прежде всего - ядерн равнове. Если они нас, то мы их - мы их, они нас. Обе стороны ничего не выигрыв. Но предста, что это спасител для мира равнове нарушил: русские обрели оружие, нейтрализ нашу ядерную силу. А у нас его нет... Что будет тогда? Министр. Да! Что тогда, профес? Не бывает равнове слабого с сильным - только сильн с сильным! И русские не преми с нами раздела, уж будьте покойны! Видит бог, мы не хотим войны. Но: если они нас, то мы их - на том держи мир! Так что во имя сохране мира, во имя безопасн Америки и запад цивилиз мы предлаг вам взяться за работу, профес! Голдвин молчит. Клинчер (нервно). Я не понимаю ваших колеба, профес. Речь идет о гигантс проекте, об исследова... и каких! Хениш. И в конеч счете может оказат, что вы правы: такое оружие невозмо, все наши опасе преувели. Что ж, лично я только вздохну с облегче. Министр. Итак, профес? Голдвин молчит. Хениш. Как жаль, что я забро физику ради полит! Меня не пришл бы долго уговари. Голдвин. Вы были физиком, сенатор? Хениш. Да. И тоже - ядерщи. Но это было еще до войны, задолго до Велик Ядерн Бума. Я опублик только одну статью - о пузырьк модели ядра. Может быть, помните, профес? Голдвин. М-м... припоми. Была опублико в "Физик ревью", в 38-м или 39-м году. Какой универс вы оконч? Хениш. Пенсильва... ах, далекие милые годы! (конфиденци). Министр ждет вашего ответа, профес. Голдвин. Мм... да-да. Я размыш вот о чем, джентль: могли ли действите русские не опублико столь важное откры в области физики. Подобн прецеде не было... Я спросил себя: если бы ты, Бен, сейчас открыл нечто вроде цепной реакции - и знал, что из нее выйдет потом, - ты опублик бы сведе о ней? Нет. Я бы не сделал этого. Так почему бы и русским ученым не поступ так? И потом - доводы... особенно коллеги Хениша - достато основате. (минис.) Я согла заняться такими исследова, сэр. Но только исследова! Министр. Вот и отлично, док! Разумее, только исследова, мы пока не вправе требов от вас больш. А организ работ возьмет на себя полков Клинчер, проницатель котор мы обязаны раскрыт этой важной пробл. Надеюсь, вы согласи с ним сотрудни, профес? Голдвин. М-м... а вы какой универс оконч, полков? Клинчер. Вест-Пойнт, сэр. Голдвин. А... кавалер? Клинчер (оскорбл). Военный стратег, сэр! Голдвин. М-м... ну да все равно. (встает). Разреш, откланя, господа! (уходит). Министр. Ох, эти яйцегол! Открове говоря, мне не нравятся настрое этого Голдв. Не поиск ли нам кого-нибудь другого, полков? Клинчер. К сожале, выбир не приходи, сэр. Специали по нейтр немного, а такого класса, как Голдвин, просто нет. Я думаю, нас не должны заним его взгляды, сэр. Пусть исповед что угодно, лишь бы делал то, что мы хотим. Министр. Нужно будет застав его делать это, полков! Клинчер (замявш). Боюсь, что я... что мне... во всяком случае в нынеш положе, трудно иметь достато влияние, сэр. Вы же видели, как он со мной разговар! Хениш. Полков прав, сэр. Они очень чтят звания и чины, эти яйцегол. Министр. Понимаю. Когда законопр будет утверж, мне, думаю, удастся убедить президе присво вам, Клинчер, звание бригад генер - учиты важно работы. Итак, за дело... генерал! (встает, давая понять, что аудиен оконч). Клинчер и Хениш уходят. Тотчас поднима со своего места адъют. Адъют (подхо к столу, кладет нескол бланков). Дневные сводки, сэр! Клинчер (хенишу, за дверью). Примите мою благодарн, сенатор. Не ожидал. Хениш. Не стоит. Генера больше, генера меньше - это уже ничего не меняет. Затемне. Освещае левая сторона сцены. Кабинет Макар в министер. Столы, составле буквой "Т", ковро дорожка, телефон с коммутат, коричне сейф, на стенах три портр. За столом Макаров. Входит, слегка прихрам, Шардец. Макаров. Иван Ивано, рад вас видеть в добром здравии! Шардец. Здравств, Олег Викторо. Я к вам, как гоголев городни, - с пренеприятн извест... (быстро прохо, усажива). Америка закрыли нейтр. Макаров. В каком смысле закрыли? Шардец. Не в физичес, разумее. Из послед выпусков американ литерат по ядерной физике исчезли публика по нейтр и слабым взаимодейс. Макаров. Ого... такое уже было! Шардец. Да. Так было с публикац по делению урана - когда начал работы по созда урано бомбы. Так было с публикац по термоядер синтезу, когда начал работы по водород бомбе. Аналогия напрашива сама. И еще: симпоз по физике слабых взаимодей, который должен состоят в феврале в Сан-Франци, отменен. Макаров. Могу еще добав: недавно конгр США утвердил дополните ассигнов в размере 55 миллио долла на исследовате работу по министер обороны... Значит, это всерьез, Иван Ивано! Шардец. Всерьез. И они сами указыв нам направл работы... спасибо им хоть за это! (встает, прихрам шагает по кабин). Но если так - куда идем, а? Камо грядеши, мир? Управле устойчив ядер - ядер, из которых состоит все и вся на Земле. Вы представл, что это может значить? Взрывы зарядов докритиче массы - то есть ядерных бомб на складах или реакто на атомных электроста и кораб. Или наобо: ядерные матери утратят срои свойс. Или станут радиоакти обычные вещес, вода, напри... Черт знает что! (сади.) Знаете, я к вам ехал в такси, разговор с водите. Речь зашла о ядерных делах. Не только наши с вами умы они заним, эти дела. Знаете, что сказал таксист? "Переб, говорит, надо всех этих ядерщи, пока не поздно!" А?.. Макаров. Э, безответств обыватель рассужд! Шардец. А что, может, в этом и состоит сермяж правда: переб нас - и все! Да, но почему именно нас? Почему не полити, от коих зависит: пустить ядерное оружие в ход или нет? Не военных, которые разрабат страте с примене ядерных бомб и ракет? Не работни атомных заводов, наконец, которые тоже ведают, что творят... Все эти люди могли бы заняться чем-то иным. А мы, физики, делаем, что умеем. Ядро наш хлеб... (трет лицо.) Прост, Олег Викторо, я ужасно расстр этими соображен. Макаров. Э, Иван Ивано, не принима все так близко к сердцу! Есть ситуа в мире, в ней надо действо соответст. А таксист - что таксист!.. Ну, так - берет? Шардец. За что? Ах, вы об этом! Гм... Теперь я буду страхова, Олег Викторо. Вы ведь, небось, сразу навал на нас правительст постановл: умри, но сделай. А если не сделаем? Мало знаем об этой пробл. Если не откроем этот процесс? Макаров. Откро, Иван Ивано, вы - да не откро! Помните, как было в 46-м году? Важно было знать, что есть атомная бомба. Так и сейчас... Не такие америка дураки, чтобы без ничего отвал на работу пятьде миллио. Выходит, они что-то знают. Значит, возмо! Вы же сами говор: они подсказы направл поисков - нейтр. Кому же, как не вам? Шардец. Гм... а если все-таки не выйдет? И спросят вас: куда смотр? Макаров. Как куда? На Соедине Штаты Америки, передо в техниче отноше державу. Теперь-то все проще, Иван Ивано. Теперь: надо! Шардец. Тоже верно... Что ж, входите с предложе в правитель, Олег Викторо. Надо, куда ж денеш. Макаров. Да-а, опять мы отстали от Штатов... Ну, ничего. Догоним. Не впервой! Занавес. Дейст второе. Поиски В Потемках Картина Первая Освещ левая полов сцены. Кабинет Шардецк в КБ-12. Широкое окно. За ним - обычный для исследовате организ пейзаж: ящики с нераспечат оборудова, баллоны со сжатыми газами, мачты и трансформ высоковол подстан. Далее: снежное поле и на горизо темная бахрома подмосков леса. На стене кабинета неболь коричне доска, таблицы радиоакти семей и портрет И. В. Курчат. На столе - микро селект. В кабин. Шардец, Штерн, Сердюк, Валер, Якубо и Самой. Идет операти. Шардец. Начнем по порядку. Первый эксперимент. Прошу, Исаак Абрамо. Чего дости за послед месяц? Штерн. Исследо нейтр-мезон взаимодей на средних энерг. Ничего нового, Иван Ивано. Думаем сдвинут к большим энерг. Шардец. Сколько опытов провели? Штерн. Более двух тысяч. По пять опытов в каждом поддиапа. Просмот 95 тысяч "треко" снимков. Шардец. Солидно. Что ж, переход к большим... Второй эксперимент отдел - прошу, Игорь Алексее. Саминс. Нам было задано отработ метод генера нейтрин на встреч пучках заряжен частиц в ускорит. По данной теме прове все запланиров опыты и восемь семина их обсужде. Подгото для публика в закры сборни пятнадц статей... Шардец. Ну, а генера нейтрин? Саминс. Не получае, Иван Ивано. Мы в точно следуем вашей теории, но... Шардец. Игорь Алексее, ваша задача добит генера, а не следов моим теориям. Не выходит по моей, примен Голдвинов, Боровс, выдума свою. Важно - достичь! Саминс. Слуша, Иван Ивано. Будем пробов. Шардец. Давайте... Третий эксперимент, прошу. Сердюк. Изучали содейст нейтр и антинейт от урано реакт на гамма-радиоакти кобальт и альфа-радиоакт уран-235. Резуль отрицател. Шардец. Сколько облуче выполн? Сердюк. Более трех тысяч. Шардец. Тоже солидно. Значит, и эта возможн отсекае. Пробу теперь облуч ядра с помощью нейтр малых энергий, Евгений Сергее. Сердюк (морщи). Их очень трудно обнаружи, Иван Ивано, мало сечение захвата. Шардец. Так не занимат этим, что ли? Искать там, где светло? Усовершенст способы отсчета нейтр... Дальше. Лаборат плазмы, прошу. Якубо. Генера нейтр в высокотемпера плазме идет, но очень неустой. Опыты требуют более точной теории устойчи плазмы, коей, к сожале нет. Шардец. А почему нет? Теоретиче отдел? Валер (нервно). Теоретиче отдел, теоретиче отдел - чуть что, сразу теоретиче отдел! Теория строи на основе опытных данных, Иван Ивано. Точная теория - на основа достове опытных данных. Через две точки можно, как извес, провести множес окружно, определе же окружно можно постр лишь по трем точкам! Пока что плазмен дали нам, образно говоря, лишь две опытные точки. Этого, увы, недостат! Якубо. Так вы ж меня извин, Шарль Борисо, по трем точкам я и без вас окружно построю. Валер. Так и вы меня извин, дражай Илья Василье! Не об окружно речь! Шардец. Все ясно, Иван кивает на Петра, а... Валер. А Петр на Ивана, вот именно! Шардец. Тоже верно... Ну, а чем порад нас группа "Эврика"? Самой (рассея). Мы что? Мы ничего. Работ. Обнаруж еще полдеся "комари эффекти"... да что толку? Ни за какой не ухватиш. Все их можно объясн. Нам такие не надо.. Шардец. Ясно... (раздраж). Почему вы опять небри, Петр Ивано? Сколько раз я вас просил хотя бы на совеща являт без этой щетины на щеках. Самой (трог щеку). Думаете - поможет? Шардец. Поможет, не поможет - извол быть аккура. (помол, ко всем). Что ж, товар, продолж искать. Пусть вас не огорч, что весь этот год мы получ одни отрицате результ. И отрицател знание - знание. Знание того, что по этому пути идти нельзя, надо выбир новый. Чем больше мы отсечем неудач вариан, тем ближе будет удачный. Есть в природе процесс стабилиз ядер, не может его не быть... Все. Команд расходя. У стола остае Саминс. Саминс. Иван Ивано, я хотел бы обсуд с вами тему диссерт. И прошу вас быть ее руководит. Шардец. Какую же вы выбрали тему? Саминс. "Некото аспекты метод генера нейтрин на встре пучках в синхрот." Шардец. Помилу, Игорь Алексее, но ведь генера вы еще не добил! Саминс. Для написа диссерт это не имеет решающ значе. От соискат требуе доказ свои возможн в научных исследова. Шардец. Вот и докаж сначала эти свои возможн работой. Результа. От чужой теории боитесь отклони! Самому думать надо. Нет, я категорич против такой диссерт. Саминс (встает). В таком случае... мне ничего не остае, как... словом, вот! (кладет на стол заявле об уходе.) Шардец. Что ж... удержив не в моих прави. (подписы заявле.) У вас все? Саминс (берет заявле. Он теперь неподчине и может резать правду-матку.) Нет, не все! Насчет этого вашего утеше, Иван Ивано, что и отрицател резуль - резуль... Знаете, таким спосо хорошо ловить льва в пустыне! Да-с! Вот так-с! Шардец. Тоже верно. Не забуд хлопн дверью. Саминс уходит, хлопая дверью. Шардец, сгорбив, сидит за столом. Входит Макаров - он в модном зимнем пальто, в пыжико шапке, с портфе. Макаров. Добрый день, Иван Ивано! (раздева, вешает пальто на стойку). Вот решил вас навест, погляд, как дела, не нужно ли чего. Шардец. Здравств, Олег Викторо. С приез. (трет правую сторону головы, морщи). Макаров (сади у стола). Вы нездор, Иван Ивано? Шардец. Э, пустяки, не обраща внима. Просто я теперь точно знаю, какая часть моего мозга ведает научн делами. Вот эта (показы) - от виска до затылка... Плохи дела, Олег Викторо. Год прошел, как сон пустой. В пересч на коллек - четыре тысячи лет... Вот сейчас уволи один началь отдела. Пустой человек, посредств исследова - а неприя. От еня никто никогда не уходил, разве что сам избавля... Мне уже неловко перед сотрудни. Год назад я перед ними солов залива, на семина: что-де при нынеш уровне эксперимент техники, при наших знаниях, при нашем оснаще - весь пятидесятил путь от откры Беккер до термояд реакции можно пройти за нескол месяцев. И это действит можно... если иметь соответств откры. А его нет. Макаров. В чем же суть ваших затрудн? Я, конечно, отстал, но вы, пожалуй, объясн, чтобы я отчита в Москве. Шардец. Объясн можно... объясн все можно. А вот сделать... Словом, так. (подхо к доске, рисует мелом круг, в нем - малые кружки). Вот атомное ядро, система из десят частиц-нукло. Когда-то, миллиа лет назад, во Вселен конденсиров облака ионизирова водор... уплотня, загорал звезд. Потом часть звезд взрывал. Так получал тяжелые атомные ядра. Сначала в них был избыток энергии - ну, еще бы: взрыв звезды - не шутка. Излучен частиц и электромагн квантов ядра отдали избыток энергии в среду, успокои. Не все, впрочем - некото, радиоакти, до сих пор успокаива. По сути, естеств радиоактив - это отголо тех давних взрывов звезд... Но почему ядра так долго и странно "остыв"? Стаканы с чаем остыв все одинак - а не так, чтобы один вчера, второй через тысячу лет, третий - никогда... И вот над каким вопро мы сейчас бьемся: взаимодейс ли ядра с окружа средой непреры - или только в актах распада, который может произо раз в милли лет? Может и вовсе не произо. Это, если хотите, вопрос философ: или ядро идеаль система, создан навеки неким божест, или оно связано с окружаю матер и непреры, как и все прочее, обменива с ней энерг и информа. Если идеаль, значит, физикам здесь делать нечего, все в воле господа. Захочет бог: ядро распаде и раздели, будет цепная реакция, взрыв, атомная война, что угодно. Не захочет - ничего не будет. Макаров. Бог-то бог, да и сам не будь плох. Шардец. Тоже верно... Итак, если ядро взаимодейс со средой - надо уловить это взаимодей и управл им. Умозрите: взаимодейс. И именно с нейтр, ничтож всепроник части. Здесь, если угодно, доказател от противн: Солнце и звезды излуч столько нейтр, что каждую секунду через нас с вами прохо миллиа миллиар этих частиц. Потоки нейтр прони Землю так, будто она прозра для них, будто ее вовсе и нет. Но она- то есть! И на пути каждого нейтр - миллиа ядер. Мы не обнаружи обычно никаких измене в ядрах, облучен нейтр, но значит ли это, что их нет. Может, мы просто не можем их уловить? (вздых). И мы действите не можем пока уловить такие измене. Макаров. Да, сложно... Что же все-таки сделано? Шардец. Почитай, что ничего, Олег Викторо. (стирает рисунок). Отбрако нескол десят вариан... но сколько еще вариан впереди, я не знаю. Макаров (начин волнова). Но как же все-таки так, Иван Ивано! Мы вас всем обеспечи, средств не жалеем, дефици оборудов закуп... Вот, кстати, на днях прибыв из Японии компл лучевых анализат со сверхвыс разреша способно. Полтора милли валютой отдали. Пожалуй, берите! Шардец. Не нужны нам пока эти анализа, Олег Викторо. Думать нам надо. Думать! Макаров. Но ведь никаких сдвигов, никакой гаран. А америк работ вовсю, Иван Ивано, есть данные. Шардец. И что же, у них получае? Макаров. Таких данных нет, но... надо все-таки быстрее. Шардец. Ну, это уж как водится: давай-давай. Даем-даем... Макаров. А как же вы хотите, Иван Ивано! Ведь у вас одна тысяча девять сорок специали с высшим образова исследо ведут. Должны же что-то найти! Шардец. Тоже верно... А может, лучше будет, если мы ничего не найдем, а? Пусть люди управя с тем, что уже есть. Макаров. Ну, вот видите, какие у вас настрое! А ведь сами брались за работу, инициат проявл! Как хотите, а я эти японские анализа вам эаразна. Шардец. Зачем?! Чтобы в случае чего уйти в кусты: мол, все меры принял, всем обеспе - они винов? Перестраховыв? Макаров (встает). Вы забывае, товарищ Шардец! Шардец (устало). Извин, Олег Викторо... я скоро на свою тень кидат начну. Эх, Олег Викторо, в науке один началь - природа. И ее дейст не обжалу ни в какие инстан... Затемне. Картина Вторая Освещ правая сторона. Обшир прием в исследовате центре "Нуль". Кресла, столы, телеф. Друг против друга двери в кабин Голдв и Клинч. В углу демонстраци модель атомного ядра из разноцве шаров. Видна часть кабин-лаборат Голдв: лаборато стол с прибор, книжный шкаф, часть пульта, прозрач стена из свинцов стекла, за нею - реактор зал в перспек. За столом у двери кабин Клинч сидит Лейтен, бывший сотруд и нынеш адъют Клинч. Клинчер (входит, бодро). Доброе утро! Лейтен (вскаки). Доброе утро, сэр! Клинчер. Что у нас на сегодня? Лейтен (протяги бумагу). Вот, сэр, целый список желающих посет Центр. Клинчер. Опять... (просматр список). Мистер Реджин Глориан, руководи исследовател отдела "Амери Атомик Корпоре", желает познакоми с направле и перспект работ... Стюарт Бигль, член правле "Колам Реакт Компани", просит познако... Мартин Дуберби, член правле "Интерне Бизнес Машин компани"... так-так... "Юнайтед Эвнэй энд Рэкетс компани"... "Дейте-Тритий корпоре"... "Нуклеар Флотс Инкорпоре"... "Белл Телефон лаборат"... "Коммюник Сателл корпоре"... "Джене Моторс"... словом, еще десяток солидне фирм! Лейтен. Вы теперь ворот, сэр. Клинчер. Да-да... это нам, Стивен, не в Управле прозяб. (возвра бумагу, задумч). Но хотел бы я знать, зачем он это делает? Лейтен. Кто, сэр? Клинчер. Некто, Стивен. Некто, который через третьих лиц дал знать оборон фирмам, что мы разрабаты новое оружие. Ведь ни одна компа не перед такую информа другой - а они все здесь. Желают ознакоми... черт бы их побрал! Лейтен. Не пропуск, сэр? Клинчер. Что-о? Из вас не получи деловой человек, лейтен. Пропуст! Прове их к главн эксперимента корпусу. Я сам буду давать объясне. Лейтен. Ясно, сэр. (берет бумаги, уходит). Голдвин (входит). Доброе утро. Генерал, я еще неделю назад совето приостано строитель второго эксперимент корпуса - однако работы продолжа. Почему? Я ведь объяс, что нет смысла его строить, пока неясны результ предварит опытов. Клинчер. Мы не можем прекрат работы, профес. Нас то и дело посещ представи солид фирм, видные полит и чиновн. Что будет, если они увидят застой? А как идут опыты? Голдвин. По-прежн. Подроб сведе вы сможете почерпн в отчетах, передан в архив (направля к кабин). Клинчер. Кстати, док, русские закуп в Японии... эти... как их? (выним блокнот). Вот: лучевые анализа высокой разреша способн. Цена компле: миллион шесть тысяч долла... Вот видите, профес! Голдвин. Я знаю, что вы скажете дальше, генерал! Я сразу предупр, что буду исследо пробл, а не копиров что-то, что делают русские. И мне нет дела до их закупок в Японии, в Парагвае или на Берегу Слоно Кости. Я веду работу по своему разуме! Фрэнк (появля в дверях). Доброе утро! Бен, я ждал вас: запуск ускорит на встреч пучках. Пойде! Голдвин. С удовольст, Фрэнк. (направля к двери). Лучевые анализа... Как вы думаете, Фрэнк, нам в исследова могут понадоби лучевые анализа? (уходит). Телефон звонок. Клинчер (берет трубку). Генерал Клинчер. Да, лейтен. Ждут? Отлично. Иду! (уходит). Продолжите затемне, свидетельст, что время идет. Свет. В прием входит Дуберби - полный пожилой человек. Осматрива. Подхо к модели ядра, тычет ее пальцем. Шары колышу. Загляды в кабинет Голдв, берет со стола книгу, раскрыв. Дуберби (читает): "...В согла с явлени бета-распада лагранж четырех-фермион взаимодей может быть описан как произвед лептон и нуклон токов..." Ух, тарабар! (кладет книгу, выходит в прием). Интере, на этом ранчо можно найти сифон с содовой? Входит сенатор Хениш. Эд! Капитан Хениш, будь я проклят! (раскры объятия). Хениш. Майор Дуберби! Март! Вот так встреча! Они обнимаю. Рассматри друг друга. Дуберби. Ах, черт побери, Эд1 Герма, сорок пятый... Какие мы тогда вывезли картины! А ты поста, Эд. Хениш. Да и ты не помоло, Март. Время летит! Дуберби. Эд. ты здесь от "Глобус компани"? Хениш. Нет. От сената Соедине Штатов. Я отошел от дел компа, Март. Полит, брат, отним все... А ты? Дуберби. От "Интерне Бизнес Машин". Здесь сегодня целый табун разных представи. Э, водят, как турис по Колизею! Я удрал... Эд, ты должен быть в курсе: это - серье? Хениш. Что именно? Дуберби. Ну то, что толко нам генерал Клинчер: будто после заверше этих исследов ядерное оружие и все, с ним связан, потер свое значе. Наша компа вкладыв очень крупные средс в разрабо электро систем управле глобаль ракет... Ну, о чем говор: все мы связаны с ядрыш. А, Эд? Хениш. Генерал не заинтерес преувелич, Март. Дуберби. И когда будет это новое оружие? Лет через пять? Хениш. Март, я и так сказал тебе гораздо больше, чем следует. Я ведь сенатор. Дуберби. Ну, Эд, мы же вместе воевали! Хениш. Думаю, что не позже, чем через год. Март. Дуберби. Так... Ясно. Ясно! Спасибо, Эд. Ну, я, пожалуй, пойду. (жмет руку Хенншу). Когда вернеш к делам, я к твоим услугам, Эд. Март добро помнит, ты знаешь. Будь здоров. (уходит). Хениш усажива в кресло, вытягив ноги, закурив. Клинчер (входит, бросае в кресло напро). Добрый день, сенатор! Уфф!.. Измот меня эти представи! "Скажите, генерал...", "Объясн, генерал..." Как будто я обязан разбира в физике, чтобы руковод этой конто! Хениш. Обязаны, генерал. Клинчер. Ну... этот осел Гровс обходи без физики, когда ворочал Манхеттен ядерным проек. (помол.) Послуша, сенатор, у меня к вам серьез и... и неприят разго. Да-да. Зачем вы распростр информа о целях исследов в Центре? Ведь потоки представи фирм - ваша работа, сэр! Хениш. Вы уверены, сэр? Клинчер. Я знаю это, сенатор. Я через Управле разведки просле каналы, по которым фирмы получ информа - и они сходя к одному источн: к вам. Как хотите, мне приде сообщить это минис. Сейчас, когда еще нет надеж результ, созда бум вокруг работы! Хениш. Вы ничего не сообщ минис, генерал. Клинчер. Вот как! Хениш. Да. Вы разбирае в теории надежно электро устрой? Клинчер. Нет... зачем это мне? Хениш. Хочу вас познако с интерес работ одного русск... (дост из кармана нескол брошюр, протяги генер). Полиста. Они снабж английс аннотац. Там автореф диссерт на соиска ученой степени кандид наук на тему "Способы повыше надежно электро устрой" и три статьи, опубликов в прошлом году в русских журна... Кстати, мне не пришл прибег к услугам разве, чтобы добыть эти оттиски - их легко получ через Междунаро библиоте фонд. Клинчер (растер вертит брошюры в руках). Зачем это мне? Хениш. А затем, что автором этих статей и диссерт является извест вам стажер Илья Степант, некогда аспир, а ныне доцент кафедры электро в Московс физико-технологи инстит. Там напис. Клинчер (лист). Вот как! Это интере. Хениш. Это более чем интере, полков... Клинчер. Генерал, сэр! Бригад генерал! Хениш. Это более чем интере, полков. Это значит, что стажер Степаит не был агентом, выведыва наши разрабо в области ядерной стабильн. Это значит, .что ваши данные о разверн русск в этой области работе - ложны... майор! Это значит, что возглавля вами работа стоимос в пятьде миллио долла - колоссал афера... лейтен Клинчер! Клинчер. Не спешите унизить меня, сэр! Вы забыва, что эти данные подтвер вычислите машины, что с ними согласи специал! Хениш. Машины работ на тех, кто их программи, сэр. Специал - на тех, кто им платит. Клинчер. Неужели... неужели они обман меня? Хениш. Вы хотели, чтобы вас так обман, Клинчер. Клинчер. Но... но есть данные, что русские работ! Хениш. Теперь вашими данными побрезг даже репорт Херста. Фрэнк (появля в дверях). Добрый день, сенатор! Каким ветром... Клинчер. Значит, это все он?! (вскаки, бросае к Фрэнку). Ты... ты, грязный провока! Ублюдок! Убью! Хениш. Клинчер, сесть! Клинчер беспомо оглядыва. Сесть!!! Клинчер. Но ведь... это все он! Он! Боже, что теперь будет? (опуска в кресло, закрыв лицо ладон). Фрэнк. Что с вами, генерал? Что здесь происхо? Хениш. Ничего особенн, мой мальчик. Просто все раскрыл. Фрэнк. Что именно? Хениш. Твоя шутка со Степантчэ, Фрэнк. Фрэнк. Да? Уже? (опуска в кресло). Жаль... Я думал, у нас есть еще года полтора в запасе. Мы бы успели выйти на верную дорогу... Хениш. Не выйдете вы на нее и за двадц лет, парень. Я, как-никак, тоже физик. Кроме того, я выяснил мнение других физиков, не только Бена Голдв... Дохлое дело, сынок! (хлоп Франка по колену). Вы могли прове такого самонадея болвана, как Клинчер... который к тому же желал, чтобы его обман, как девствен желает, чтобы ее соблазн! Клинчер делает движе. Молчать, генерал! Но старого Хениша вам не прове. Старый Хениш сам кого хочешь прове! Фрэнк. Что же вы теперь намер предпри? Хениш. Ничего особенн. Ничего особенн, сынок. Входит Голдвин с лаборато журна под мышкой. Судя по походке, он сильно устал. Оглядыв собравш. Голдвин. Добрый день, сенатор. (присажив к столу, что-то записыв в журнал). Хениш. Добрый день, профес! (поднима, прохажива по прием и, будучи в хорошем настрое, повтор). Добрый день, добрый день! (останавлив у модели ядра). Это оболоче модель, профес? Голдвин (не подни головы). Да. Хениш. Ага. Ну, конечно: красные шары - протоны, белые - нейтр. Что ж, очень нагля... Профес, а вам не кажется, что пузырьк модель была вернее этой грозди? Ядерные силы - натяже пленки, электриче отталкив прото - давле воздуха. А? Голдвин. Нет, не кажется. Пузырьк и капель модели слишком примити, они не перед строе ядер. Хениш. Да? Возмо, возмо... Я, конечно, отстал. Посто, что это? (отдел один шарик от модели, рассматри). Боже мой, резино шары "Глобус компани" Я и не знал, что они до сих пор выпуска! (отрыв нитку, карти прохажива по прием.) Клинчер и Фрэнк, как завороже, следят за ним. Голдвин (подним голову, строго). Что с вами, сенатор? Хениш. Воспомин, док, воспомин... Ведь с этих шариков все и начал. В 1880 году мой дед Генри Арнольд Хениш открыл в Окленде, штат Калифор, лавку по торго игрушк я товар для школьни. До своей смерти старый Генри успел сколот двести тысяч и открыть филиалы во всех городах Западн побере... (любу шариком). Ах, девятнадц век, тихий, неторопл девятнад век, когда Земля казал огром, паровоз счита чудом техники, а резино шары - послед словом химии. Но ничто не стоит на месте. И теперь: покупа масс-спектрог "Глобус компани"! Покуп лаборато оборудов "Глобус компани"! Голдвин (смот на него с любопытс). Именно поэтому вы изучали физику, сенатор? Хениш. Да. Я всегда считал непроч положе дельцов, которые ничего не смыслят в своих товарах. Конечно, я мог бы стать физиком-профессио - но зачем? В сущно, разница между специали и спекуля невел. Спекул наживае на том, что знает, где дешево купить и дорого продать, то есть на своих знаниях. Ученый наживае на том же... Фрэнк. А вы садист, Хениш! Хениш. Тихо, парень, тихо! Кстати, о физике, профес: сегодня опыт, конечно, не дал утешител результ? Голдвин. Нет. Хениш. А когда ожидаю положител результ? Голдвин. Об этом я определ могу сказать только через полгода, когда закон предварите опыты. Хениш. А не хватит ли прикидыва, док? Здесь все свои. И все все знают. Голдвин (с досадой). Не понимаю, что вам угодно от меня, сенатор! Хениш. Вот как... постой! Фрэнк, разве он ничего не знает? Фрэнк. Нет. Ушли бы вы отсюда, сенатор... Хениш. Вот это да! (хохо). Вот это да! Ну и ну! Ай да Фрэнк, молодч, ловкач! Обвести - и кого? Професс Бенджам Голдв, физика с мировым именем, Нобелевс лауре! И на чем? На физике! Ты далеко пойдешь, мой мальчик! Фрэнк. Ушли бы вы, Хениш... Голдвин. В чем дело. Фрэнк? Что здесь происхо? Хениш. Тихо, парень. Я сам... Дело в том, док, что исходные данные, с которых начинал работа: будто русские ведут исследо по управле свойств ядер с примене нейтр, будто они заслали к нам агента - ложны. Они сфабрико полковн Клинч при деятель участии вашего верного ассисте и замести по эксперимент части доктора Фрэнс Гарди. Просто полков Клинч очень хотел стать генера, а Франку... наверно, вороч больш делами в науке, да, Фрэнк? Клинчер вдруг встает, выним писто, делает шаг вперед, подно дуло к виску. Голдвин. Генерал, что с вами?! Опомнит! Хениш. Тс-с... не мешайте, это же интере! Все в оцепене смотрят на Клинч. Тот рассчит, что кто-нибудь броси отнять писто, и сейчас стоит, растеря и умоля перев глаза с Голдв на Фрэнка, затем на Хениша. Хениш. Слуша, сержант, или стреляй, или не отвлека нас от разгов. Клинчер опуск писто, снова подно его к фуражке. Дуло ходит ходуном. Наконец, не выдержи, жалко - так, что это похоже на всхлип, - усмехае, убегает в свой кабинет. Хениш. Никак чувства юмора у челов! Вы думаете, он делал это от стыда? Из боязни потер честь? Как бы не так! Просто он понял, что отныне нет генер Клинч - хозяина жизни, а есть Клинчер - мой слуга. Это неприя, что и говор. Но такова действитель. Голдвин. М-м... и что же вы намер предпри? Хениш. Я? Ничего. Предста: ровным счетом ничего. Голдвин. Не понимаю. Если вы счита. что наш проект... м-м - афера, ваш долг, как сенат, разобла ее. Хениш (улыбае). Мой долг, как сенат... Ах, профес! Ах, милый, наивный девятнадц век! Как вы счита: для чего существ больн? Инстит? Правитель? Голдвин (серд). В больни лечат людей, в институ познают новое и примен его в интере общес. Правитель же организ жизнь страны... не понимаю, зачем вы меня спрашив об этом. Хениш. Вы неправы, док. Ах, как вы неправы! Больн, инстит, правитель, равно, как и газеты, политиче партии, армии, фирмы - существ для того, чтобы быть больниц, институ, правительс, газет, парти, армиями... и так далее. Чтобы люди сотруднич в них, могли зарабаты, преуспе, властво, наслажда жизнью. Осталь - побочно. Зачем же я буду наруш этот, установле богом порядок? Работа. Исследу! Привод в суевер трепет дельцов и чиновн разма опыта. Я полагаю, что в скором времени акции компа, загруже оборонн контрак, начнут падать. Через год-другой, когда ваши исследов оконча ничем, отчетом на полку - они резко подпрыг. Но будут уже не этих фирм, а "Глобус компани"! И тогда... тогда значе "Глобус компани" будет соответств ее назва, а? Голдвин. М-м... не понимаю, зачем вы говор это нам сейчас? Это уж не из стремле ли облагодетельс? Могли бы повреме до тех пор, пока... Вы не наход, что ваше поведе... м-м... нескол неприст? Хениш. Профес, сейчас вы задали мне вопрос, эквивале извечн "В чем смысл жизни?" Действите, в чем? Мудрецы не знают. Я не мудрец - и я знаю: в том, чтобы побед и наслади победой! И сегодня день моей победы, умной, хорошо рассчит победы. И я могу позвол себе ту роскошь, которую не позвол себе ни монархи, ни президе: быть самим собой! Потому что - какой ни есть - я хозяин положе. Я! И вы должны знать: теперь вы работ на меня. Он прогулива по прием с шариком в руке - сытень и наглый. Он - хозяин, стеснят нечего. Может даже звучно отрыгн при всех. Голдвин. Да... понимаю: вам нечего бояться разоблач с моей стороны. Мм... но вот что. Неглас целью наших исследов, если хотите, мечтой... впрочем, что вам до мечты! - было найти способ нейтрализ ядерное оружие. Разве вы не заинтерес в этом - просто, как человек? Вы осведом о запасах ядерн оружия и отлично знаете, что будет творит на Земле. Хениш. На Земле, профес. Только на Земле! И этот вариант учтен. Еще лет восемь - десять мир пробаланс в нынеш неустой равнове. А за это время вы... собстве, не вы, а подоб вам "корифеи" в области ракет - созда отмен космиче ковчеги: с атомн двигате, с запас на многие годы, со всеми удобств. Постр внезем станции. А за это мы вас - не всех, конечно, наиболее усерд - пустим в эти ковчеги, когда на планете станет слишком жарко. И пусть будет, что будет! Со стороны это, пожалуй, будет выгля даже красиво... Френк. А осталь? Хениш. А что - осталь! Нам должно быть также мало дела до них, как им до нас, мой мальчик!.. Нет, я, конечно, никому не желаю зла. Надеюсь, вы не разделя те красные взгляды, по которым каждый состояте человек выходит этаким мировым злодеем? Господи, какой же я злодей! Я даже в войну никого не убил и не ранил. Я просто продаю свои товары: резино шарики, термост, синхрот. Ну, скоро буду приторгов атомн подлодк и ракет, раз есть спрос. Нынешняя ситуа в мире - отлич реклама для этих товаров. Но никакого злодейс нет. Не хотите, не покупа, никто не принужд. Голдвин. Нет - если не считать рекламы, способа застав людей покуп то, что им не нужно. Что челов нужно, он и так купит. Хениш (строго). А вот это уже опасные мысли, профес Голдвин! Если рассчитыв и дальше благопол работ у меня, держите их при себе! Впрочем, мне пора. (поворачи к двери) Всего доброго, док! Пока, Фрэнк, гляди веселей. Ты можешь рассчиты на место в атомном ковчеге, папаша Эд тебя не забудет. (уходит). Молча. Голдвин. Фрэнк, это правда? Фрэнк. Да... то есть, собстве, нет... то есть, я хотел... Конечно, я ни одной минуты не считал Ила шпионом, не такой он человек. Но я подумал: можно использо ситуа... разверн как следует наши работы по нейтр. (с отчаян). Бен, ну почему они... эти лавочн могут использо обстоятел для своей выгоды! Почему мы этого не можем? Голдвин (с некото удивлен). А я-то думал, что знаю вас, доктор Гарди... (опуск голову). Боже, какой позор. Какой стыд! Я, старый человек, который только и хотел, что честно дожить, отдал свое имя, свои знания... и для чего? Чтобы один полков стал генера, один делец нажил миллиа... и один ассист моей кафедры стал заместит директ Центра с окладом 30 тысяч долла в год. Боже мой... Фрэнк (зло). А вам не кажется, что так было всегда, Бен! Всегда на наших знаниях и работе наживал и преуспе другие. Потому что преуспе лишь те, кто умеет любую ситуа поверн к своей выгоде. Вот я и хотел, чтоб мы использо... Голдвин. Уходите. Фрэнк. Не только для себя, Бен, нет! Ведь идея-то правиль. Вы же знаете: это возмо. Ну, трудно, ну, не получае - никогда не бывает, чтобы сразу получил! Но если бы мы попрежн сидели в двух комна в Беркли, убивали все время на размеще заказов и поиски оборудов, - разве было бы лучше? Кстати, Бен, у меня есть идея опыта, я хотел ее с вами обсуд: что, если комбиниро реакт с плазмен генерато... Голдвин. Уходите! Фрэнк. Ну... не надо так, Бен. Что вы делаете? Вы же сами толкаете меня к ним. Голдвин (встает). И провалив к ним! Вы с этим Хенишем родстве натуры. И не смейте больше назыв меня "Бен"! Я не в силах выгнать вас из Центра... ну, куда мне: у вас теперь связи, влияние, папаша Эд! Но я вас знать не хочу. Идите к ним, к черту, к дьяволу, занимай, чем хотите, стройте свое благопол на чужих репутац и знаниях... Фрэнк (умоля). Но, профес... но Бен! Голдвин. Имейте хоть сейчас человече достоин, доктор Гарди. Уходите прочь! Фрэнк, понурив голову, уходит. Голдвин (берет журнал, идет в свой кабинет. Останавлив, беспомо разво руками) Вот теперь я совсем один... Затемне. Картина Третья В правой стороне сцены луч прожект выдел фигуру Голдв. Он ходит по кабин. Голос его слышен теперь из динам - это голос его разду. Голос Голдв. Когда работа, как-то забыва,что вокруг - люди. А они есть, живут и поступ... Ах, Френк, как ты мог! Что же теперь будет? Неужели этот недоу прав, и мы ничего не достиг? Будут накаплива ядерные заряды... а потом рваться, жечь все и вся. Он прав право посредствен: чего нет, того не может и быть. И мне пока нечего возра ему. Нет главн откры, главн знания о ядре. Любое исследов начинае с откры, а я начал до откры. Подда иллюзии: Но теперь я должен его сделать, должен! Но - как? Да, похоже, что именно нейтр перено энергию от среды к ядрам и от ядер к среде. Перено... как? Берут и перено.... Слова, слова, пустые слова! Нет, не могу. Не могу... Затемне справа. В левой части сцены прожек освещ фигуру Шардецк. Он - в своем кабин - пишет на доске формулы реакций, уравне. Стирает, снова пишет. Кладет мел. Голос Шардецк. Нет, и этот путь никуда не ведет. (стирает формулы). Но какой? (ходит по кабин). Попроб еще раз. С самого начала... Когда-то возни частицы, атомы, звезды, планеты. Зачем? Основ целью природы не было созда атомов. Э, вообще у природы не было и нет никаких целей! Да и никакой природы нет, это понятие вариант бога. Есть развивающ материя. Даже не так: изменяющ. Если структ усложня, это разви, упрощаю - деграда. И сама материя не дана нам в ощущен, это чушь, мы ощущаем лишь измене в ней... И основ в материи есть стремле к устойчи всех возника струк. Стремле... Кто стреми? Куда? Как бессил слова! Просто: существ то, что устойч. Существ то, что существ... опять масло масля! (сади на стул, обхваты голову). Тяжело. Ах, как тяжело... Попро осмысл то, для чего нет слов! Ну, давай еще раз: имеется процесс обмена энерг между ядром и средой. И он связан с нейтр... Затемне слева. Освещае мечущи по кабин Голдвин. Голос Голдв. Природа выпуск в обраще всякие частицы: устойчи и неустойч. Устойчи выжили... И что же? Почему? Как? Не знаю. Я ничего не знаю! В природе все устро либо дурацки просто, либо гениал просто - мы же слишком умны и слишком посредств... (трет щеки ладон). Я ничего не понимаю. Я стар, устал и напуган. Мне страшно: а вдруг от моей мысли зависит - быть миру или не быть? Безум мир! Разве можно на одного человека взвал такую ответствен! Что я могу! Затемне справа. Прожек освещ Шардецк. Он стирает записи с доски, отходит. Голос Шардецк. И это не то. Ядра, частицы, моменты, кванты... привыч понятия, в которые я вклады более глубо смысл, чем есть на самом деле. Надо что-то совсем иное. Что-то совсем новое. Чтоб ни в какие ворота не лезло. Тогда пойму. Но этого - нет... (подхо к книжн шкафу, достает книгу). Посмот, что об этих предме пишет профес Голдвин... (лист.) Луч прожект освещ стоящ рядом Голдв. (в физике это называе "туннель эффект".) Знакомо... Извес... Знакомо... Ага, вот! Ну-ка... Голдвин (лектор тоном). "...Нейтр. Пока непоня место этой частицы в строе материи. Протоны и нейтр образ ядра атомов. Мезоны исполн роль ядерных связок. Электр вместе с названн частиц образ атомы. А для чего в природе нейтр? Трудно допуст, что оно создано лишь для подтвержд теории Паули о бета-распаде..." Шардец. Справед. (лист). А вот это... Голдвин. "...Из этой гипот можно вывести захватыв представл, что Вселен представ собой нейтрин море, а наш мир - лишь волне на поверхн этого моря. Все наши наблюде относя к этой поверхн". Шардец. Тоже верно. (закрыв книгу). Что ж дальше, профес? Голдвин молча отступ. Прожек, освещав его, гаснет. Да... жаль. Если бы мы работ вместе, то, пожалуй, осилили бы эту задачу, а? (возвраща к доске). Итак, нейтрин море... Попро предста его уравнен (пишет). Затемне слева. Прожек освещ Голдв. Он стоит у лаборатор стола. Голос Голдв. Люди уже привы к тому, что есть радиа, реакт, вырабатыв плуто, ракеты, ядерные испыта. Они забыли, что лет тридц назад этого наважде не было. Они привыкли к страху... Нет, вздор: к страху привыкн нельзя. И страх, страх, страх царит над миром. Перед ядерной войной... и еще множес мелких страхов: не потер работу, не быть обману, не оказа посмеши... Прекрас мир! Мир зеленых лесов и музыки, мир умного труда, мир людей. Труд и гений челов вложен во все: в желтые нивы, в радиома, в быстрые самол, в асфальт дорог, в стены зданий. Огром труд для жизни людей! Неужели всего этого может не стать? Безум мир! Больной мир!.. Надо торопит, пока не поздно, сделать, что могу. Но что я могу? Немысли задача: не просто понять новое - на это меня хватило бы! - а сделать нужное откры... Как? Как нащуп связь ядра с внешним миром? (останавлив у книжного шкафа). М-м... что пишет о ядрах и нейтр мой русский коллега? (берет книгу, листает.) Луч прожект освещ стоящ рядом Шардецк. Шардец. "... Мы замеч лишь те взаимодей нейтр с ядрами, при которых происхо радиоакти распад ядра - то есть только те, что можем замет с помощью нынеш техники измере. Но значит ли это, что нейтр меньших энергий не взаимодейс с ядром? Думаю, что нет". Голдвин. И я так думаю, коллега. Я намерев обсуд с вами этот вопрос на симпози... но он не состоя. Что же дальше? (лист). О, вот интерес мысль! Шардец. "... По-видим, нет ничего более устойчи, чем ядро, которое только что распал и выдел избыток энергии. Исследов таких ядер представ бы большой интерес..." Голдвин. Да-да! Но как их исследо? Шардец молчит. Лицо неподви. Прожек, освещаю его, гаснет. Да-да... Мы сейчас роем два туннеля через одну и ту же гору. Каждый - свой. И таимся, чтобы они не услыш стук наших кирок и лопат, а мы - их... Безумный мир! Но постой... в этой мысли: наибо устойч ядра, которые только распал, - что-то есть. (сади за стол, раскрыв журнал, берет каран). Прики-ка... Затемне справа. Полный свет слева. Кабинет Шардецк. В дверях, прислон к косяку, стоит Самой. Курит, наблюд за Шардец, который возле доски пишет, бурно жестикул себе. Тот, наконец, замеч Самойл. Шардец (его застали врасп, он серди). А вы по-прежнему небриты, Петр Ивано! Самой (трог подборо). Растут, трекля... Шардец (смот на часы). Который час? Мои стали. Самой. Третий. Шардец. Угу. И какое же у вас ко мне дело в третьем часу ночи? Самой. Да я, собстве, так - загля на огонек. (затягива, пускает дым в потолок). Я говорю: вот мы не знаем, какой атом радиоакти вещес когда распада, а клоп - знает. Шардец. Какой клоп? Самой. Обыкнове. Клопус вульга. (покури). Пустил я его давеча на пласти со слоем радиоакти кобал. Ну, он блуждал, петлял... и вылез необлуче. Пять раз гонял его по пласти - ни одного гамма-кванта не схватил. Измер. Шардец (ошеломл). Не может быть... Мистика! Хотя нет, почему же? Может. Действите, в каждый момент какие-то атомы кобал взрываю гамма-квант, какие-то нет. Пройти можно. Как по минному полю. Что же-у клопа какие-то миноиска есть, что ли? Выходит, он чувств, какие атомы около него будут распада, и поворачи от них подал? Самой. Я так думаю, он измене нейтрин потоков от ядер чувств. Должно быть, спокой и распадающ ядра излучают неодина. Шардец. Возмо... Это где же вы клопа-то достали, Ивано? Самой. А я недавно в Свердло ездил, в командир. В мягком вагоне. Ну, и не убере... Я его, собстве, казнить хотел. А он - избег... Между прочим, я постр его блужда в пространст-времен координ. Есть намек на закономер. Шардец. Да-да... Черт знает что! Клоп, а! Гнусное насеко - и движет физику. Дожили... Самой. А что - клоп? Очень удобный объект для наблюде: плоский, форма эллиптиче. Легко рассчиты сечения захвата. Муравья, к примеру, пришл бы интегриро по сложн контуру... (затянув дымом) Впрочем, стоит попробо и муравья. Шардец. Что ж - клоп так клоп. Пойде, Петр Ивано, посмот, что он может... Значит, "зашли на огонек". И ехидный же вы человек, Самой! Самой. Да нет, я что! Я ничего. Занавес Дейст третье. Без Пяти... Картина Первая Освещ левая часть сцены. Большая комната. Столы с прибор и без таковых. В дальней части комнаты - устано, похожая на спектро, на лазер и немного на самогон аппарат: кварце и металличе трубы, спирали прово, стеклян завиту, солено и т. д. Рядом прибор щит. На стене - самодел лозунг "Размышл, размышл, размышл - пока не почувств злость к работе!" и самодел же рисунок гуашью: Архимед, прикрыв ладонью, выскаки из ванны. Словом, это комната поиско группы "Эврика" Идет семинар. За столами Шардец, Штерн, Якубо, Сердюк, Валер, Ашот Карапе и другие исследова. У поворачива доски - Самой (он сегодня чисто выбрит, при галст) заканчи доклад. Доклады он не умеет и не любит - и высказыва с некото отвраще. Самой. ...Вот так мы поняли, что в простран блуждают нейтрин флюктуа. Ну, скажем: отчего небо синее? От флюктуа, от колеба плотно воздуха - так, значит! Они и рассеив синие лучи. Ну, и в простран есть колеба плотно нейтр - так, значит? От них и зависит распад ядер. Когда флюктуа оказыва у ядра, оно выпячива... ну, как пузырь, у котор часть пленки тоньше, и может лопнуть, распаст... так, значит? Ну, и больше у нас вопро к насеко не было - дальше сами смекн. Раз все дело в колебан плотно нейтр - этим можно управл. Элемент статист: когда плотно нейтр в простран велика - флюктуа малы, так, значит? И ничего они сделать не могут. И обратно... возьмем, обратно, паровоз. И поста его вверх колес... (шевеле в публике.) Шардец. Петр Ивано, не резвит! Самой. Прове внима, Иван Ивано. Продол... да что там, собстве, продолж? Все это одна умственн. Ну, она выража такими формул... (легким ударом переворач доску. Осыпаю меловые символы). Желаю могут вызубр... Давайте я вам лучше покажу это дело в натуре. Будет доходчи. Ашотик - заведи! Ашот Карапе - малень, усатый и серьез - идет к устано. Щелкает тумблер на прибор щите. Загора сигналь лампо. В кварце трубе вспыхив разряд. - Вот сейчас в ограниче простран - ну, в области вон того куска урана-235 (показы) - будем повыш плотно нейтр. Ашот - счетчик! Ашот укрепл около образца трубку газоразря счетч. Слышен мерный треск. - Распада, как обычно - так, значит? Ашот, генера нейтр... (ашот работ рукоятк). Есть! Треск стихает. Урано образец начин светит с сине-зелеными перелив. Возгл: "Ух, черт!", "Вот это да!" Все бросаю к устано. Самой. Усекли? Уран перес распада - так, значит? А избыток энергии стал выход из него фотон - малюсень такими порци. Как, скажем, у больн хворь потом выходит... А все почему? Не стало крупных флюктуа, от которых лопаю ядра - так, значит! Переклю, Ашот. Ашот нажим кнопки. Свече пропад. Счетчик начинает трещать, как прежде. Ашот манипулят убирает урано образец в контей. Ставит на его место колбу с водой, опуск в нее трубку счетч. Якубо. А это зачем? Самой. А теперь перевер паровоз вверх колес. В колбе - вода. Из местн водопро. Счетчик, как вы можете замет, в ней безмолвст: радиа нет. Сейчас умень концентр нейтри... вернее, повысим концентр антинейт - так, значит? Попрошу всех отойти от устано на два метра! Антинейт излучаю пучком, но... неровен час, кого-нибудь заденет. Мне не к чему выплачи пострадав больнич. Все отходят. Ашот тянет за собой шнур дистанцио управле. Самой. Давай, Ашот! Ашот нажим нескол кнопок. На прибор щите начин мигать красная полоса. Одноврем раздае частый и резкий треск счетч. Ашот нажим еще кнопку: треск перехо в рев. Самой. Достато, Ашот! Ашот щелкает тумблер. Рев счетч постепе перехо в частый треск. Треск замедля. Самой. Стало быть, создали с помощью антинейт крупные флюктуа - и они сделали обычную воду радиоакти. Слышите, как спадает наведен радиа! Вот - все. Прошу задав вопросы. Минуту все молчат. Потрески счетчик. Штерн (бросае к Самойл). Вопросы!.. Какие тут могут быть вопросы! Ах ты, черт, пижон, гений, талант! Самой. Я - что? Я ничего... Валер. Качать его, ребята! Самой (отстраня). Иди, я сегодня в новом костюме. Вон Ашота покачай. Или Ивана Иванов... А вообще, теорию надо было качать - так, значит? Валер. У-ух... нет в тебе душевн благород, всепрощ - в такую минуту уесть! Вот только такая зловред ехидина, как ты, и могла придум опыт с клопом. Что, съел! Якубо. Ну, теперь я знаю, с какого конца браться за плазму. Ох, и поэксперимен! (алчно потир руки). Сердюк. И подум только - все начал с клопа... Шардец (выхо к доске). Вопро к Петру Иванов, я вижу, нет - демонстр довол краснореч. Тогда позвол мне. Стало быть, теперь мы поним, что к чему. Знаем, что, меняя концент нейтр и антинейт в простран, можно управл устойчив ядер... в принц можно. На этом эксперимент исследо време, до моего разреше, мы прекращ... Шум, гул, возгл: "Как же так!", "Вот новость!" Тихо! Будем двигать теорию. Мы теперь должны... обязаны наперед предвид все результ дальней опытов! Якубо. Вот так так, милое дело! Самой. Ну-у... какие же это будут опыты, если в них все наперед ясно! Ашот. Пачэму такие строго, Иван Ивано? Сэйчас, когда все получае, да? Шардец. Именно потому, что получае, Ашот. И еще далеко не ясно: что именно получае? Помните: когда запуск первые ракеты на Луну, их тщател стерилизо, чтобы ненаро не занести на лунную поверхн наши микроорга и - боже упаси! - не заразить тамош живые сущес. Хотя далеко не ясно: есть ли жизнь на Луне - скорее всего, нет... А на Земле есть жизнь. Есть! И все живое, все вокруг нас состоит из атомов, имеющих ядра. Поэтому мы должны быть также стерил осторо с нейтр, как наши коллеги - исследова космоса - с микроб. Штерн. Что же делать бедным эксперимент? Шардец. Готов генерат для новых массирова опытов. И - думать. Всем думать. Развива далеко идущие гипот, продумы метод, воображ все возмож примене откры. Разреша выдвиг на семин самые фантастич идеи - со строгим математич обоснова, разумее. Но - ни одного опыта с нейтр без моего разреше! Итак, всем - думать! Затемне слева. Освещае правая сторона сцены, кабинет военн минис. В нем - Министр, Хениш, Клинчер, Фрэнк и д-р Кеннет. В руке у последн футляр с чертеж. В углу, за столом-пультом Адъют. Министр. Почему нет професс Голдв? Клинчер. Я передал ему ваше приглаш, сэр. Министр (хмури). Он, по-видим, считает, что мы здесь занимае пустяк! Мне с самого начала не нрави ваш протеже, генерал. Боюсь, что он опасен своими взгляд. Я не верю, что этот человек успешно доведет работу до конца. Хениш. Открове говоря, я тоже, сэр. Министр. Не саботир ли он исследов, генерал? Уже два года - и ничего утешитель. А ведь русские не сидят сложа руки. Они могут нас оперед! Клинчер. Я не думаю так, сэр, но... разумее, я воздейс на Голдв. Собстве, он сейчас занимае преимущест теорией. Эксперимента же работами руково доктор Фрэнсис Гарди, котор я хочу вам предста. Министр. Ах, вот как! (кивает). Очень рад, доктор Гарди. Надеюсь, вы не столь пасси во взгля и поступ, как ваш шеф? Фрэнк. Нет, сэр. Министр. Рад это слышать. Нам надо быть настоящ американ, доктор Гарди, а уж потом - учеными, политик, военн. Настоя янки - это главное! Как идет работа, доктор Гарди? Фрэнк. Заканчи предварите опыты по исследов свойств нейтрин и антинейтр пучков. На днях перей к решаю. Устано уже готовы. Хениш. Надо ли так торопит? Поспешн в науке не принята. Решаю опыты должны быть поставл солидно. Министр. Эта работа - не только наука, сенатор. Она еще и полит, большая военная полит! А в совреме политике выигрыв тот, кто держит противн на мушке. Хениш. Но еще неизвес, дадут ли опыты нужные результ! Фрэнк. Они дадут результ! (со сдержан яростью). Мы будем вести их еще и еще, пока не добье, чего хотим! Министр. Вот слова настоящ америка! Хорошо сказано, док. Я вижу, эксперимент исследов в Центре "Нуль" находя в надеж руках... Но перей к делу, господа. Я поручил доктору Кеннету рассмот возмож измене, которые приде внести в нашу глобаль страте при появле нового оружия. Прошу вас, доктор. Кеннет (раскры футляр, достает из него сверну чертеж. Оглядев, привеши чертеж к крюку, на котором висит портрет. Достает указку. На чертеже - шар без подробно, в двух крайних точках выдел области, обозначе буквами А и В. Они соеди пунктир кривыми и прямой линией через центр шара. Ниже - нескол формул и чисел. Выделяе формула t=pi*R/v/) Итак, господа, рассмот простую задачу. На противопол сторо шара радиу "R" имеются противост друг другу объекты А и В (указыв). Каждый из объектов распола... э-э... средств массов уничтож и средст доста их, имеющ скоро "v". Нынеш ситуация определя кривиз шара "R", упомяну уже скорос средств доста "v" и време обнаруж послед после старта против стороны. Как вы догадывае, ныне соотнош этих факто таково, что делает бессмысле инициат одного из объек в нападе на другой. Время доста средств уничтож к объекту-противн "t" определя вот этой формулой (указыв) и для ракет составл 45-50 минут. Время же обнаруж ракет радиолокаци средств - не более десяти минут. Если учесть, что время запуска ракет при состо непреры готовно составл не более пяти-шести минут, то понятно, что за время "t" объект-против успеет ответить равным или большим ударом. Стало быть, эта формула ныне удержи мир в равнове... Министр. Это извес, док. Переход к сущес задачи. Кеннет. Вышесказа определ и сущес, сэр... Наскол мне извес, в Центре "Нуль" готови оружие, представл, собстве говоря, направле пучки нейтр и антинейт, распространя со скорос, близкой к скоро света. Я не ошиба, доктор Гарди? Фрэнк. Нет, не ошибает. Кеннет. И дейст его будет состо в том, чтобы вывести из строя ядерные заряды противн, так? Фрэнк. Да. Кеннет. Благод... Итак, в этом случае скоро доста оружия к цели равна скоро распростра нейтр сквозь толщу Земли - то есть, близка ко все той же скоро света. Подста ее значе в указан формулу и заменив коэффиц, мы получим значе времени "t" в четыре сотых секунды. Ну, еще одна-две минуты на довед интенсивн пучка до нужной велич. Так, доктор Гарди? Разумее, ни обнаруж такое нападе заблаговре, ни ответ на него против сторона не успеет... Фрэнк. Прост, доктор, почему вы счита, что распростр пучков нейтр есть обязате нападе? Возмо два вариа. По первому ядерный заряд взрывае, по второму - нейтрализ. Тогда это оружие защиты, а не нападе! Кеннет. Физиче, доктор Гарди! Только по физике дейст, а отнюдь не по последст. Я как раз намерев это показ... Обрати к ситуа, когда обе стороны готовят - именно готовят, а не имеют! - такое сверхбыстродейс оружие, защита от котор ни пасси спосо, ни методом ответн удара невозмо. Легко понять, что в этом случае для каждой из сторон остае лишь один вариант поведе: оперед против сторону в нанесе удара - то есть пустить оружие в ход немедле после его изготовл. При этом важна только скоро нового оружия, а не физичес харак его дейст. Действите, если потоки антинейт от объекта А (водит указкой) достиг ядерных складов объекта В, они вызовут взрывы всех ядерных запасов противн и приве его к самоуничто. Если же потоки нейтр, напро, только нейтрали ядерное оружие объекта В, то для заверше победы над ним достато выпуст по его целям ядерное оружие объекта А при помощи обычных средств доста... Или, во всяком случае, угрожая в этой ситуа атомной атакой, можно будет добит от разоружен противн любых политиче целей... Других решений данная стратегич задача не имеет. Министр. А если... обе стороны пустят оружие в ход одноврем? Что тогда? Кеннет. Тогда... все, сэр! (разво руками). Но это математи невероя. Время доста нейтр - доли секунды. А работы по овладе ими длятся уже два года. Невероя, чтобы и та, и другая сторона заверш исследов в одну и ту же секунду. Министр. Благод вас, док. Скажу, не преувелич: я потрясен вашим докла! (выхо из-за стола, приближа к чертежу). Итак, все определя просто: побежд тот, кто первый нажмет гашетку. Кто - первый? (подхо к карте, отдерги шторы. Над континен плывут светящи индикат спутни; в океанах блужд огоньки патрул подло-ракетоно.) Кто? Мы или они? Кто выигр и уцелеет?! Прошло время, когда войны объявл диплом. Прошло и то, когда войны начина на полях сраже. Сегодня, сейчас кончил и время равнове... Война с русск уже начата этой работой - в наших и их лаборато! Без нот диплома и решений конгре, даже президе. Все законы граждан и нравстве бессил перед войной умов. Действ только законы логики и математ. (оборачив.) Вы слышите, генерал! Слышите, сенатор! Слышите, доктор Гарди! Мы уже воюем с русск, - и они с нами. И единстве способ выигр: скорее, скорее законч исследов! Фрэнк. Но, сэр, ведь еще нет... Министр. Никаких "но", доктор Гарди! Никаких "но"! Идет война, на войне выполн приказы - без возраже и колеба. Я приказы: ускор опыты! Работ круглосут! Пустить в ход все устано! Генер Клинч обеспеч Центр всем необход! Клинчер (сидя вытягива). Слуша, сэр! Фрэнк. Прост, сэр, но природа - не война. Ей не прикаж! Министр. Мы должны подчин природу. Если этого не будет, мы погибли. (кричит). Вы понима, что будет, если русские первыми сделают это оружие? Не мы их - а они нас! Они нас!!! (перево дух). Все. Исполня приказы, господа. И да поможет вам бог. За дверью. Первым выходит Фрэнк. Фрэнк. Ну, и дела... (замеч вышедш Кеннета). Прост... Кеннет. Да, сэр? Фрэнк. Скажите: у вас есть дети? Кеннет. Да, двое. Фрэнк. Вот как... А я подумал: вы робот. Кеннет. Я матема, сэр! Так же как вы - физик. В функциона смысле мы с вами мало отличае от роботов. Фрэнк. Что ж... можно утешать себя и так. (уходит). Выходит Клинчер и Хениш. Клинчер быстро удаляе. Хениш. Спешите, генерал! Вытряхив души из яйцегол! Ах, какой будет бум! (замеч Кеннета). Э, скажите, док, что бы вы сделали, если бы вдруг стали миллиард? Кеннет (мрачно). Постр бы себе атомоубе, сэр. В кабин. Адьют (встает из-за пульта, кладет на стол адмир бланки). Утренние сводки, сэр. (возвраща к пульту.) Министр (возбужд ходит около стола). Да-да... Не мы их - так они нас! А не они нас, так мы... Кто? Кто кого? Мы - или они... (внез останавлив, смотрит на колышущ от сквозн порть. Подкрадыв, рывком отдерги ее. Там никого и ничего нет.) Адьют за пультом делов нажим клавиши, записыв в компь доклады постов и спутни наблюде. На карте-табло перемещ индикато огни. Затемне. Картина Вторая Освещ левая часть сцены. Кабинет Шардецк в КБ-12. У стола - Шардец, Штерн, Якубо, Сердюк. Шардец. Даю простое и корот задание всем трем эксперимент отделам. Первое: приве в готовно все реакторы и генерат нейтр... Штерн. А генерат антинейт тоже? Шардец. Нет. Второе: круглосут следить за темпом распада радиоакти веществ... скажем, по урану-235. Примем его за эталон. Третье: организ круглосут дежурс у реакто и генерат. Дальше. Вам самим на время моего отсутст... Якубо. Вы уезжа, Иван Ивано? Шардец. Да. В Москву и... может, еще куда-нибудь придется поехать... На время моего отсутст вам приде раздел всю полноту власти в Кб. Вы, Исаак Абрамо, - с 8.00 до 16.00, Илья Василье - с 16.00 до 24.00, Евгений Сергее - с 24.00 до 8.00... Полнота вашей власти будет состо в основ вот в чем: как только обнаруж отклоне темпа распада урана от обычн - отдать приказ о включе всех генерат нейтр на полную мощно. Сердюк. Это что же - из-за той доктр Кеннета? Шардец. Да, из-за нее. Все, товар. Исполня. Штерн. Какой же своло надо быть, чтобы сочин такую доктр! Так изгад все... Якубо. И главное: все может быть совсем не так, как он рассчи. Совсем не так! Начальн отделов уходят. Минуту спустя быстро входит Макаров. Шардец. Здравств, Олег Викторо, с чем прибыли? Макаров. С вопро, Иван Ивано, с неприят вопро. Здравств. Почему останов опыты? Именно сейчас, когда получае, когда надо все отрабаты, провод испыта... Не понимаю! Шардец. Мы и так опереж задан правитель сроки, Олег Викторо. Макаров. Ах, Иван Ивано, о чем вы говор, какие сейчас могут быть задан сроки! Вы же знакомы с "доктри опереже" Кеннета? Понима, что это значит! Шардец. Это значит, что америка теряют голову от страха. Думаю, что нам не следует догон их в этом занятии. Макаров. Да, но чтобы не терять голову - и, если угодно, головы - нам надо иметь ваши способы нагот. (внушите). Иван Ивано, я не вмешива в ход исследов, пока это были просто исследов. Но теперь уж будьте добры отрабаты способы, провод испыта. Надо! Шардец. Великое слово "надо"... Послуша, Олег Викторо, а нельз как-то объясни с американ на этот счет? Ну - обменят информа о состоя работ, договори о координ исследов, может быть, даже вести их совмес. А? Макаров (всплески руками). О чем вы говор, Иван Ивано! Это же сверхор! Хотим мы того или нет. Такая обстано в мире - будь она неладна. Кто же об этом станет обменива информа с потенциа противн! Какие тут могут быть совмест исследов!.. Я настаи: все надо приве в готовно. Шардец. И тогда? Макаров. Ну... это вопрос не нашей уже с вами компете. Шардец. Сейчас нет вопро не нашей с вами компете, Олег Викторо! Мы затеяли эту работу - и отвеч за нее не только перед вышестоя инстанц, но и перед всем человечес. Макаров. А не много ли вы на себя берете, Иван Ивано? Шардец (поднима). Много, вы правы. Гораздо больше, чем нужно мне для душевн покоя. Только не я сам беру - навал. Все люди, коорые считали, что начальс виднее, специали виднее, а сами занимал лишь тем, что им удобней и выгод, - перелож на меня свою долю ответстве за дела в мире. Полит, администр, обществе деятели-карьери, писат, кои вместо того, чтобы будить в людях озабоченн ситуац в мире, занимал отвлече умов, - тоже спихн ответствен на нас. Да, на нас - на меня и на вас, Олег Викторо, вы не увилива! Сейчас многое зависит от нашей инициат. Макаров. Эх... да что от нас зависит! Только и того, что знаем об этом деле больше других. Шардец. Это не так и мало. Макаров. Но не так и много, Иван Ивано, не будем преувелич. Столько лет напряженн, столько лет взаим военных приготовл... Взаим насторожен уже в кровь вошла - что тут подела? (окончате расстроив). Я, Иван Ивано, знаете, как познаком с этой доктри - спать по ночам не могу. Это ж действите голову надо потер: провозгла такое! Шардец. Да... (нажим кнопку селект). Внима! Первый, второй и третий эксперимент отделы. Долож готовно. Голос Штерна. Первый эксперимент заканчи приготовл, Иван Ивано. Голос Якубов. Второй эксперимент - готов. Голос Сердюка. Заканчи, Иван Ивано... Макаров. Значит, готовит? Шардец. Нет. В том-то все и дело, что здесь никакие массирова испыта невозмо, Олег Викторо, (помол). Хорошо, я объясню вам, почему прекра опыты. Причина простая: нейтр и антинейт проник на любые расстоя - и всюду могут воздейств на ядра. Наши лаборат - это теперь весь Земной шар, понима? Пустим мы пучки - и америка могут восприн это как нападе, шут их знает. Да и вообще... ведь что такое ядро? Сгусток энергии. Если, скажем, из всех ядер планеты одновре выдели всего одна миллион миллиар доли их энергии - Земля вспых ярче Солнца. А теперь и это возмо. Макаров. Ого! Шардец. Именно, что "ого". И мы еще точно не знаем, что может выйти. (трет лоб). Будь моя воля, я вообще перенес бы эти опыты куда-то на Луну или на Марс - пока не разбере...Поэтому - гоним теорию. (ходит по кабин). Надо договори с американ. Просто необход. Ведь это же не просто оружие - это величай откры в истории человече, велича знание о материи! Мы сейчас рассчиты, Олег Викторо, - вырисовыв такие возможн! Можно будет осуществ любые превращ: вещес в энергию, энергии в вещес, веществ друг в друга. Это, конечно, более далекая перспек, чем антияде оружие, но... примен такое откры как оружие - все равно, что забив гвозди хрономе! Понима? Макаров. Отлично понимаю, Иван Ивано. Ах, как же это все так... Хоть бы знать: что они-то в самом деле сделали, чего дости в этой работе? Если ничего - чихали бы мы на все их доктр, работ бы себе споко. Но - не знаем! Я говорю: хорошо было с ядерными бомбами - где ни испыт, все извес. То по выбросу радиа, то по сейсмиче колебан - мимо не пройд. А в этом деле все темно... Шардец. Я уже спланир дальней работу по всем правилам научной страте, Олег Викторо. (мечтате.) Сначала двигаем наших штабис-теорети, тылови-снабжен и наладчи. Рассчит метод, оценив возмож результ. Строим соверше устано. И тогда - с оператив картами на руках, с идеями, знани, расчет - начин и выигрыв величай битву у природы! И вдруг - такая гадость... Голос Штерна. Первый эксперимент готов, Иван Ивано. Голос Сердюка. Третий отдел приготовл закон. Макаров (встает). Ну что же, Иван Ивано, - давайте проби перегов. Хотя, открове говоря, я в наших потенциал противн не уверен. Шардец. Но ведь не только противн - они же люди. Им тоже жить хочется. И можно жить. Отлично можно жить! Затемне слева. Освещае правая сторона: кабинет-лаборат Голдв. За прозрач стеной из свинцов стекла - перспек реактор зала. Голдвин - без пиджака, рукава рубашки закат - за пультом управле реактор. Рядом у лаборатор стола Ассис манипули щупом счетч Гейгера около прикрыт прозра щитком куска урана. Слышны редкие беспорядо потрескив. Голдвин (вращ рукоя на пульте). Повышаю интенсивн. Отсчет! Ассист (подно щуп к куску урана. Треск учащае.) Без измене. Голдвин. Снижаю энергию нейтр... Теперь, Фрэнк? Ассист (измер). По-прежн... Джон, сэр. Мое имя Джон. Измене нет, профес. Голдвин. Да-да, Джон. Прошу прост. (отхо от пульта к столу. С досадой). Да, вы Джон, вы не Фрэнк. Тот бы давно догада укрепить щуп около образца - а не совать его, как кочергу! Ассист. Но, профес, я одноврем измеряю излуче от двух образ: урана и строн-90. Голдвин. Так постав два счетч... Джон! Ассист. Хорошо, сэр... А доктор Гарди, профес, третий день не выходит из своей лаборат. Ведет опыт. Голдвин. Мне нет дела до опытов доктора Гарди! (лист журнал). Итак, 134-й режим тоже неуда. Испыт 135-й... (задумч). А что, если сразу вывести реактор на критиче режим генера? Опасно, как вы думаете, Фрэнк? А... прост, Джон. (возвраща к пульту). Ну, попроб. В этот миг резко усилива треск счетч. Вверху вспыхи красная надпись "Radiation!". Ассист выпуск щуп из рук. Треск не ослабев. Голдвин. Что такое? Ассист. Это... это русские! Они пустили в ход свое оружие! Радиа растет, мы сейчас все взорве! (убег). Треск вдруг стихает. Красная надпись гаснет. Голдвин. Уф-ф... значит, это еще не русские! Тогда... неужели -- он? (подхо к телеф, набир номер). Мисс, приглас ко мне доктора Гарди. Немедле! (кладет трубку). Так мы можем доработат Неужели он осущест второй вариант? Разноси по Центру гулкий радиого: "Доктор Гарди, вас требует шеф! Доктор Гарди, немедле к шефу!" Под эти звуки в кабинет входит Фрэнк. Треск счетч заметно учащае. Голдвин. Доктор Гарди, от вашей лаборат распростра выброс проникаю излуче. Что произо? Вы не наход, что о подобных опытах следует извещ меня? Вы подверг опасно всех! Фрэнк. Больше не повтори, Бен... прост, профес. Больше не повтори. Вы позвол? (направля к креслу. Когда прохо мимо лаборатор стола, треск счетчи еще более учащае. Останавлив, берет щуп, водит около тела. Счетчик ревет). Ого... более двух тысяч рентген. Н-да... Голдвин (с ужасом). Боже милости, Фрэнк, вы так облучил? Как же?.. У вас там отлич биозащ! Фрэнк. От нейтрин нет защиты. (сади). Голдвин. Ах, как же это вы - неостор... я сейчас врача! (подним трубку). Фрэнк. Не надо, Бен, прошу вас! Вы же отлично знаете, что при дозе в две тысячи рентген врачи могут только испорт настрое. Слуша лучше, что я скажу. Тем более, что, судя по прибо, у меня мало времени... Голдвин делает шаг к нему. Френк подним руку. Нет! Не подход, пожалуй. Кто знает, может, она зараз чумы, эта наведен нейтрин радиа. Сядьте там, Бен. Вот так... Уфф! Хорошо, что я вовремя остано процесс. Он нарас лавиной. Пришл сброс в реактор все аварий стержни. Лаборат тоже получ хорошую дозу - ну, да журна пользова можно. Тем все запис, Бен, потом прочт. Словом, так: комбина реакт и плазмен генерат дает потоки нейтрин, которые быстро возбужд стабил ядра. Голдвин. Накопле нейтрин в нуклон оболоч ядер и мгновен сброс, как в лазере? Фрэнк. Да. Вы рассчит этот случай? (голд кивает). Вот видите, опыт подтверж теорию. Режим записан в журнале... впрочем, это я уже говорил. (откиды голову). Голдвин. Вам плохо, Фрэнк? Фрэнк. Нет еще. Я просто не спал две ночи... Что я еще хотел сказать? Да! Там есть и другая возможн: если снижать концент антинейт, все будет наобо. Повыше устойчив. Я не успел провер этот вариант, повер ручки не в ту сторону. Но - должно получит, это ясно. Голдвин. Я сейчас прове именно этот вариант, Фрэнк. Фрэнк. Да? Вот видите, как все хорошо... как у нас с вами все хорошо. Вы проверя один вариант, я другой... как всегда. Как будто ничего не было. Ничего и не было - да, Бен? Голдвин. Д-да, Фрэнк. Ничего не было. Фрэнк. И отлично. Как в детстве: мири-мири навсе, кто поссори - свинья... Вы обо мне подум немного хуже, чем следов, Бен. Я просто хотел, чтобы все вышло хорошо... думал, если взяться, как следует, то получи... и получил! Получил... Только по моему пути идти нельзя, Бен. Это - крышка! В нашей Галакт вспых еще одна "сверхно". И ученые других миров будут ломать головы, пытаясь объясн ее появле естестве причин. Надо вертеть ручки в другую сторону, Бен. Голдвин. Я понимаю, Фрэнк. Так и будет. Фрэнк. Да-да... Что я еще хотел? Я прикиды там, в журнале - есть возможн полного управле ядром. Очень тонкая регулир энергий нейтр и антинейт, локализ пучков - и все получи. Это... это же золотой век, Бен! Любые запасы энергии, любые превращ веществ, любые структ... Золотой век, мимо котор человече пройдет! Потому что это тоже нельзя, Бен. Это оружие. То самое, с великоле скорос доста: от объекта А к объекту В - или наобо. Это тоже нельзя, Бен! Голдвин. Я знаю, Фрэнк. Фрэнк. Что я еще хотел? (улыбае). Мы сейчас, как в аэропо за минуту до вылета, - все, что собира сказать напосле, вылетает из головы... (поднима, подхо к лаборатор столу, берет урано образец). Голдвин. Что вы делаете, Фрэнк, - это же уран! Фрэнк. Неважно... (перекиды образец с руки на руку). Еще неизвес, кто сейчас больше испуск частиц: он или я... Дерьм все-таки металл этот уран. Окисляе, со всякими средами взаимодейс. Даже столо ложку из него отлить нельзя. Цвет гнусный... И это дрянцо держит в страхе целый мир! (кладет образец обратно). Нет. Вздор. Не он - люди сами держат в страхе друг друга (возвраща к креслу, шатае. Голдвин бросае к нему). Ничего, Бен, все в порядке (сади). Но на этот раз, кажется, обойде. В мире все остане попрежн. Есть только один путь: грубый, примити - но надеж. И мир уцелеет... Только одно... только одно: какой мелкой своло должен почувство после этого себя каждый мало-мальски думаю человек на Земле! Его спасли, ему снисходит разреш жить дальше - до новой опасно, когда снова приде тряст от страха, бояться неба, воды, земли, друг друга - всего! Что может быть постыд! А ведь все в руках их самих, всех людей Земли. И не требуе ни герои, ни жертвенн... ни даже больш ума. Только одно: понима, что твоя работа опасна для людей - брось это дело! Найди другое: выращи сады, сей хлеб, играй в джазе, строй дома - не пропад, прокорм и себя, и семью... Но нет, как это: бросить?! Я брошу, а кто-то другой займет мое хорошее место? И я остан в дураках? Вот так и получае... Крик души: устроит, устроит, устроит! Чтобы меньше работ, больше получ! Урвать, урвать любой ценой! Бегаю глаза, устремл вид и потные ладони... И все остане в дураках! (помол). "Чем вас привлек наша фирма? Сколько вы получ раньше? Сколько отклады? Есть ли у вас девушка и любит ли она бейсбол? Какую религию вы исповед?" Какое дело вам, что я испове, лавочн?! Будь ты прокл, планета лавочни, планета напуган идиотов! Сгоришь - туда тебе и дорога... (приклады ладони к лицу). Нет, не то... Это у меня от общения с Хенишем, Кенне и его высокопревосходит, господи минист. Не все же такие, как они... А, знаете, Бен: первое время мне это льстило. "Разреш, сэр, предста вам доктора Гарди, руководи эксперимент сектора Центра..." "Вы настоя америка, док!" Куда к черту... А теперь, после общения с ними, такое отвраще к жизни, что и умирать не страшно. Зачем они? Для чего они живут на Земле? Голдвин. Не вспомин о них, Фрэнк. Фрэнк. Да-да... перед смертью полагае вспомин бога, а не дьявола. Я веду себя не так, как подоб умирающ - да, Бен? Не умиротвор? (поднима). Нет во мне умиротворен. Нет! Человек умирает - это не страшно. Человек смертен. Человече может погибн - вот что страшно. Человече должно быть бессмер. Должно! Иначе жизнь теряет смысл... (ослабе, опускае). Обещайте рассказ людям обо всем, Бен. Обо всем, что было здесь. Голдвин. Да-да... (приближа к нему.) Я виноват перед тобой, Френк. Очень виноват, мой мальчик! Френк (отстра его). Не подход, Бен, не надо. Вам еще жить. Вам не в чем винить себя. Это так естеств для нашего времени: не верить друг другу. И потом - мы уже сказали друг дружке "мири-мири навсе!" Навсе... навсе... (смот на часы. Тикает Счетчик Гейгера.) Занавес. Дейст четвер. Будет Ранняя Весна Освещ левая полов сцены: комната поиско группы "Эврика". Обстано прежняя, только стену украс еще одно изрече: "И клоп полезен науке! - К. Прутков, инженер". Самой сидит на столе, возле доски. Валер и Ашот слушают его. Самой. Теперь смотр. В принц возмо сфокусиро поток нейтр в точку разме 10^-13 сантиме - так значит! - и обрабаты ею каждый нуклон ядра в отдельн. То есть, скажем так: берем кирпич. Кирпич обыкнове. Наводим на него пучки нейтр, в каждом ядре меняем количес прото и нейтро в нужную нам сторону - так, значит? - и получ любые комбин атомов, любые вещес. Напри, образов просло чистого полупроводни кремния - так, значит! Затем металлич конта к ним, прожи алюми - все это есть в простом кирпиче, так, значит! Образов емкости сопротивл, транзис, диоды, магнит ячейки памяти, соедин их по схемам проводни - нейтрнн пучком это будет проще сделать, чем нарисов мелом - так, значит! И - кирпич обыкнове стал микроэлектр машиной сложнос с человече мозг! Валер. Чепуха, Петр Ивано. Реникса... Надо ж еще научи фокусиро нейтр в такие пучки. (подхо к доске, берет мел). Слуша лучше о более близкой возможн: как дарма добывать энергию... (пишет на доске символы и числа). Вообще, мне от Ивана Иванов влетит, что я не тем занима, но - не мог. Не мог оторват. Ведь это же хоть сейчас пробов можно! Смотр: если облуч вещес нейтр таких энергий - любые вещес, замет! атомный номер не играет роли - то из ядер будет выделят тепло и свето энергия. Медле и постепе. Ашот. Ну, подума. Это мы в опытах получ, да? Валер. Что вы получ?! Вы в опытах краси пшик получ - вот что вы получ! А это можно делать в масшта контине. В масшта планеты. Почву можно прогрев в зоне мерзл. Воду в холод океанах. Климат измен! Они получа-али... Или воздух греть в городах - как в кварти. Улицы освещ и дороги - самосветя возду. И главное: затрат-то энергии никаких. Вся энергия уже имеется в ядрах... Вы понима, братцы: через десять лет жителям Чукотки, Новой Земли и прочих там Таймы будет казат чушью, нонсен, искажен советс действитель, что когда-то они кутал, замерз! Ашот. Это - что! (вскаки, подхо к доске). Вот ты слушай лучше. Бэрем обыкнове металлы - да? - и облуч их нейтр - да? - прэвращ все протоны в нейтр - да? - имеем сверхпр ядерный матер. Для любых темпера! Для любых напряже! Все можно им делать, да? Самой. Верно, Ашотик! Верно, Шарль Борисо! И это можно. Теперь все можно... Ух, ребята, и какое же мы огром дело сворот, а? Ведь, по сути, только теперь ядерная физика выходит на настоя дорогу. Раньше-то, раньше - болтали, что получ искусстве изото в реакт - совреме алхимия. Мура то была, а не алхимия! Ведь получал радиоакти изотопы - а из них разве что сдела! А теперь... теперь все будет по-настоящ. Нейтрин пучки - и самообо Ледовит океана, таймырс пляжи в пальмах, яблоне сады и апельсин рощи в бывшей тундре! Нейтр - и ракеты, запро пролета сквозь Солнце! Нейтр - и светящи облака горкоммун для освеще парков и улиц. Нейтрино - и тоннели в горах... ну, облуч ненуж часть горы - и она преврати в воздух, так, значит? Нейтр - и... ух, ребята! (хват на руки Ашота, кружит его по комнате). Ух, Ашотик! Ашот (дрыг ногами). Пусти! Пусти, говорю! ( Самой ставит его на пол. Он одергив пиджак, топор усы). Я тебе что - девушка, да? - на руках меня носить! Самой. Нет, скажи: разве мы не молодцы? В два года сделали такое дело. А ведь с ничего начин! Ашот. Вот-вот... сэбя не похвал, сидишь, как оплеван, да? Входят Макаров и Шардец. Шардец. Здравств... (устало опускае на стул). Макаров. Здравств, товар. (шардец). Может, лучше у вас в кабин, Иван Ивано? Шардец. Э, все равно... Здесь это начал, пусть здесь и кончи. (самойл). Петр Ивано, будьте добры, приглас сюда всех руководит отделов и лаборат. Самой. Хорошо... (направля к телеф). Корот затемне. Свет. В комнате человек двадц начальн отделов и лаборат. Шардец. Олег Викторо, начните, пожалуй, вы. Макаров. Хорошо. (подхо к доске). Значит... вот какие обстоятел, товар. В течение послед дней наше правител предприни энергич попытки договори с Соединен Штатами Америки о мирном примене нейтр-генерат, об исключе вашей работы и аналоги работы у них из военной сферы. Но - договор не удалось. В Америке сейчас, после провозгла извест вам "доктр опережаю удара" - обстано истерии. Любые наши дейст, любые попытки обменят мнени по сущес дела восприним как подвох, как попытка развед: какая у них степень готовно нейтрин оружия. Могу, напри, сообщ, что американ правитель отказ Ивану Иванов Шардецк в его просьбе поехать в США, чтобы обсуд с американс учеными и эксперт эту пробл. Отклон оно и альтернат предлож: командиро американ физиков к нам. Тогда... Иван Ивано, может, дальше вы сами? Шардец. Нет, продолж, пожалуй. У вас хорошо выходит... Макаров. Гм... Тогда в правитель был заслу доклад Ивана Иванов о возможно нейтр-генерат, а также доклады наших военных и политиче деяте. И на основе всего этого (торжеств повыш голос) с целью устране военной опасн нашему государ и всему миру - было принято предлож акаде Шардецк о единств возмож в сложивш обстано варианте примене нейтрин генерат... Шардец (поднима). Что это за вариант, я скажу сам. Собстве, вам всем он ясен, товар. Надо будет запуст все генерат на излуче нейтр малых энергий - с тем, чтобы резко повыс их концентр в Земле и в околозе простран. Тем самым... Валер (вскаки). Но позвол, Иван Ивано! Это же... конец! Шардец. Тем самым мы на долгое время повысим устойчи атомных ядер всех тяжелых и сверхтяж элемен... Самой (хватае за голову). И это предлож вы?! Вы - физик! Да вы понима, что это значит! Шардец. Да, понимаю! Это значит, что все радиоакти вещества переста излуч частицы и гамма-кванты. Это значит, что прекрат цепные реакции деления, погас реакт - все, в том числе и наши, испуска потоки первич нейтр. Самой. Да это ж конец ядерной физики и ядерной техники! Теперь к ядру сто лет не подступи... Ашот (вскаки). А как же все наши примене, наши расчеты? Я рассчи, как можно получ ядерный матер, да? Вы же сами предлаг нам думать, Иван Ивано! Валер. А способ добычи тепло и свето энергии из ядер? Я - я ночи не спал. Рассчит и... и мечтал, как это будет! (голос его дрожит). Это же запасы энергии для человече на тысячи лет. А теперь... эх! Самой (рывком переворач доску, показыв свои записи). Вот способ, как нейтрин пучками осуществ любые превращ струк. И метод уже рассчит. Я выпол ваше приказа, товарищ дирек! Вы же сами говор! И устано уже спроектир... (ломает палочку мела). Я вам что - Ванька?! Штерн. Действите, Иван Ивано, как же так? Мы же губим будущее! Будущее, которое уже вот-вот... почти в руках. Шардец. Тихо! Тихо!.. Зачем вы мне это говор? Разве я не мечтал о тех грандио пробле, которые может решить наша работа? Да, все это можно. И ничего этого не будет... И не смотр на меня так, будто я вас обманул, будто я виноват. Не смейте на меня так смотр! Не я виноват. Мы не знаем, как вели и куда завели свою работу америка. Мы не знаем, на что может толкн их страх. Будущее... Будущее должно быть - это прежде всего. Будут люди жить дальше - решат осталь пробл: и насчет энергии, и насчет материа, и струк. Не так - иначе, не через год - через десятил... но решат! А если нет - и говор не о чем: И чтобы спасти мир, спасти будущее, мы должны, обязаны... не думал, что приде мне говор такое, не думал и дожить - закрыть свою науку. Это была великая наука. Интерес ее я ничего не знал... и, наверно, уже не узнаю. Но не ко времени она пришл... Валер. Ядерная физика - и была! Как о покойн... Эх! Пятнадц лет работы, пятнадц лет жизни - псу под хвост! (отходит к окну). Макаров. Товар, к порядку! Не надо так отчаива. Вы не дали даже договор Ивану Иванов. Он не сказал, что эту меру решено примен только в качес ответ - если америка начнут действо. Может, все и обойде... Открыва дверь. Вбегает Якубо. Он бледен. Якубо. Иван Ивано, минуту назад темп распада урана уменьши на полпроц! Шардец. Ну вот... Не обошл, Олег Викторо. Действу, Илья Василье, вы ведь дежур. Самой (шагает навстр Якубов). Стой! Ты его делал, это откры?! (ко всем). Ну, товар, что вы?.. Может, это так? (подбег к окну). Смотр: ночь, звезды, снег... все тихо. Не может быть, чтобы они начали. Нельзя это, нельзя! Ведь мы убиваем откры! Такое откры! Якубо (после колеба). Вы лучше сами, Иван Ивано. Я - не могу. Шардец (подхо к окну). Ночь, звезды... 22 июня 1941 года, помни, была такая же звезд ночь. (поворачив к Самойл. яростно). И нас били! За самонадеян били, за доверчив, за беспечн! Смерт боем били... Так вот: этого больше не будет! (быстро подхо к телеф, набир номер). Первый эксперимент? Говорит Шардец. Включ все нейтр-генерат в задан режиме! (набир другой номер). Второй эксперимент? Шардец. Включа все генерат. На полную мощно, да. (набир третий номер). Третий эксперимент? Включ нейтр-генерат на полную мощно. Да, я! (кладет трубку). Вот и все... Тихо в комнате. Все сидят неподви. От совершающ где-то в сети мощных переключ помигив свет под потол. Самой (крутит головой). Хорошо было в камен веке. Не сходя двое во взгля на жизнь - ну, он ему в морду, тот ему обратно. И объясни. Или камнем, дубиной. До чего ж это было возвыш и благоро!.. Валер. Смотр! (показы в окно). Кто-то тушит свет, все сходя к окну. За окном, освещая комнату, разгора клубяще зелено-синее зарево. Макаров. Что это, Иван Ивано? Шардец. Радион, подпочве радиоакти газ. Только теперь он избавля от излиш энергии не альфа-частиц, а множес свето квантов. Валер. Красиво горит наша наука... Самой (стоит, сжав кулаки). Убивают откры, убивают откры! Клубись, зеленый дым, клубись... Все уходит сейчас с тобою, зеленый дым. Опадает яблоне цвет с садов, в тундре не вырас сады. Обрушива туннели в горах. Не будет блистаю над дорог и город облаков. Топор страха рубит пальмы на берегу Ледови океана... Те, кого мы могли насыт и обогр - будут голодны и холодны. Те, кого могли вылеч - остану больн. Страх, будь он проклят, страх - мохна чудище на паучьих лапах топчет нашу мечту, нашу работу... Ашот. Пойдем отсюда, Петро, да? Не надо смотр. Пойдем, пожалуй, да? Затемне слева. Освещае правая сторона: кабинет военного минис. Он пуст. Только Адъют работ над столом-пультом. Входит Корреспонд Мэри Пирней. Мери. Хелло! Ффу... насилу пробрал через пикеты! Я Мери Пирней из "Нью-Йорк геральд трибюн". Неско слов с минист. Адъют. Ждите. Скоро будет. Хениш (входит). Хелло! (адъюта). Министр? Адъют. Ждем с минуты на минуту, сэр. Мери. Сенатор Хениш, если позвол, я проинтервь вас. Мери Пирней из "Нью-Йорк геральд". (выним блокнот). Что вы, как председа сенатс комис по ядерной полит, можете сказать о слухах, будто в исследовате Центре Голдв-Клинч создано новое оружие, дейст котор, якобы, нейтрали ядерное оружие? Знаете, сенатор, общес начин трясти от этих слухов: акции оборон компа летят, пикетч буйств... Хениш. Я пришел к минис, чтобы требов расследо деятельн Центра Голдв-Клинч, мисс Пирней. Можете это запис. У моей комис есть основа считать, что слухи о "новом оружии" распуск безответств левые элеме нашего общес, играю на руку русским и миров коммуни. Они стрем подорв эконом страны и создать неуверенн в завтраш дне. Моя комис распола неопроверж данными, что никак оружия в Центре Голдв не создано и не может быть создано... В дверях появляе Министр, за ним Клинчер. Адъют встает. Министр приклады палец к губам и слушает. Все это предпри являе грандио научной аферой, Мери! Клинчер (минис). Вы слышите, сэр? Я ведь говорил... Министр (подсту к Хенишу). Значит, это вы... Хениш. Я не вправе скрыв от американс народа... записыв, Мери, записыв! - что деньги налогоплате потрач впустую. Министр. Значит, вы... вы ложно ориентиро меня? Клинчер. Он с самого начала все знал, сэр! Министр. Молчать! Все вы, все... Никому нельзя верить. Значит, это вы, Хениш, дали знать русским, что у нас ничего еще не готово? Или вы не Хениш, а Иваноф? Сколько вам заплат русские? Хениш. Я не позволю так со мной разговари, сэр! Резко звучит зуммер на столе-пульте. Министр вздраги. Адъют. Прямой вызов, сэр. Японс море. Голос Из Динам, перебива помех: Алло, Вашинг! Алло! Говорит коман подвод лодки "Энтерпр". Полчаса назад отказал реактор. Всплыли в районе с координа: 125 граду восто долготы, 39 граду 14 минут север широты. Ремонт реактора невозмо. Ждем помощи и буксира. Капитанлейт Бирнс. Министр (смот на карту-табло. На ней в районе Японск моря начин мигать зеленая лампо). Вот... вот оно. Они начинают вывод из строя наши атомные лодки. Кто это сделал? (поворачи к сенат). Вы?! (к Клннч). Вы?! Ну, что ж - мы погиб, но и вы погибн вместе с нами! Все! Адъют. Прикаж направ буксир, сэр? Министр. Что - буксир? Что буксир, полков! Это начало - и конец. Все сразу. Все... Клинчер пятится к двери, исчез. За ним исчез Хениш. Снова зуммер. Голос В Динам кричит: - Алло! Говорит подвод лодка №21. Отказал реактор, отказал реактор! Исправ не можем. Всплыв в территориа водах русских. Нас могут интерниро. Радиру, что делать. Шлите помощь! Прием! Министр. Сопротивл! Не сдават! Атомный залп! Адъют. Но... приказ об атомном залпе отдает презид, сэр. Министр. Презид! И он красный, и он коммун! Все вы, все! Зуммер. Голос Из Динам: - Алло! Доклады коман подвод лодки "Трешер-2". Отказал реактор, отказал реактор. Всплыв в русской зоне. Затир льды. Радиру, что делать? Шлите помощь. Прием! Министр (смот на карту. Там мигает уже семь зеленых лампо). Вот оно! Значит: они нас... Задача имеет только одно решение. И ничего подел нельзя. Зуммер. Голос: - Алло! Доклады служба наблюде восточн сектора. Наблюд всплы советс подвод лодок. Видим с самоле три лодки... четыре... пять... Пять красных мигаю лампо загора на карте-табло в Атлантиче океане. Министр. Теперь они - залп... Зуммер. Голос: - Алло, доклады служба наблюде Тихоокеан сектора. Наблюд всплы советс подвод лодок. Семь подло, восемь... Министр. Они нас! Они нас... Как в страш сне, когда убивают - и не можешь пошевели.. Нет! Нет! Надо решить эту стратегич задачу. Решить сейчас (закусы пальцы). Значит, если они нас - мы их... Нет, мы их - они нас... Нет, не то! Мы - нас, они - их... Они нах - мы ис... Что это я? (трет виски). Моя бедная голова! Адъют. Что же делать, сэр? Надо что-то делать! Министр. Тс-с... тихо. Я решаю стратегич задачу. Они нас - мы их. Нет, они их - мы нас... Нет, не то. У него сейчас такое интерес лицо, что Мери не выдержи, наводит фотоапп. Белый свет лампы-вспышки. Министр. Что - уже?! (прикры лицо). Уже! А-а-а-а! (выпрыги в окно). Адъют вскакив, бросае к окну. Смотрит. Поворачив к корреспонд. Мери (растер). Я только хотела... Затемне справа. Освещае левая сторона сцены: кабинет Шардецк. За окном медле угасает зелено-синее зарево. Шарде и Макаров смотрят на него. Шардец. Вот и все... Макаров. А вы посед за эти два года, Иван Ивано. Совсем белый стали. Шардец. Да. В Москве, Олег Викторо, непреме сообщ в Министер сельск хозяйс: в этом году весна насту на две недели раньше, чем обычно. И пусть не опасаю, будто это оттеп, каприз погоды, - нет. Будет дружная ранняя весна. Макаров. И это вы рассчиты, Иван Ивано? Шардец. Да. Мы все рассчиты... все, что можно рассчиты. Пусть хоть это использ. Затемне слева. Освещае правая сторона: кабинет-лаборат Голдв. Из окна и из реактор зала в комнату льется зелено-синее свече. Голдвин в кресле отдых. У пульта Ассист. Ассист. Цепная реакция замедли, профес! Голдвин. Выдвига все стержни, вывод реакт на критиче режим. И распоряди, чтобы это сделали в осталь лаборато. Я устал. Ассист. Но... это же опасно! Голдвин. Теперь не опасно, Фрэнк. Не опасно, мой мальчик. Ассист. Я Джон, сэр! Джон Кейв, пора привыкн. Франка Гарди уже нет в живых! (осторо поворачи рукоя на пульте. Учащае треск счетч). Вы слышите, профес? Мы... не облучи, как доктор Гарди? Голдвин (встает, подхо к пульту). Да, вы Джон. Конечно, вы Джон, а не Фрэнк - тот никогда не сказал бы такую глупо. Пустите! (резко вращает рукоя. Говорит в микро) Внима! Всем лаборато - вывести стержни из реакто. Все стержни! (ассист). Мы не успеем облучит, Джон Кэйв, не пугайт. Через час-другой ядра успокоя. Свече в реакт начин угасать. Счетчик потрески реже, чем раньше. Ассист. Цепная реакция замир, профес! Это при выведен-то стерж. Значит... Голдвин. Значит, реакт сделали свое дело - и теперь погаснут надолго. Может быть, навсе. Вот и все, Фрэнк... (поворач кресло к окну, садится. Лицо его освещ зеленый свет. Голос его звучит теперь из динам). Прощай, великая наука! Как и все другие, ты возни в поисках истины. Ни на какую другую не истра мир больше труда и денег, чем на тебя. И ни от какой другой он не получил меньше пользы, чем от тебя... Все, что хотят от тебя сейчас люди: чтобы ты не прине больше вреда. Пусть будет так! Так ты хотел, Фрэнк. Я все думаю о тебе, как о живом. Да ты и вправду больше жив, чем все те люди, что каждый день умирали от страха за свое благопол... Появляю Клинчер и Хениш. Клинчер. Что все это значит, профес? Что вы сделали? Голдвин (оборачив). Выпол работу, за которую брался, генерал. А, коллега Хениш! Как ваши дела? Надеюсь, акции "Глобус компанн" стоят высоко? Хениш. Вы... вы... нарочно устро этот трюк, чтобы разорить меня! Но - не выйдет, нет! Через день-два ваши дурац эффекты . прекрат, распад и деление ядер восстанов. Все будет по-прежн! Я свое возьму! Голдвин. Вы напра остав физику, Хениш. Тогда бы вам легче было понять, что ни через день, ни через год радиоактив не восстанов. Не знаю, как русские, но мы настол насыт нашу планету нейтр, что этого заряда устойчив хватит лет на пятьде... У людей будет достато времени поразмыс. Клинчер быстро отходит к телеф, снимает трубку, набир номер. Хениш бросае к тому же телеф, нажим рычажки, вырыв у Клинч трубку. Идет борьба. Клинчер. Позвол, сенатор, я первый! (вырыв трубку). Хениш. Нет, уж вы позвол! Борьба. Побед армия. Хениш летит на пол. Клинчер (быстро набир номер). Белый дом? Говорит генерал Клинчер. Немедле соедин меня с президе... Хениш поднима, оглядыва. Клинчер. Госпо презид? Доклады бригад генерал Клинчер, руководи исследовател Центра "Нуль". Рад сообщ, госпо презид, что работы по... Хениш хватает с лаборатор стола массив прибор, обрывает провода, бьет Клинч по голове. Тот роняет трубку, опускае на пол. Ассист (хватае за голову). Что вы делаете, сенатор! Это же гальвано! Хениш (лихорад набир номер). Алло, Стюарт! Это Хениш. Продава все акции. Все, что мы накуп. Да все, вам говорят! Голос Голдв. Дорогую цену ты платишь за страх, человече. А это еще не послед опасно на твоем пути... Хениш. Продава! Продава! (голос его срывае). Продава!!! Занавес *************************** От Автора ... нельзя исключ, что появя новые открытия и изобрет, которые сделают возмож управле атомн ядрами - всякими и всюду. Но, в конце концов, не важно, как это произой. Интере другое: что будет, когда это - будет? ...Когда физик Отто Ган осознал, какие возможн массо уничтож таит откры им процесс деления урана, он - говорят - закри: "Бог этого не допус!" Однако бог "допус" и атомную, и водород бомбу. Потому что бога все-таки нет. И в решении самой жгучей пробл современн - гонки ядерных вооруже - людям следует полагат только друг на друга и на самих себя. 1965-2002 Окончен в 14:38:43


Яндекс.Метрика